Олигархи как продукт социального неравенства
Как понять, что олигархи процветают? Это проявляется не только в их успешном влиянии на политику, но и в непосредственном сосредоточении богатства в их руках. К началу 2010-х годов имущественное неравенство в России достигло более высокого уровня, чем в любой другой стране мира, за исключением некоторых офшорных островов, предоставляющих гражданство миллиардерам. Пандемия коронавируса и военная операция лишь способствовали еще большей концентрации богатства в руках немногих. 2020 год ознаменовался самым резким увеличением доли миллиардеров в мировом богатстве за всю историю наблюдений. А в списке самых богатых людей Sunday Times за 2022 год на 250 тех, кто занимает верхние строки, приходится больше богатства, чем на верхнюю тысячу в 2017 году.
Такое неравенство в распределении богатства – именно то, что олигархам необходимо для процветания, уже много лет твердит Джеффри Уинтерс, автор книги «Олигархия» и самый авторитетный в настоящее время эксперт в этой области социальных наук. Как он утверждает, олигархия – это не форма правления. Олигархии возникают как при авторитарных режимах, так и в либеральных демократиях.
Олигархи всегда используют собственные ресурсы для защиты богатства и материальных интересов, объясняет Уинтерс. Главное, что им нужно, – это отсутствие ограничений на имущественное неравенство. Поэтому они так яростно выступают против любой формы перераспределения. В стремлении защитить богатство олигархи направляют деньги на лоббистскую деятельность, чтобы обеспечить принятие отвечающих их интересам законов, предотвратить введение противоречащего их целям регулирования и продвинуть на выборах лояльных им кандидатов.
Принято считать, что российские олигархи, которые в 1990-е годы почти в одночасье нажили свои состояния, в основном за счет теневых приватизаций, и какое-то время даже управляли государством, после прихода Путина постепенно слились с российской клептократией, или клановым капитализмом, и в большинстве своем были низведены до статистов. С тех пор на Западе укоренилось мнение, что хорошие времена для российских олигархов остались в прошлом и что последние два десятилетия они живут в постоянном страхе и подвергаются огромным рискам.
На самом деле, как утверждает Уинтерс, идея, что после окончания периода, когда российские олигархи правили государством, исчезли и они сами, проистекает из-за широко распространенного ошибочного представления об олигархической власти. Управление государством олигархи берут на себя лишь в крайнем случае – когда видят, что их богатство находится под угрозой, а не ради политической власти. Они предпочитают, чтобы политическую работу за них делали управляющие активами, юристы и лоббисты.
Путин, начиная с первых дней своего правления и до сих пор, стремится держать российских олигархов в напряжении. Иногда Путин их наказывает, выборочно и довольно-таки непредсказуемо, что обошлось некоторым из них дорого, особенно Михаилу Ходорковскому, который провел в исправительной колонии в Сибири десять лет. Одному из моих собеседников, Зиявудину Магомедову, тоже не посчастливилось стать целью для такого показательного возмездия (см. главы 1 и 3).
Несмотря на такие эксцессы, на самом же деле на протяжении всего долгого правления Путина – по крайней мере до 24 февраля 2022 года – интересы олигархов были хорошо защищены. В целом Путин относился к ним благосклонно. Если сравнивать с другими странами, Россия была и, скорее всего, остается отличным местом для миллиардеров, которые хотят разбогатеть еще больше. Нигде больше они бы с такой легкостью не преодолели серьезные трудности, вызванные экономическим кризисом 2008 года, западными санкциями, наложенными на Россию и конкретных граждан после присоединения Крыма, или пандемией коронавируса.
Молодое поколение: прагматизм и цинизм
В 2011 году Алексей Навальный, тогда еще просто блогер и юрист, выступил в Лондонской школе экономики (ЛШЭ) с лекцией, которую начал с едкого вопроса: что же такое преподают в ЛШЭ, что столь много ее выпускников фигурируют в его расследованиях коррупции в элитах? Представителю ЛШЭ, который вел встречу, вопрос явно не понравился. Но публика, в основном русскоязычная, разразилась смехом. В отличие от ведущего, никто из зрителей не верил в миф о том, что западное образование в силу самой своей природы производит на свет настоящих демократических лидеров.
Десять лет спустя западная аудитория по-прежнему склонна держаться за этот миф – в том числе когда речь идет о детях сверхбогатых русских, получающих образование на Западе. Нет сомнения: западное образование оказало большое влияние на молодых выходцев из России, многие из которых освоили искусство правильной речи, лишенной расизма, сексизма и гомофобии, столь распространенных среди поколения их родителей. Тем не менее до начала военной операции они едва ли не поголовно искренне и твердо поддерживали Путина.
Для тех, кто твердо верит в трансформирующую силу западного образования, это, конечно, необъяснимо. На самом деле такое поведение вполне рационально. Ведь дети видели, как состояние их семей укреплялось и росло на протяжении всего долгого правления Путина. Военная авантюра российского президента, безусловно, несколько пошатнула их картину мира. Она выбила почву из-под ног их отцов, и это не могло не зародить в детях сомнение относительно их будущего. Тем не менее дети четко понимают, что гипотетическая смена режима в России вовсе не обязательно пойдет им на пользу. Напротив, любое радикальное изменение может поставить под удар бизнес-империи их отцов – и их наследие.
Параллельно с этим дети олигархов уже давно научились воспринимать так называемые западные ценности с большой долей цинизма. Они знают, как делаются дела на Западе, – основываясь либо на собственном опыте, либо на историях своих отцов. Такое знание не может не влиять на их мировоззрение, формируя у многих паттерны мышления, близкие к whataboutism’у, который годами поощрял Путин, – когда на каждое обвинение следует вопрос «А вы чем лучше?». Те дети богатых русских, чьи родители попали под санкции, воспринимают наложенные на них ограничения как вопиющую несправедливость и личное унижение, и они полностью на стороне отцов. Впоследствии они видят главную свою задачу в разработке стратегии для своих семей в целом, считает Виталина Драгун – исследовательница, которая провела более сотни интервью с олигархами и их детьми. В то же время представители молодого поколения богатых русских вряд ли будут удивлены, если нынешняя негативная реакция Запада в отношении российских олигархов окажется краткосрочной и большинству попавших под санкции олигархов будет предоставлено множество возможностей реабилитироваться, о чем я писала в предисловии к этой книге.
Такой сценарий, скорее всего, вполне подходит сегодняшним детям богатых русских. Даже если отцам придется попрощаться со своими империями, расположенными в России, детям будет не слишком больно:
