Виктория поднялась.
— Не могу поверить. И вы согласитесь стать женой скотовода?
— Виктория, немедленно прекрати! — оборвал жену Рик.
Регина тоже поднялась.
— Я счастлива со Слэйдом, и мне все равно, где и чем он будет заниматься.
— Но вы вовсе не выглядите счастливой.
Рик повернулся к жене:
— Ты обещала, что не будешь начинать все снова.
— Вы ведь знали перед свадьбой, кто я, не так ли? — Регина не сводила глаз с Виктории.
Гостья улыбнулась:
— Да уж, вам удалось провести всех, но только не меня.
— Может, это вы обшарили мои вещи?
— Именно я. Ваш медальон выдал вас с головой. — Глаза Виктории светились торжеством.
— Если вы еще раз попробуете рыться в моих вещах, вам придется об этом пожалеть.
Виктория рассмеялась:
— Вы осуждаете мое поведение? Я всего лишь пыталась установить истину, в to время как вы занимались притворством.
— Тогда почему вы никому ничего не сказали? — спросила Регина.
— Потому что, хотя я и знала, что вы не Элизабет Синклер, мне и в голову не могло прийти, что к нам ненароком залетела представительница семейства Брэггов. Я предполагала, что вы обыкновенная авантюристка. К сожалению, я ошиблась.
Регина просто вскипела от этих слов, но, поскольку Виктория была женой Рика и им предстояло жить вместе в Мирамаре, надо было учиться не обращать внимания на подобные выпады.
— Что ж, теперь вы знаете, кто я. Не пора ли с этим смириться?
— Если бы вы были поумнее, то поняли бы, что вам не место на ранчо, — выдохнула Виктория. — Почему бы вам со Слэйдом не въехать в ваш шикарный дом и не начать роскошную жизнь на ваше приданое?
— Увы, это невозможно. — Регина решительно взглянула на Викторию. — Слэйд обожает Мирамар, а я люблю Слэйда так сильно, что готова провести на ранчо всю свою жизнь. И ничто на свете не заставит меня изменить решение.
Покраснев от злости, Виктория бросилась прочь из комнаты. Регина молча смотрела ей вслед до тех пор, пока Рик не напомнил о себе.
— С тобой все в порядке?
— Я чувствую себя просто прекрасно.
Рик улыбнулся.
— В тебе больше мужества, чем во многих мужчинах. Не обращай внимания на Викторию. Она часто лает, но редко кусает.
— Я уже почти забыла о ней. — Тут Регина подумала, что у нее и в самом деле предостаточно других забот.
— Вот и хорошо. Присядь.
Раздумывая над тем, чего ей теперь ожидать от Рика, Регина опустилась на диван. Рик нерешительно кашлянул.
— Я хочу кое в чем признаться.
Регина продолжала сидеть неподвижно.
— Знаешь, я люблю тебя, очень люблю. Ты приглянулась мне сразу, как я тебя увидел. Я мог бы и не говорить тебе этого… — он неловко кашлянул, — но я тоже знал все с самого начала.
— Что — все?
— Ну, кто ты такая на самом деле. Твоя спутница рассказала мне это перед смертью.
— О Боже!
— Дорогая, только не суди меня строго. — Рик взял ее ладони в свои. — Да, поначалу мною двигала мысль, что ты — богатая наследница и на твои деньги можно спасти ранчо. Но потом я заметил, как ты смотришь на Слэйда, а он на тебя. Тогда-то я и понял, что вы созданы друг для Друга.
Тронутая словами Рика, Регина опустила глаза.
— Что-то не так? Ты на меня сердишься?
Она отрицательно покачала головой:
— Я не могу сердиться на вас, Рик. — Регина с трудом выдавила из себя улыбку. — Как я могу сердиться, когда знаю, как дорог вам Слэйд?
Рик даже крякнул от удовольствия.
— Да… Ну, теперь, когда Виктория ушла, ты можешь сказать мне, что у вас происходит.
Регина была уже готова поделиться своими тревогами со свекром, но вдруг испугалась, что Слэйду это может не понравиться. Она снова отрицательно покачала головой:
— Нет, у нас ничего особенного не происходит.
Рик был заметно разочарован, Регина поспешила сменить тему:
— Ксандрия Кингсли и Чарлз Манн устраивают праздник в честь нашего со Слэйдом брака. Вы придете, Рик?
Рик нахмурился.
— Это приглашение?
— Считайте, что да.
— Но я не хожу ни на какие праздники.
Улыбка медленно сползла с губ Регины.
— Почему? Неужели вы не могли бы остаться в городе всего на несколько дней?
— Мог бы, конечно, но я этого не сделаю. Я здесь не для того, чтобы скучать на каком-то чертовом балу.
— Тогда зачем же вы приехали?
Рик сделал глубокий вдох.
— Буду с тобой откровенен. Я хочу, чтобы ты и Слэйд перебрались в Мирамар, и прошу вас вернуться.
Сердце Регины радостно забилось, ей было приятно, что отец хочет, чтобы его сын вернулся домой.
— Но вы должны просить не меня, — ответила она.
— Ты его жена. Скажи ему, что настала пора оставить город.
Некоторое время Регина сидела неподвижно. Затем твердо произнесла:
— Вам следует попросить его самому, Рик.
В глазах Рика промелькнуло замешательство.
— Слэйд не захочет меня слушать. А ты можешь его убедить.
Регина отрицательно покачала головой:
— За вас я этого делать не буду.
Рик поднялся на ноги.
— Ты так же упряма, как и он?
— Может быть. Но, я думаю, самый упрямый из нас — это вы.
Лицо Рика потемнело.
— Сударыня, держите себя в рамках.
— Я и держу.
Казалось, Рик вот-вот взорвется.
— Я не стану просить его вернуться! Он сам покинул мой дом. Иногда я думаю, что он меня просто ненавидит. Даже если бы я скучал по нему — чего я не говорил, — я бы никогда ему этого не сказал!
Регина тоже поднялась на ноги и некоторое время стояла в замешательстве; затем она попыталась смягчить ситуацию:
— Думаю, вам пора стать откровенным, Рик. Сначала с собой, затем со своим сыном.
— Ты вмешиваешься не в свое дело, ты знаешь это? — Глаза Рика вспыхнули гневом.
— Кто-то же должен в это вмешаться. Почему вы не хотите прийти в пятницу на бал? Ваш сын будет там самым почетным гостем. Я уверена, он очень обрадуется вашему приходу. Может, он и постарается это скрыть, но глубоко внутри, я знаю, он поблагодарит вас за внимание к нему.
— Ноги моей не будет в доме Чарлза Манна и за миллион долларов!
Уловив нотки ревности в голосе свекра, Регина только тут поняла, что Рик уязвлен и обижен тем, что на протяжении десяти лет Слэйд предпочитал жить в доме другого человека.
— Рик. — Она взяла старика за руку. — Чарлз Манн Слэйду не отец. Он только хороший друг. Вы его отец, и это навсегда. Слэйд работает на Чарлза, но из этого вовсе не следует, что ему не нужны вы и ваша любовь.
Рик был неумолим.
— Этот парень вообще не понимает значения таких слов, как любовь; так же не понимала их и его мать. Ты знаешь, что она была уличной девкой? Черт побери, как она была красива! Я думал, что, женившись на ней, я смогу сделать ее хотя бы немного леди. Ха! Мне не удалось этого ни на грош!
