— Тебе нравится? — смотря на мое отражение в зеркале вкрадчиво интересуется Волков. — Только честно.
— К сожалению, да, нравится. Только оно на мне не пышное, как должно быть.
— Надо побыстрее привести твой мозг в норму. Не к сожалению, а к счастью, это, во-первых. Во-вторых, да, не пышное, потому что здесь кое-чего не хватает, — закрывает дверь на щеколду и тут же достает из бумажного пакета белое кольцо. — Это подъюбник, слово-то какое дурацкое. Или просто кольца, продавщица сказала именно так. Сейчас будет пышно, — произносит Кирилл, улыбаясь какой-то мальчишеской улыбкой.
Распускает этот самый подъюбник и наклоняется вниз, скользя по моей обнаженной ноге. Останавливается на щиколотке и поднимая на меня голову тихо произносит:
— Приподнимите свои ножку, Светлана Васильевна. Сначала одну, потом другую.
Делаю так как он сказал, а самой становится смешно. Волков надевает на меня подъюбник. Вот же умора. Хотя смешного на самом деле уже ничего нет. Я четко уловила то, что он изменился в лице, как только начал надевать на меня эту штуку. И ведь мог бы сделать это быстро, но нет, он как будто специально непозволительно медленно скользит ладонями по моим ногам.
— Ну все, — сам одергивает юбку вниз и неожиданно для меня, резко разворачивает к зеркалу. — Вот теперь все как надо. Как сказала бы моя мама — ты прям девочка-девочка.
— Красиво, — улыбаюсь, глядя на себя в зеркало и перевожу взгляд на Кирилла. — Можно тебя кое о чем спросить? Только не подумай ничего такого.
— Конечно, можно, — обнимая меня сзади за талию, не задумываясь произносит Кирилл. — Я могу и без вопросов ответить. В среднем секс длится от двух до десяти минут. Зависит от очень многих факторов. Но это только фриканье, не бери сюда предвариловку и собственно первый раз. Там все было несколько искажено и воспринято тобой не совсем правильно. Не волнуйся, всему свое время, это не экзамен, разберемся. Вот прям вечером и продолжим разбираться.
— Вообще-то я не это хотела спросить! — возмущенно бросаю я. Самое дурацкое в этой ситуации, что, несмотря на то, что я хотела задать совершенно другой вопрос, я действительно только и думаю о предстоящем сексе.
— Но призадумалась, да, Светка? — утыкаясь мне в шею, интересуется Кирилл. Вот сейчас он тот самый Волков, а не вежливая «подружка-компаньонка», помогающая мне с выбором одежды.
— Ну даже, если и так, я не признаюсь в том, что…
— Думаешь обо мне и предстоящем сексе. Не признаешься, но это и так понятно. Ну да ладно, что ты там хотела спросить, Светка-грильяжная конфетка?
— Почему ты не зашел ко мне, когда я примеряла сорочку? Если честно я думала ты ее выбирал для себя. Ну в смысле…
— Все правильно ты думала, — перебивает меня Волков. — Для себя, конечно. Не посмотрел, чтобы… не трахнуть тебя прям в примерочной. Да, Света, грубо и бла бла бла. Но там бы случился именно он — трах. И чтобы не сорваться…
— Ты притворялся милым?
— Нет, конечно. Я притворялся милым, чтобы купить тебе одежду в том количестве, в котором я хотел. А зная твои загоны про содержанку и прочую лабуду, надо было немного затуманить твой мозг милотой. Итого, ты сама примерила все вещи с моей легкой подачи, и естественно они тебе понравились. А если бы я сказал в ультимативной форме — «Иди примеряй это платье, иначе пущу о нас правду по отделению», ты бы набычилась и специально не померила ни одного наряда. В итоге я бы остался ни с чем, а ты с одними добротными трусами и без единого платья.
— А зачем ты все это сейчас мне рассказал?!
— Потому что уже купил тебе все, что хотел. Ну и зачем притворяться тем, кем не являешься больше нужного?
— Да, действительно. У меня… просто нет слов.
— Да и не надо, Светик, — усмехаясь мне в волосы, шепчет Кирилл и тут же целует в шею. — Вот о таком вранье я тебе и говорил. Видишь — все с пользой и по делу.
— С ума сойти.
— Ни в коем случае. В наших психушках плачевные условия для психбольных. Все, давай закругляться. Я хочу к семи быть уже загородом, — целует меня в шею в очередной раз делая засос.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Кирилл!
— Это тебе за мою сожранную шею. Все, отпускаю тебя с миром. Переодевайся.
* * *
Наглый и хамоватый, кажется, так я о нем говорила, правда, я забыла о не менее важном качестве — он хитрый, прошаренный манипулятор. Вряд ли с ним может кто-то потягаться на равных, что уж говорить обо мне, монашке из Джунглей. Усмехаюсь в голос, входя в квартиру, на что Волков вопросительно на меня уставился, а я лишь отвела взгляд.
— Ровно через два часа заеду. Ждать тебя не буду, будешь голой — накину халат и в таком виде заберу в машину.
— Я буду готова даже раньше, — уверенно произношу я.
— Это хорошо. Платье какое-нибудь прихвати, порадуй старших. Это имелось в виду меня. Ну и сорочку, само собой не забудь.
— Не забуду.
— Все, собирайся.
Закрываю за Волковым дверь и недолго думая несусь в ванную. На самом деле, два часа это мало для выполнения всех поставленных мною задач. Выполнив все гигиенические процедуры со своим телом, быстро помчалась собирать вещи и сушить голову. На все ушел ровно час. Обрадовавшись такому результату, схватив мою верную подружку Машу и включив ноутбук, так вовремя предоставленный мне Волковым, уселась за стол. И пусть это пошло, и стыдно, и грязно, и еще кучу эпитетов, но не посмотреть пару видео для взрослых, просто не могу. В первый раз все было спонтанно и на эмоциях, да кто вообще думал, что это произойдет так быстро и неожиданно. Сейчас же мало того, что все осознанно, так я еще и прекрасно понимаю для чего мы едем загород, где на минуточку-не будет никаких посторонних глаз. Сейчас гораздо страшнее, жутко боюсь облажаться. Девственницам можно, а я уже… не она.
Долго придумывать названия в поисковик не пришлось. «Романтичный и красивый секс влюбленной пары» именно так гласил мой запрос. И надо сказать, поисковик выдал много чего знатного, но даже по заставке было понятно какой там разврат. Недолго думая, выбрала то, где маячили лепестки роз. И таки-да, лепестки действительно были, да и вообще пара на видео, несмотря на обнаженный вид выглядела красиво и совсем не пошло. А потом женщина залезла на мужчину и собственно принялась на нем двигаться. Хотя не так — она скачет. Снова скачет и стонет. Ноги согнуты в коленях, прогибается вперед, ложась мужчине на грудь и теперь уже он направляет ее бедра.
— В принципе ничего сложного, да, Маша? Можно справиться, хотя он так глубоко…
— Безусловно можно справиться и посох не сломается, и не проткнет дупло, — я бы подумала, что у меня слуховые галлюцинации на фоне постоянных стонов с экрана, но нет, не настолько уж я впечатлена данным видео, чтобы не заметить позади меня женщину, рассматривающую меня с ног до головы.
Первое, что я сделала, когда осознала, что передо мной с вероятностью в девяносто девять процентов хозяйка квартиры — это вскочила со стула. А потом замерла, крепче прижав к себе вырывающуюся Машу. Никогда я не была в таком ступоре. Как и никогда я не испытывала такого фиаско. Это даже не позор, это… позорище. Черт, кажется, у меня не только прирос язык к небу, но и начинает кружиться голова. Я реально готова отключиться от страха и позора. И кажется, я уже сегодня перееду к Кириллу, потому что меня просто выгонят.
— Не надо падать в обморок, это всего лишь порно, — беззаботно произносит женщина, забирая у меня из рук Машу и опуская ее на пол. — Порно, порно, весело задорно. А судя по тому, что на экране появился третий товарищ, сейчас у них будет перекус.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Перекус? — переспрашиваю я, буквально рожая из себя семь букв.
— Ну да. Бутерброд. Сэндвич. Тройник. Тьфу, в смысле не соединительная деталь трубопровода, а тройничок. Не надо такое смотреть неокрепшей психике. Давай выключим намечающуюся каку, — женщина обходит меня и тянется к ноутбуку. А я мельком замечаю около той самой наездницы пристрающегося третьего участника. Мама дорогая… Вот тебе и романтичная влюбленная пара.
