править, если бастард, которого Хранвон объявил наследником, болен и может умереть в любой момент?
– Мы можем договориться. Я объявлю, что ради обеспечения безопасности наследника, его мать, королева Элия увезла мальчика в другую страну. Тем более, тут я и словом не солгу.
Аламир откинулся на спинку кресла и задумчиво постучал пальцами по столу.
– Уверен, что многим аристократам Кральна, в том числе и твоим соратникам, не понравится, если наследник будет воспитываться в Ааре, – сказал он.
– Верно, однако, если ты поддержишь мою кандидатуру на должность регента, то я постараюсь решить эту проблему. Находясь под клятвой, я не смогу тебе солгать. Подумай, ты можешь сам составить формулировку.
– Любую? И ты не боишься попасть ко мне в кабалу?
– Ты же умный, Аламир, и прекрасно понимаешь, что если слишком ограничить такого, как я, будет только хуже.
– Но и слишком много воли тебе давать нельзя, – пробормотал правитель Аара, действительно обдумывая то, что предложил Мизраил.
– Так и есть…
– Признаю, у тебя получилось поколебать мою уверенность. То, что ты предлагаешь, не лишено смысла. Я подумаю.
***
Элия Дангебран, в девичестве Роук
История, рассказанная Аламиром, никак не желала укладываться у меня в голове.
– Получается, именно граф Тоу убил Хранвона, – прошептала я.
– Да. Что ты можешь рассказать о нем?
– О Мизраиле? Даже не знаю. Из всех приближенных к Хранвону людей, он всегда казался мне самым порядочным, но в то же время и очень скрытным. Королевский секретарь прятался в тени других, но при этом стоял за многими решениями Хранвона.
– Да, я уже видел, как твой бывший муж выдавал твои поправки к договору за свои. И, несмотря на то, что все они были приняты сторонами, заявлял о том, что ты не разбираешься в торговле. Полагаю, он так же присваивал себе успехи Мизраила.
– Что-то вроде того.
Интересно, сколько в политике Хранвона было именно его решений? Полагаю, что во многом правил не мой бывший муж, а его секретарь.
– Что ты скажешь о его предложении? – поинтересовался Аламир. – Признаться, я сам не знаю, как ответить. С одной стороны, он приказал убить тебя, если у наемников будет такая возможность, с другой, предлагает магическую клятву.
– Ты же понимаешь, что, какая бы жесткая формулировка ни была у клятвы, он попытается найти обходные пути? Просто на всякий случай.
– Понимаю, поэтому хочу решить эту проблему кардинально, но другие варианты на троне Кральна еще хуже, чем Мизраил под клятвой. В принципе, можно вмешаться в борьбу за власть и подтолкнуть своего кандидата, например, того же герцога Ральне. Но это...
– Займет много времени и ресурсов, – продолжила я. – А так мы получаем вполне лояльный Кральн. По крайней мере, больше красть Георга или устраивать покушения на меня Мизраил не сможет. А вот другие кандидаты на престол – вполне. В чем-то мне даже жаль графа Тоу. Он не такой уж и плохой человек. И не готов ради власти жертвовать всем.
– Почему ты так думаешь?
– Мизраил очень любит своих сестер. У него их три. Двум младшим сейчас что-то около пятнадцати. Они близняшки. Старшей – двадцать два. Он заменил сестрам рано умерших родителей. Кстати, о старом графе и графине Тоу я слышала только хорошее. Так вот, полгода назад Лоя – старшая из сестер Мизраила вышла замуж. Ее избранник виконт из провинциального рода, не отличающегося ни богатством, ни влиянием. Зато молодожены так смотрели друг на друга, что сразу было понятно, что этот брак по любви. Мизраил мог бы выдать сестру замуж, чтобы получить больше влияния и власти, благо, девушка настоящая красавица, но не сделал этого. Почему? Потому что счастье сестры оказалось для него важнее. К слову, сейчас Лоя ждет ребенка.
Несмотря ни на что я не хотела смерти Мизраилу. И на это было еще несколько причин. Королевский секретарь пытался хоть как-то помогать талантливым простолюдинам, проталкивал законы для них, а еще занимался благотворительностью. Точнее, занимались его сестры, но деньги на это зарабатывал он. Да, Тоу не был святым, но и слишком подлым я его не считала. Хотя он очень скрытен.
Кроме того, через восемь лет Мизраил умрет. Заболеет какой-то редкой болезнью и буквально усохнет на глазах. И нескольких месяцев не проживет с того момента, как ему поставят страшный диагноз. Помню, как я плакала на его похоронах в первом варианте будущего. И до сих пор жалею его. Правильно ли это?
– Значит, сестры... – голос Аламира выдернул меня из воспоминаний. – Есть у меня одна интересная задумка. Расскажи мне побольше о семье Мизраила.
***
Граф Тоу нервничал. Он понимал, что сейчас решается его судьба. Надо ж было так влипнуть с этим покушением и похищением! Аламир, оказалось, подстраховался. Как он схватился за Элию! Видно, королева ему небезразлична настолько, что он готов решать ее проблемы. Даже жениться собрался, надо же!
Эх, если б Мизраил не приказал тогда убить Элию, сейчас ему было бы спокойнее. Аламир точно согласился бы на клятву. Все же похищение ребенка и убийство совсем не одно и то же.
Наконец, в камеру, где сидел граф Тоу, пришел конвоир и отвел его в комнату с зеркалом связи.
– Что ж, Мизраил, я подумал, и, пожалуй, приму твое предложение, но выдвинув встречное условие, – веско сказал его величество.
– Какое?
– Видишь ли, учитывая, что ты мастер обходить клятвы, мне необходима подстраховка, поэтому условие такое: твои сестры должны переехать в Аар.
Мизраил резко побледнел.
– Ты хочешь взять их в заложники? – спросил он побелевшими губами.
– Мне нужна гарантия, кроме клятвы.
– Нет, – тихо выдавил из себя Мизраил. – Можешь убивать. Сестер ты не получишь.
– Я не хочу ничего плохого. Наоборот, предлагаю долгосрочное сотрудничество. Подумай сам. Если я знаю о твоей слабости, о ней знают и другие. Сейчас в стране нестабильно. Мало ли что случится? А я предлагаю вывезти их в Аар, поселить в столице или недалеко от нее. Младших можно устроить в академию, там прекрасная защита и хорошее обучение. Старшая со своей семьей будет жить в съемном доме, под защитой. Всю беременность ее будет наблюдать опытная целительница. Ты ведь знаешь, что в Ааре сильные маги, в том числе и лекари.
– Создатель милосердный, – пробормотал Мизраил, – ты даже о беременности знаешь. Я сам
