европейских ценностей. Нельзя сказать, что все жители Аландов являлись предателями поголовно. Но факты добровольной работы на врага «за идею» имели место и были далеко не единичными. Иными словами, большая часть английского и французского флота, пришедшего на Балтику, к концу июля 1854 года собралась в заливе Лумпарен возле крепости Бомарзунд. И этот залив я решил превратить в своеобразный капкан, из которого мало кому удастся вырваться. Если вообще удастся.
Именно для этой цели и предназначался наш «кобуксон», как назвал его Троекуров. Закованный в броню с головы до пят ледокол, который в момент спуска на воду никто даже в самых смелых мечтах не мог представить как военный корабль нового типа. Чисто технически в предстоящем мероприятии особых проблем не предвиделось. Если вражеский флот окажется заперт в заливе Лумпарен, то броненосец будет разбирать на дрова корабли противника один за другим, даже получая многочисленные попадания в ответ. Опытные стрельбы по броневым плитам на полигоне показали, что самые мощные на сегодняшний день пушки против них бессильны. В том числе и наши нарезные новинки. Упустить такой момент победы брони над снарядом было просто грешно.
Удобство залива Лумпарен заключалось еще в том, что входы обоих фарватеров, ведущих в него, располагались недалеко друг от друга. И если в заливе начнется «потеха», то сбежать оттуда никто не сможет. Броненосец будет отстреливать всех, пытающихся пробраться к выходу, отжимая к противоположному берегу. Но на всякий случай лучше перекрыть возможные пути бегства. А то, пока «Илья Муромец» будет творить геноцид флота Антанты в заливе, кто-то под шумок может и удрать. Теоретически можно было бы ограничиться одной огневой позицией на острове Микелсе, расположив там батарею нарезных орудий. Возле него как раз сходились оба фарватера, подход к которым перекрывался бы нашей артиллерией. Но делать «закладку» до войны нельзя. Местные все равно пронюхают и сдадут англичанам. А потом начнется блокада островов и сюда уже просто так не наведаешься. Посылать к Микелсе еще один пароход опасно. Он как раз окажется в зоне обстрела осадных батарей противника. Следовательно, понадобится еще два парохода. Которые смогут занять позиции возле самых узких мест обоих фарватеров, находясь при этом вдали от вражеской береговой артиллерии. Их задача будет заключаться в обстреле тех, кому все же удастся сбежать от броненосца, и не умудриться вылететь при этом на камни. Вопрос за малым – где взять еще два парохода. Которые понадобятся для одноразовой акции, и нет гарантии, что они уцелеют.
Поняв, что лучшее – враг хорошего, я решил урезать осетра и обойтись одним броненосцем. А чтобы повысить эффективность его атаки, применить нестандартный прием. Который, насколько мне удалось выяснить, в современных флотах не практиковался. А именно – воспользоваться природным феноменом, свойственным жителям этого мира. Ночным зрением. Дал задание Игнатову найти таких людей. Неважно, какого они происхождения и имеют ли хоть какое-то образование. Неважно, какого они пола и возраста. Главное – они должны хорошо видеть ночью. Если это крепостные, то выкупить их у помещика. Станет помещик кочевряжиться – сказать мне. Я его «уговорю».
Больше двух месяцев поиск не давал результатов. И вот наконец Игнатов привел ко мне сразу двоих. Четырнадцатилетнего паренька и тринадцатилетнюю девчушку. Оба из крепостных. Хоть уже отмытых и хорошо одетых, но худющих и опасливо озирающихся. Не понимающих такого резкого поворота в своей судьбе. Игнатов, дав подробный отчет о проведенном поиске, лишь руками развел.
– Юрий Александрович, это все, что удалось найти. Если дальше по губерниям поездить, то может и еще бы кого нашли. Но время… А поблизости все обыскали.
– Благодарю, Павел Артемьевич, пока достаточно. Проблем с выкупом у помещиков не было?
– Нет. Один крупно проигрался и ему срочно были деньги нужны. А у барышни репутация не от мира сего. Так что помещик сам был рад избавиться. Но то, что вас интересует, есть. Я проверял.
– Ну давайте познакомимся с нашими новыми сотрудниками…
В процессе беседы выяснилось, что Петр Дробышев и Дарья Самсонова ни читать, ни писать не умеют. Но обладают живым умом, могут логически мыслить и – главное – прекрасно видят в темноте. Причем изначально подростки не обращали на это внимания и считали само собой разумеющимся. Что касается «не от мира сего» у Дарьи, то это определение больше подошло бы к ее барину. Девчушка оказалась очень любознательной, хорошо разбиралась в травах и пыталась лучше понять, как устроен мир, шокируя окружающих своими вопросами. А Петр успешно эксплуатировал свой дар в криминальных целях, занимаясь браконьерством в помещичьем лесу. И ни разу не был пойман. Поняв, что в мои руки попали «алмазы негранёные», предложил детворе сделку. Они получают вольную, работают на меня и прилежно учатся. Поскольку неучам у меня делать нечего. А сейчас мне потребуется их дар. Для чего надо ознакомиться хотя бы с азами картографии и уметь ориентироваться ночью на воде. Разумеется, ребята сначала подумали, что им это снится. Но освоились быстро. Что давало надежду на успех мероприятия.
Задумка у меня была в следующем. Войти в залив Лумпарен ближе к вечеру. На первых порах не лезть в ближний бой, а занять позицию, перекрывающую подходы к обоим фарватерам. Если только противник сам не захочет сократить дистанцию. А вот с наступлением темноты пойти на сближение и начать геноцидить господ европейцев по-взрослому. Петр и Дарья будут играть роль своеобразных «радаров», выводя броненосец на цель в темноте до тех пор, пока ее силуэт не станет различим наводчиками орудий. Если днем корабли противника еще могут попытаться сбежать, то вот ночью могут просто не найти выходы из залива. А даже если и найдут, то крайне маловероятно, что благополучно пройдут по изобилующим множеством островков и поворотов фарватерам, не вылетев на камни. Не думаю, что там на каждом корабле находится лоцман из местных коллаборантов. И если все сложится удачно, то можно уничтожить всех, находящихся в заливе Лумпарен. Те, кто блокирует Аландские острова на подходах к архипелагу, конечно, сбегут. Но нельзя объять необъятное. А добить высадившиеся на Аландах войска противника – дело времени. Без помощи извне они долго не протянут.
Вот такой у меня был план, о котором знали очень немногие. Поскольку если хоть кто-то «под шпицем» об этом узнает, то даю стопроцентную гарантию, что вскоре об этом узнает и противник. Причем дело не в окопавшемся там шпионе. У наших господ офицеров и адмиралов с генералами понятие секретности отсутствует как таковое. И болтовня на служебные темы
