того, что и потомство от него будет соответствующим. И, следует заметить, данное предположение почти всегда оправдывалась.
Второе: принцессам, как и подавляющему большинству молодых особ женского пола, чаще всего и нравились самые сильные, благородные и храбрые претенденты, так что вопрос «стерпится — слюбится» опять же в большинстве случаев решался сам собой.
Третье: драконы хоть и были редки, но временами доставляли массу серьезнейших проблем и крестьянам, и свободным фермерам. Поэтому тот, кто убивал дракона, мог рассчитывать на уважение со стороны простонародья, что для будущего члена королевской семьи имело немалое значение.
И вот драконы перевелись. Кончились. То ли вымерли, то ли улетели в места совершенно недоступные, то ли еще что, но факт остается фактом: вот уже три года принцесса на выданье, прекраснейшая дочь короля Гедона Третьего сидит незамужней, в то время как славные рыцари, обычные дворяне и даже просто безродные авантюристы Великой Делонии и Великой Монронии уже отчаялись найти хоть одного, пусть и самого захудалого дракона на тысячи полетов стрелы окрест.
Сообщив это, Верховный Маг Прамон Серебряный вздохнул и скорбно умолк, как бы предлагая всем разделить с ним тяжесть данного трагического факта.
Но разделять чужую тяжесть экипаж «Пахаря» не захотел.
— А мы-то здесь при чем? — удивился вслух Оружейник, который никогда не отличался терпением и дипломатичностью.
— Еще не знаю, — честно признался гость. — Но ведь для чего-то я вас вызвал, правильно?
Он оглядел изумленные лица экипажа и добавил:
— Может быть, вы сумеете найти нам хоть одного дракона? А лучше нескольких. И, желательно, не слишком далеко от столицы.
Последующий весьма живой обмен вопросами и ответами выявил следующее: «Пахарь» выпал из гиперпространства и оказался в данном конкретном месте пространства обычного не сам по себе, а был выдернут сложнейшим и уникальнейшим заклинанием Верховного Мага Великой Делонии Прамона Серебряного. И, как бы печально для уважаемых пришельцев это ни звучало, покинуть планету они смогут лишь после того, как тем или иным способом выполнят поставленную заклинанием задачу: обеспечат наличие дракона. При этом Прамон Серебряный честно признавался, что он понятия не имеет, почему его заклинание сработало именно таким образом.
— Оно было направлено на то, — вещал он, подкрепляя свои слова выразительной жестикуляцией, — чтобы вернуть драконов. В целом, так сказать. А уж каким образом это произойдет — я знать не знал и не знаю по сю пору. Может быть, вы призваны их отыскать, может быть, возродить, а может быть…
— Стоп, — остановил его Капитан. — Уважаемый Парамон…
— Прамон, — поправил Капитана Верховный Маг. — Прамон Серебряный, с вашего позволения.
— Хорошо, Прамон. Вам, господин Прамон, вообще известно, с кем вы имеете дело?
— Конечно, — ответил Прамон. — Вы — существа из внешнего мира. Из того мира, где властвует не магия, а так называемые техника и наука. Мы давно о вас знаем. Но, повторяю, мне совершенно неизвестно, почему мое заклинание перенесло в наш мир именно вас, а не какое-нибудь магическое существо вроде могущественного джинна, способное нам помочь.
— Как интересно, — заметил Штурман. — Почему же мы о вас ничего не знаем?
— Потому что наш мир умело и добротно замаскирован целой системой древних и надежных заклинаний, и, пока мы этого не захотим, вы нипочем его не найдете. А мы этого не хотим. Во всяком случае, пока. Нас вполне устраивает преобладание магии над так называемым научно-техническим прогрессом в нашем мире.
— Бред какой-то, — не выдержал Доктор. — Заклинания, магия, драконы… По-моему, нас разыгрывают.
— Увы, — вздохнул маг. — Хотел бы я, чтобы все это было всего лишь розыгрышем. Поймите, я не стал бы творить этого волшебства, не будь мы доведены до полного отчаяния. Я ведь даже отменить его не могу, — печально сообщил он. — Есть, знаете ли, такие невозвратные заклинания. Это — одно из них.
— То есть вы хотите сказать, что если мы не решим вопрос с драконом, то останемся у вас навсегда? — прямо спросил Механик.
— Именно так, — подтвердил Прамон. — Извините.
— Бог простит, — буркнул Капитан и обратился к Штурману: — Ну-ка, проверь дальнюю связь с Землей. А то не нравятся мне эти шуточки.
Штурман ушел в рубку, а остальные продолжили содержательную ночную беседу.
— Скажите, — осведомился Оружейник. — А с чего вообще такая суета? Ну, исчезли драконы. Подумаешь! Создайте новую традицию выбора жениха. В конце концов, нет ничего вечного под луной.
— Так-то оно так, — согласился Верховный Маг. — Мы, советники и маги, как раз и собирались это сделать, но наш король Гедон Третий… — Он оглянулся через плечо и понизил голос: — Как бы это помягче выразиться…
— Самодур? — предположил Капитан.
— Э… я бы сказал — твердый приверженец традиций. «Вот умру, и делайте, что хотите. А пока я жив, у моей дочери должен быть настоящий жених и муж. Тот, кто победит дракона. Или такой, или никакого. Пусть лучше династия прервется и начнется гражданская война за престол, чем я отступлюсь от вековых правил. Не я их вводил, не мне и отменять». Примерно это он заявил три дня назад на Дворцовом Совете, и мы не смогли его переубедить. В общем, ситуация сложилась безвыходная. Да, можно было бы дождаться естественной кончины нашего славного короля и потом уже действовать. Но кто знает, сколько ему отпущено еще лет жизни? Мужчина он хоть и пожилой, но еще крепкий. Вполне может быть, что ко времени ухода в мир иной и его дочь, нынешняя принцесса Армелия, состарится настолько, что… ну, вы понимаете. Вот и пришлось мне сотворить вышеупомянутое заклинание, уж не взыщите. И, кстати, если вы думаете, что оно легко мне далось, то ошибаетесь. Несколько лет жизни я на этом точно потерял. Но чего не сделаешь на благо родины…
Маг умолк и в очередной раз тяжело вздохнул.
— Дальняя связь не работает, — доложил из рубки Штурман. — Та же история, что с гравигенераторами и атмосферными двигателями. На вид все в порядке, но…
Капитан посмотрел на Механика.
— Я, конечно, могу проверить, — сказал тот. — Но
