Шефтсбери и виги, а затем Денби и тори добились незначительных преимуществ[40]. Но его последняя сессия происходила в разгаре паники, возникшей из-за раскрытия мнимого заговора папистов. Некий Титус Отс, в прошлом иезуит, объявил, что 24 апреля 1678 г. в Лондоне в таверне «Белая лошадь» шло собрание конгрегации английских иезуитов, замышлявших убить короля и восстановить в Англии католицизм. На самом деле в этот день конгрегация действительно собиралась в покоях у Якова, брата Карла. Отс об этом ничего не знал, а Карл хотя и знал, но имел веские основания держать эти сведения при себе.
Этим россказням сразу же поверили, и наступило царство террора, во время которого немало католиков казнили, многих бросили в тюрьмы. Причины такой ненависти народа к католицизму в то время трудно объяснить, если не припомнить, что эта ненависть носила политический и социальный характер. «Папизм да деревянные башмаки» – эту расхожую фразу употребляли всякий раз, когда хотели описать уклад жизни во Франции, имея в виду, что рука об руку с католицизмом идет политический абсолютизм и низкий уровень жизни. Тот факт, что про Якова было известно, что он католик, что Отс смог нечаянно втянуть своего секретаря в изменнические действия и, наконец, то, что на протяжении последнего десятилетия католикам оказывали немало милостей при дворе, сыграло на руку и заставило людей поверить любой невероятной истории, даже такой абсурдной, как то, что католики замышляют убийство Карла, своего самого влиятельного покровителя.
Карл, Денби и тори прекрасно знали, что вся эта история была чистейшим вымыслом, но побоялись в этом признаться. Шефтсбери и его друзья, которые понимали всю абсурдность этого вымысла, ухватились за него с восторгом, как за орудие борьбы против своих политических противников. Большинство же населения искренне верило этим россказням, как, пожалуй, и большинство членов парламента. В таких условиях даже Кавалерский парламент, состав которого значительно изменился в результате целого ряда дополнительных выборов, потребовал роспуска армии, которая считалась пронизанной духом католицизма и которую Карл (как это не без оснований полагали виги) намеревался использовать для установления в Англии абсолютизма, такого же, как абсолютизм Людовика XIV. Последним актом Кавалерского парламента стало обвинение в государственном преступлении министра тори Денби.
Выборы, происходивших в феврале 1679 г., закончились возвращением в парламент подавляющего большинства вигов. Это был первый из трех недолговечных парламентов (март – июль 1679 г.; октябрь 1680 – январь 1681 г.; 21–28 марта 1681 г.), в которых все усилия вигов сосредоточились на том, чтобы дать Якову возможность вступить на престол после брата. Однако успеха они не имели, отчасти потому, что Карл обнаружил незаурядные тактические способности (он делал все, чтобы выиграть время, одновременно перестраивая ряды потрепанной партии тори), отчасти же потому, что сами виги никак не могли договориться между собой о том, хотят ли они видеть на престоле вместо Якова его дочь протестантку Марию вместе с ее мужем, голландцем Вильгельмом Оранским, или же герцога Монмута, сына Карла от первой из его многочисленных любовниц. Поскольку Монмут был кандидатом той части оппозиции, которую можно было бы назвать «уравнительной», а Вильгельм кандидатом вигов, то весь этот спор оказался неотделим от вопроса о будущем всего движения и о его направлении. Достигнутое в результате решение в пользу Монмута свидетельствует об определенном сдвиге влево, который проделала группа Шефтсбери. Его избрание было крайне популярным среди масс, но оттолкнуло многих вигов, а также их временных сторонников из тех классов, на которые обычно опирались тори, но которые отшатнулись от тори из-за заговора папистов. С этого момента раскол внутри оппозиции стал неуклонно усиливаться.
По всем этим причинам, а также из-за абсурдности и истерии, вызванной «заговором папистов», партии в собравшемся 21 марта 1681 г. парламенте оказались более или менее равными. Карл, казалось, исчерпал все свои ресурсы, казна была пуста, кредиты израсходованы, армия не получала жалованья и готова была восстать. Король созвал парламент в Оксфорде, подальше от лондонской толпы, этих верных сторонников вигов, и предложил компромисс, по которому Яков должен был унаследовать престол, но Вильгельм и Мария должны были вместе править страной от его имени в качестве регентов. Уверенные в своем успехе виги, как и предполагал Карл, отказались принять это предложение, которое, собственно говоря, и было сделано лишь для того, чтобы произвести впечатление на умеренных людей благоразумностью короля. Противники его не подозревали, что незадолго до этого Карл заключил новый союз с Людовиком, который гарантировал ему доход, достаточный, чтобы стать независимым от парламента в финансовом отношении.
Без всякого предупреждения парламент был распущен настолько внезапно, что лидеры вигов не успели собрать своих сторонников или принять какой-либо план действий. Вдали от Лондона сопротивление было невозможно, и членов парламента охватила такая паника, что они от безнадежности махнули рукой и разъехались по домам в разные концы страны. Избавившись от непосредственной опасности, Карл перешел в наступление. Имея в союзниках тори-джентри, церковь и армию, он обладал теперь такой грозной силой, которой нельзя было бросить прямой вызов. Так что в последние четыре года своей жизни Карл правил с большей абсолютной властью, чем кто-либо из этой династии до него.
4. Компромисс 1688 г
События 1681 г. на первый взгляд казались успешным и полным завершением контрреволюции, одним ударом уничтожившей все завоевания Долгого парламента, гражданской войны и республики, и их последствия лишь это подтверждали. Одержав победу, Карл завершил свой триумф реорганизацией аппарата местного самоуправления. Мировые судьи виги были повсеместно заменены на представителей тори, а «кодекс Кларендона», о котором почти позабыли во времена господства вигов, стал претворяться в жизнь еще более решительно. На ключевые посты шерифов в Лондоне были избраны тори, а поскольку присяжных выбирали шерифы, правительство могло быть теперь уверено в вынесении приговора любому из лидеров вигов, которые попадали на скамью подсудимых.
Шефтсбери, Рассел, Элджернон, Сидни и другие виги принялись подготавливать вооруженное восстание, а группа старых кромвелевских солдат одновременно готовила убийство Карла и Якова (есть все основания полагать, что этот так называемый «Заговор Ржаного Дома» с самого начала был задуман провокаторами). Не надеясь на успех и опасаясь ареста, Шефтсбери бежал в Голландию в ноябре 1682 г. В июне следующего года оба заговора были раскрыты перед правительством, а их руководители, в том числе Рассел и Сидни, были схвачены и казнены. Сторонников вигов заставили замолчать, и даже на улицах Лондона некоторое время верховодили массы черни, поощряемые королем и церковью. Устранение группы Шефтсбери, а вместе с ней и последней возможности объединенных действий против короны было теперь доведено до конца.
В 1683 и 1684 гг. тори нанесли
