— Иди, переодевайся. Не покидай свою каюту, я сам за тобой зайду, когда мы пришвартуемся и нам подадут челнок, — приказал он расстроенной женщине. — Мы в одной капсуле, Кайли, и должны поддерживать друг друга, а не топить. Помни об этом! Аудиенция у Его Величества и подписание документов на наследство моего старшего брата — самое важное, что до сих пор случалось в твоей жизни. Веха, рубеж, граница, за которой тебя ждет свобода и богатство, с одной стороны, и мучительная смерть — с другой. До сих пор я ни разу не обманывал тебя, ты жила в довольстве и роскоши, имела слуг, свой флаер с пилотом, драгоценности. Но одна ошибка, одно лишнее слово, и я уже ничем не смогу тебе помочь.
— Я поняла, поняла! — закивала любовница. — Я могу идти к себе?
— Иди, — разрешил ир и в раздражении сжал кулаки.
Всхлипнув в последний раз, лже-Кайли бросилась вон, и Райтон с облегчением выдохнул.
Утомила!
Тем временем крейсер подошел вплотную к причалу и пришвартовался. Осталось дождаться челнока.
Райтон ни капли не сомневался, что Его Величеству или уже сообщили о появлении в территориальной зоне Адельрада корабля с правителем Даластеи, или докладная записка вот-вот ляжет на его стол.
На пышный прием рассчитывать не приходится, да ему это и не нужно — только лишнее внимание привлекать.
Скорее бы завершить дела и улететь подальше!
Челнок появился намного раньше, чем он предполагал. Значит, их ждали. То есть, что его версия о долгом ожидании аудиенции может оказаться неверной.
Рест чешуйчатый!
Мужчина проворно сбежал вниз на жилой ярус и без стука ворвался в каюту лже-Кайли.
Камеристка, которая помогала Тами надеть платье, немедленно выронила все, что держала в руках, и присела в почтительном приветствии. Его «супруга» осталась стоять в одном нижнем белье.
— Кайли, ты почему до сих пор не одета? — рыкнул Райтон. — Сколько можно копаться? Даяна, немедленно натяните на иртею, — последнее слово он выплюнул, словно это ругательство, — платье! Челнок уже у входа!
— Да, ир, сию минуту, ир, — пробормотала камеристка и бросилась к подопечной.
Через десять минут лже-Кайли, красная и перепуганная стояла у выхода, крепко вцепившись в руку «мужа».
— Лицо попроще сделай, — тихо произнес Райтон. — А еще лучше — смотри в пол.
Женщина поспешно выполнила его указание.
Переход в челнок прошел без эксцессов, как и перелет на Космодром. На посадочном поле у трапа их уже встречали.
— Ир Райтон дес Ашанти? — полувопросительно обратился встречающий.
— Да, — холодным тоном ответил Райтон.
— С вами?
— Иртея Кайли дес Ашанти, — без запинки ответил мужчина и про себя порадовался, что по имени наследницы никто не догадается, что она уже снова несвободна.
Вдова носит имя покойного мужа, она по-прежнему дес Ашанти. Став женой Райтона, она осталась дес Ашанти. Таким образом, он называет настоящее имя, не раскрывая, что женщина уже не вдова, а супруга. Правда, наследница не совсем настоящая, но это лучше даже в мыслях не держать. Мало ли — вдруг на Космодроме прибывших незаметно прощупывают и прослушивают эмпаты? Иди, упаси Космос, — телепаты? Говорят, существа, способные читать мысли, встречаются среди уроженцев некоторых планет. Правда, ему пока такие не встречались. Ир поискал глазами, по чему можно постучать — где здесь дерево?
Он сам себе мысленно ответил: — Космос, откуда на Космодроме взяться дереву, это же не императорские апартаменты? Разве что — постучать по голове встречающего, видно же — служака без единой собственной мысли. Этакий… как раньше называли? А! Дубовый пень!
Райтон задержал взгляд на шагающем впереди офицере — вряд ли тот позволит по себе постучать. Ладно, тогда он просто мысленно отплюется, чтоб не притянуть неприятности! А то, неровен час, подумал про телепата, а он возьми и появись! Может быть, этот пень он и есть?
Офицер держался почтительно и аккуратно, без пренебрежения, ничем не показывал, что читает мысли гостя, и не излучал негативных эмоций.
Райтон снова вздохнул: как же ему не хватает второй части способности!!! В детстве они с братом делились друг с другом, и их никто не мог обвести вокруг пальца… Где оно, то время? И где брат…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Наконец, они добрались до флаера, который, к удивлению, повез их не в обычную гостиницу, а в императорский гостевой дом.
— Его Величество осведомлен о вашем прибытии, — пояснил сопровождающий, — и приказал выделить вам лучшие комнаты именно в этой гостинице. Проживание, питание — все за счет заведения. Вы — гости Его Величества.
— Поблагодарите от нас императора, — сдержанно отреагировал Райтон. — Это большая честь!
— Император приказал вам передать, что позволяет проводить время, как заблагорассудится. Вы можете отдыхать, гулять по столице, посещать магазины и развлекательные заведения. Как только дэйн Рамонши, глава императорских нотариусов, вернется из кратковременной поездки, вам немедленно сообщат, на какой день и на какое время назначена аудиенция.
— Хорошо, — ответил правитель Даластеи.
— Завтра с утра постарайтесь не покидать гостевой дом — к вам придут двое сотрудников Центра генетики, чтобы взять образцы у вашей спутницы. Это приказ Его Величества, — поставил жирную точку сопровождающий.
Он откланялся, оставив Райтона в некотором смятении.
Опять задержка!
Император неожиданно решил проверить ДНК наследницы прямо сейчас. Неужели Его Величество что-то подозревает?
Вряд ли, иначе их не в гостевой дом поселили бы, а в тюрьму. А здесь полный пансион, лучшие комнаты, разрешение на свободное перемещение по столице… Хороший знак.
Образцы будут брать не на глазах императора, это большая удача! Есть шанс тихо, без лишние свидетелей договориться с генетиками, чтобы они просто забрали зуб, а уж там-то ДНК совпадет!
Плохой знак — император не пригласил их во дворец. Это означает, что они не в фаворе.
Но, с другой стороны, такая немилость ему только на руку — чем меньше времени император будет видеть «наследницу», тем больше шансов, что он не заподозрит подмену.
Задержка с аудиенцией вполне оправдана — без главы нотариусов оформить вступление в право наследства невозможно, ведь это не лавочники горшки делят, речь о целой планете, включая арминиевые рудники!
Нет, как ни крути, пока все складывается неплохо!
Успокоившись, он проверил, чем занимается «наследница», по пути наказав камеристке, чтобы они обе носа не высовывали из комнат. После вернулся к себе, с удовольствием принял душ, переоделся и отдал должное вкусному обеду.
День прошел ни шатко, ни валко — Райтон разумно решил сегодня никуда «наследницу» не тащить. Дескать, устала за перелет, теперь отдыхает.
Завтра, если процедура забора биоматериала пройдет без эксцессов, можно будет прогуляться по городу.
В флаере, чтобы избежать нежелательных контактов…
Перед сном он еще раз навестил «жену» и, отправив камеристку с наспех выдуманным поручением, еще раз настоятельно объяснил, что ей нужно будет говорить генетикам и как себя с ними вести. А потом вернулся в свою комнату, всю ночь спал крепко и сладко и утром проснулся свежим и бодрым.
Сотрудники Генетического центра не заставили ждать — появились сразу, как только Райтон завершил утренние процедуры. Словно караулили его пробуждение.
— Ир, — двое молодых мужчин замерли у порога и почтительно поклонились. — Мы здесь, чтобы…
— Я знаю! — перебил Райтон и взмахом руки отослал слугу с полотенцами. — Прежде чем я приведу женщину, я хотел бы поговорить с вами.
Генетики застыли с нечитаемым выражением лиц.
— Проходите, дэйны. Ведь дэйны?
— Да, ир. Но время…
— Ваше время будет щедро оплачено, — Райтон небрежным жестом показал на стол, где со вчерашнего вечера лежали два приятно-округлых мешочка.
Конечно, большинство населения предпочитает расплачиваться электронными деньгами, чтобы не носить в карманах больших сумм, но Райтон знал одно правило — видеть воочию и ощущать в руке тяжесть монет всегда приятнее, чем просто смотреть на цифры. Тем более, когда надо склонить человека на свою сторону, полновесные монеты, приятно позвякивающие в мешочке, быстрее помогают принять правильное решение.
