здесь, ни одна из вас ничего для них не сделает.
Пару секунд мы молчали, а потом снова заговорила Зарема, понизив голос.
— Принца нашли, — здесь Сафира рвано выдохнула, но задавать вопросов не стала. — Точнее, его просто заметили на улице — и тут же доложили Саиду. Уж как он обрадовался! Выходящим от нас Фарида не видели, но хватило того, что он появился в долине — причем совсем неподалеку от нашего дворца. Визирь точно заподозрил, что долгое отсутствие принца с нами связано. Его, конечно, арестовывать никто не стал… к нему просто приставили охрану. Для его же безопасности, разумеется! Так что сейчас он сидит безвылазно в самом роскошном из гостевых домов и не может оттуда ступить и шагу без сопровождения. А еще говорят, что в Карум едет сам халиф вместе с младшими принцами, и они вот-вот уже будут здесь.
Я прикусила губу. Чтобы с гарантией обвинить Фарида в попытке убийства, ай-Джарифу определенно нужны мы — причем готовые сотрудничать. Неопровержимым доказательством станет только “лягушка”, которая осталась в нашем дворце. А еще не помешают свидетельские показания женщин из дома Мируз, готовых подтвердить, что заказал игрушку именно принц Фарид. Сам визирь тоже может свидетельствовать, рассказав ту же историю, которую уже поведал мне, но наши показания определенно выйдут повесомее.
А добиться от нас сотрудничества он явно решил с помощью запугивания. Против нас уже есть неопровержимое обвинение — в нападении на визиря и стражников. Мы уже в тюрьме. Осталось только пригрозить, что нас самих могут обвинить в соучастии в заговоре. А за готовность подтвердить все, что скажут (и, конечно, не будем забывать о наследстве!), нам наверняка милостиво предложат минимальное наказание. И, пожалуй, так действительно можно было бы по крайней мере защитить всех своих, выторговать им если не свободу, то хотя бы жизнь…
Я посмотрела на Сафиру, нервно сцепившую руки и сжавшую губы, и тряхнула головой.
Нет.
Принц Фарид мне никто. Он не слишком умен. И не обременен избытком совести, раз уж действительно хотел занять место отца и был готов для этого почти на все. Наверное, он будет не лучшим халифом.
Но он все-таки не убийца. И обрекать его на казнь я не собираюсь.
— Мы должны расследовать заговор, — произнесла я вслух то, что казалось единственно верным выходом.
Для чего принцесса Фируса подставила брата, подкинув ему нелепую идею и убедив в ее выполнимости? Как ей вообще удалось убедить его в этом? И главное — в чьих интересах она действовала? Помогал ли ей кто-то? Что было ее целью — отстранить от наследования Фарида или убить отца? Выяснив все это, мы, конечно, не оправдаем старшего принца. Но, по крайней мере, избавим от ложных обвинений — причем не только его, но и себя.
Мда, знать бы еще, как это сделать. Все же я отличный управленец — но совсем не детектив!
Хорошо бы сам визирь оказался в этом заговоре замешан. Тогда никто и не вспомнит о нашем нападении.
Но если сбежать сейчас может только одна из нас…
Сафира и Лейсан переглянулись и кивнули друг другу.
— Ты ведь нас не бросишь? — совсем тихо спросила последняя.
— Даже не думай об этом! — я сжала ее руку. — Мы вытащим всех. Но нам понадобится помощь. Кого-то, кто не сидит в тюрьме и умеет добывать информацию. И один посол очень кстати задолжал мне пару услуг…
*
Перед побегом все-таки пришлось выдержать небольшой бой. С тем, что бежать должна я, никто не спорил — посол Вербинии какой-никакой, а союзник, а клятву он давал именно мне. Однако Сафира была уверена, что еще одним союзником для нас может стать принц Фарид, с которым лучше всего договариваться ей. А значит, лучше оставить в камере… ну, скажем, Мариам.
— Да нас и не различит никто, если слишком не присматриваться! — горячо доказывала она. — А кто вообще станет присматриваться к Мариам, если она все время по углам прячется?!
В чем-то Сафира даже была права. Мариам — наша с ней единокровная сестра, и, в общем-то, сходство между девушками и впрямь есть. Разве что волосы у нашей библиотекарши вьются, а у Сафиры нет, но под вдовьим покрывалом их все равно не видно. Если нарядить их в одежду друг друга, разницы действительно, скорее всего, никто не заметит.
Сама Мариам в ответ на это только фыркнула. Да и мне в полезность талантливого артефактора верилось куда больше, чем в принца.
Что до Заремы — она свою значимость для общего дела доказала одной-единственной случайно оброненной фразой.
— Если мы будем спорить до вечера, Фируса точно заметит, что я куда-то делась! — досадливо поморщилась она.
— Кто?! — вскинулись мы с Сафирой разом.
— Ну, старшая жена Саида… я же говорила, она такая…
— Так… — я потерла виски. — Подожди. Что ты о ней знаешь?
Как оказалось, почти ничего — кроме того, что старшую жену в гареме Саида ай-Джарифа все слушались безоговорочно.
Фируса — не самое распространенное в Зенаиле имя. Да, это может быть совпадением… а может и не быть. Могла ли старшая дочь халифа стать старшей женой его же визиря? Очень даже. Вполне себе удачная партия. Могла ли она после этого продолжить общаться с братом-наследником? Вполне. Большинство зенаильских мужчин не ограничивают своих законных жен в общении с родными. При этом старшие жены пользуются большей свободой, чем прочие. А урожденная принцесса и вовсе имеет привилегии.
И да, проще всего было бы расспросить об этом принца. Но… информация о том, за кого вышла замуж (если вышла) дочь халифа, наверняка общеизвестна. Никто из нас не знает этого просто потому, что мы никогда не интересовались светскими новостями и сплетнями.
И если эта Фируса — та самая… значит, подставить Фарида решил, вероятнее всего, именно визирь. Зачем? Ну, может быть, его больше устраивает второй наследник — младшему принцу всего пятнадцать, и им еще вполне можно манипулировать. А может быть, ай-Джариф и сам не прочь примерить халифские регалии. Если удастся каким-то образом дискредитировать всех принцев, то старший зять наверняка может на что-то претендовать. Словом, мотив у визиря очень даже может быть… осталось только найти доказательства. И сделать это может только Зарема.
В конце концов удалось кое-как убедить Сафиру, что в случае необходимости мы за ней вернемся и поменяемся местами.
…Прокрасться мимо пары стражников, резавшихся в кости в караулке, удалось без приключений. Если они и обратили внимание на поднявшийся ниоткуда
