знали, что об этом будут говорить не только аристократы, но и простые граждане.
Ньюрин, советник Аламира, предложил выход: подать историю, максимально сгладив углы и использовать для этого все доступные средства. В первую очередь официальную прессу. И начать было решено с нашей с королем истории любви. Любовь вообще вызывает большой отклик у любых людей, не важно аристократы они, или нет. Понятное дело, мы не могли обнародовать то, что было на самом деле, поэтому, посоветовавшись, выдали более подходящую версию.
Ньюрин уверил нас в том, что поговорит с журналистами сам. И обещание свое выполнил, но в своем стиле. Через пару дней читая прессу, я не знала смеяться мне или плакать.
Нет, в целом, все газеты писали примерно одно и то же. О том, что я, после смерти мужа, переехала в Аар, поскольку считала, что в Кральне моему сыну грозит опасность. Выехать инкогнито мне помог Аламир. Он же предоставил защиту, заботился лично, а потом сделал предложение руки и сердца.
Однако в остальном истории разнились. В одной, например, говорилось, что Аламир был влюблен в меня давным-давно. Якобы мы с ним встречались еще до моего совершеннолетия, но я полюбила другого, и король, желая мне счастья, отошел в сторону. А когда Хранвон погиб, сам предложил помощь и защиту и, наконец, признался в чувствах.
В другой – что Аламир влюбился в меня с первого взгляда, когда прибыл с дипломатической миссией, чтобы заключить договор о сотрудничестве. Однако, видя, что я счастлива с мужем, не стал навязываться. Тем не менее секретарь короля, а ныне регент Мизраил Тоу, заметил, какие взгляды Аламир кидал на королеву. Когда же Хранвон погиб, именно граф Тоу попросил правителя соседней страны помочь и вывезти королеву и ее сына, которых могли убить заговорщики.
Самый популярный в народе вариант событий описал некий Невидимка – якобы неподкупный журналист, пишущий в одной газетенке. Его статья занимала десять страниц и походила на приключенческий роман. Он писал, что Аламир не только влюбился в меня с первого взгляда, когда приехал в Кральн заключать договор, но и тайно похитил беременную жену соседнего короля.
В каких-то бесконечных схватках с врагами, пытающимися то ли вернуть меня мужу, то ли убить, Аламир доказал молодецкую удаль и добился взаимности. Когда мы прибыли в Аар, якобы одна из дам, влюбленная в короля, смогла очернить меня, используя помощь своего любовника Сяна Осети. Аламир сначала поверил оговорам, а потом разобрался в ситуации и в гневе объявил войну княжеству. Но в результате все закончилось хорошо: Сяна Осети казнили, помолвку объявили, а безымянная дама сбежала из страны.
Редактор газетенки перед этой статьей напечатал довольно длинное обращение о том, что не особенно верит Невидимке и не несет ответственности за содержание рассказа. Мало того, намекнул, что этот журналист отличается прекрасным воображением и кое-что додумывает сам.
Конечно, такие истории печатались в разделах слухи, но от этого менее популярными не становились. В официальных изданиях примерно в то же время вышло несколько статей о выгодных договорах, заключенных с моим герцогством, о прокладке тоннеля и строительстве новой дороги. Товарооборот планировалось увеличить, как минимум втрое. Наконец, высказались несколько именитых экспертов, которые говорили о новых возможностях в связи с браком короля.
Сейчас я видела, что многие горожане, кажется, вполне искренне кричат здравицы не только королю, но и мне. То, что Аламира любили его подданные, было понятно: все же он постоянно занимался социальной политикой, плюс у него была служба контроля, которая выявляла коррупционеров и следила за соблюдением законов на разных уровнях.
Я видела, как работает Аламир, знала, как дело обстоит с тем же самым в Кральне, и понимала, что аарцам есть за что любить своего правителя. Он не попустительствовал, как Хранвон, не философствовал о том, что воровать будут всегда, Аламир старался, чтобы закон работал для всех.
Конечно, это не значило, что все, в том числе и влиятельные аристократы, резко перестали воровать, убивать, пользоваться властью в личных целях и совершать другие преступления, нет. Просто система законов и противовесов в Ааре была по факту более справедливой, чем в Кральне. Аламир стремился дать возможности для развития не только аристократам, но и простолюдинам.
Потому неудивительно, что простые аарцы любили короля, но то, что они станут относиться и ко мне с той же симпатией, было неожиданно. В Кральне, несмотря на все мои дипломатические успехи, любовью народа я не пользовалась. Наоборот, простые люди постоянно говорили о том, что королева досталась бракованная, потому что никак не может родить детей.
Помню, как в первом варианте будущего, когда мы с Хранвоном возвращались из итирского поместья, наш кортеж остановился на улице, и какой-то нетрезвый мужичонка выкрикнул, что я, хоть и красавица, но пустоцвет. Он посочувствовал королю, ждущему сына, и заключил, что такая, как я, годится только в любовницы, а не в жены. Кто-то из охраны дал мужику затрещину, а Хранвон задумчиво посмотрел на меня, а потом под нос пробормотал что-то вроде: "Даже простой народ все понимает". Я до сих пор помню боль от тех его слов.
– О чем ты думаешь с таким грустным лицом? – спросил меня Аламир, наклонившись над ухом.
Я вздрогнула, резко вернувшись из воспоминаний.
– Знаешь, в Кральне я не пользовалась особой популярностью у народа, наоборот, меня упрекали в том, что долго не могла забеременеть. Надо признать, несмотря на некоторую скандальность большей части газетных статей, план Ньюрина сработал.
– Статьи... это еще что! Будет еще театральная постановка.
– Какая еще постановка? О чем?
– О нас с тобой. Точнее это о каких-то других аристократах, но за основу взята история, которую написал Невидимка.
– Какой ужас! – прошептала я, представляя, чего там напридумывают и как сыграют.
– Ты сама сказала, некоторая скандальность поднимает популярность.
– Но это же...
– Не волнуйся, человек Ньюрина проконтролирует, чтобы ничего порочащего там не было, – видимо, разглядев что-то на моем лице, Аламир решил перевести тему, – кстати, я подготовил тебе подарок.
– Какой?
– Это сюрприз!
– Что-то из драгоценностей?
– Нет.
– Может, новая ткань на платье?
– Нет. Не надо гадать, все равно не расскажу.
К слову, у меня тоже был своеобразный подарок для Аламира. Во-первых, соблазнительное нижнее белье с полупрозрачной накидкой и чулками. Во-вторых, этой ночью я хотела попробовать кое-что из того, что мне рассказывала одна дама из эмиратов.
Пытаясь сохранить любовь Хранвона, я чего только не пробовала. Даже пригласила
