всех наших друзей, без которых мы бы не смогли дойти до цели. Сегодня все закончится.
– Так или иначе, – согласился Тацуми.
Пронзительный вой пробился сквозь шум бури, и десятки молний прошили небо, заблестели над долиной. Я со всех ног побежала от Тацуми к деревьям и спряталась за одним из стволов. Тем временем огромный девятихвостый лис с грозным рыком приземлился на край скалы и повернулся к нам. В его золотистых беспощадных глазах читалось ликование.
27. Лис, пожелавший стать богом
Тацуми
Я выхватил Камигороши и поднял глаза на существо, возвышавшееся надо мной, – девятихвостого лиса, самого опасного ёкая, наделенного божественной силой. Его хвосты подергивались из стороны в сторону, на их кончиках потрескивало лисье пламя, а желтый взгляд был прикован ко мне. Лис грозно шагнул мне навстречу, приоткрыв пасть, в которой поблескивали клыки.
Кровь в моих жилах мгновенно вскипела. Я поднял Камигороши над головой и стал пятиться от великана. Я понимал, почему он так жаждет моей смерти. Причина лежала вокруг входа в Дзигоку, и звали ее Великий Дракон. Если Камигороши сумел погубить бессмертного бога, девятихвостому лису было чего опасаться, даже теперь, когда и он обрел бессмертие.
Камигороши сегодня уже умертвил одного бога. Нужно было всего лишь умертвить еще одного.
Лис не стал утруждаться речами. Обошлось без издевательских смешков и сообщений о том, что я обречен. Кицунэ распахнул пасть пошире и выплюнул поток лисьего огня, который тут же раскалил воздух. Я увернулся от первой атаки, отскочил от второй и спрятался за крупным камнем. Лисье пламя опалило его и сожгло дотла несколько соседних деревьев. Я почувствовал, что валун у меня за спиной стал нестерпимо горячим, увидел языки синего огня, показавшиеся из-за его краев, и крепче сжал меч. Лис приближался, и под его лапами дрожала земля.
Почувствовав чье-то присутствие, я обернулся и увидел второго Тацуми. Тот с мрачной улыбкой поднял свое оружие. Сперва я застыл от изумления, а потом догадался, что это Юмеко пустила в ход свои чары. Я кивнул, и ненастоящий Тацуми выскочил из укрытия, уворачиваясь от очередного огненного потока, который подпалил деревья у него за спиной.
Я подождал пару секунд, а потом последовал его примеру. Иллюзия исчезла в огненном облаке, а я, воспользовавшись тем, что лис отвлекся, с ревом бросился на него, целясь мечом в шею. Наверняка ведь даже бог умрет, если его обезглавит Камигороши?
Но стоило мне подпрыгнуть, кицунэ резко взмахнул одним из своих хвостов и сбил меня. Ослепительно-белый огонь опалил мне кожу. Половину тела пронзила боль. Моя демоническая часть привыкла к пламени Дзигоку, и даже в людском обличье я переносил жару куда лучше большинства смертных, но лисье пламя Девятихвостого потрясало воображение. Я упал на землю, и мое тело словно бы раскололось на десятки Тацуми, которые тоже повалились навзничь по бокам от меня.
Юмеко. Впрочем, не было времени восхищаться ее отвлекающими маневрами и гадать, что за план она придумала – если он вообще есть. Я с трудом поднялся на ноги, крепко сжимая меч, – и маленькая армия, состоящая из моих копий, последовала моему примеру. Я не знал, где сейчас Юмеко и как она все это провернула, но к битве присоединилось разом несколько десятков моих клонов. Подняв множество Камигороши, они окружили Девятихвостого. Впрочем, тот смотрел на них без тени тревоги.
– Дочь моя, – скучающим тоном начал он, – я живу уже не одно тысячелетие. Я видел, как кланы достигают расцвета и рассыпаются в пыль. Наблюдал рождение лесов и гибель звезд. Сам создавал царства и наполнял их слугами, любовниками и врагами. Неужели ты и впрямь рассчитываешь победить меня дурацкими фокусами?
Лис махнул хвостом, и половину моих двойников, выстроившихся вокруг него, охватило пламя. Остальные же поспешили к врагу с Камигороши наизготовку. Лезвия их мечей занялись зловещим алым светом.
Я тоже кинулся вперед в надежде, что двойники выполнят свою задачу и смогут отвлечь Девятихвостого, чтобы я в это время успел подобраться поближе. Кицунэ фыркнул, презрительно покачал головой и привычным жестом махнул хвостом в сторону иллюзий. И снова огонь выкосил половину войска, обратив его в дым. Я стиснул зубы и все же двинулся дальше. Несколько клонов тоже пошли в атаку. Гигантский лис усмехнулся.
– Ты меня оскорбляешь, лисичка, – сказал он и грациозно отскочил назад. – Подослать мне наколдованное войско убийц демонов, чтобы запутать и отвлечь… Можно подумать, я сам не прибегал тысячу раз к такой тактике. Можно подумать, я не отличу иллюзию от реальности.
Отвернувшись от иллюзорных воинов, лис посмотрел на меня пылающими желтыми глазами. Едва я успел понять, что он знает, кто настоящий Тацуми, как он прыгнул на меня, разбавив темноту серебристым пятном своего силуэта, и гигантская лапа придавила меня к земле, выбив воздух из моих легких. Кривые черные когти вонзились мне в грудь. Лис-великан навис надо мной. Его хвосты бешено дергались у него за спиной.
– Sayonara[22], Хакаимоно, – сказал лис. В его пасти начал разгораться ослепительный свет. И вот, когда я уже был готов к тому, что поток лисьего пламени спалит меня дотла, один из моих двойников, высоко подпрыгнув, ударил чудовище мечом в шею.
Яркая, самая что ни на есть настоящая кровь выступила на белоснежной шерсти. Лис закричал. Отшатнувшись, он дико уставился на иллюзию, потрясенно округлив золотые глаза. Я и сам в изумлении уставился на кровавое пятно, расползавшееся по шерсти, на красные капли, падающие на землю. Да, и впрямь настоящая кровь. Не иллюзия.
Ошеломленный, я вытаращился на второго Тацуми. Тот мрачно улыбнулся сбитому с толку лису.
– Может, ты и бог, – проговорил Тацуми, а потом его затянуло облако белого дыма. Когда дым спустя мгновенье рассеялся, на его месте стояла Юмеко. У меня сжалось сердце. В руке она держала окровавленный нож танто, а на чудовище смотрела с вызовом. – Но и твои раны кровоточат.
Девятихвостый рявкнул и в один миг преодолел расстояние, разделявшее их с Юмеко. Не успел я и глазом моргнуть, как он распахнул хищную пасть, вцепился зубами в девушку и начал трясти ее, точно охотничий пес – кролика. Юмеко закричала. Ее тело стало распадаться на части, а потом исчезло в облаке дыма, который вылетел из зубастой пасти и рассеялся на ветру.
Сердце у меня снова забилось. Лис-великан распрямился, угрожающе размахивая хвостами, и огляделся.
– Ты не сможешь прятаться от меня вечно, дочурка.
– Я многому у тебя научилась, – голос Юмеко эхом растекался вокруг нас: он слышался и от языков лисьего
