И Ханна принялась красочно расписывать свою незаменимую роль в устройстве сестринской судьбы, только я, конечно, уже её не слушала.
Всё внутри меня скрутилось, стянулось, а потом вдруг распрямилось резко и опасно, как слишком перетянутая пружина. В голове легонько зазвенело, позвоночник обдало одновременно холодом и жаром. Мозаика сложилась. Теперь всё казалось таким неожиданно очевидным.
Ни разу за всё время своих изысканий мы даже не задумались, где прадед брал столько яда для своих исследований. А ведь ответ на все вопросы оказался так прост и близок.
Конни.
Кшахар.
Так же, как Акко был самым родным существом в жизни Джера, так и Конни, наверняка, была лучшей подругой Розалины. Верной, преданной и любимой. "Исцеление в любви..." Теперь, наконец, я знала, что имела в виду моя прабабка. Я знала, что спасло её, и защитило Джера, и почти исцелило меня.
За окном мелькнула крылатая тень, и я резко обернулась. Акко, на миг исчезнувший из виду, тотчас появился снова и, завидев меня, отчаянно забился в окно.
- Что?.. - встревоженная, я метнулась к нему и распахнула створки.
- Конни? - озадаченно нахмурилась Ханна. - Эй, кто это тебе разрешил лезть в дом?
Акко нервно передёргивал крыльями, бил хвостом по мебели и упорно толкал меня к двери, оглядываясь на окно. Я не смогла сдержаться: подалась на миг к подоконнику, чтобы увидеть, как на крыльце скрывается... Кэллиш. Внутри что-то тяжело ухнуло. Вот уж кого я меньше всего ожидала увидеть в этот миг.
Впрочем, глава Ордена у порога оказался отнюдь не единственной моей проблемой. Полдюжины демонов с нечеловеческой прытью неслись через лужайку прямо ко мне, явно намеренные, будто пауки, взобраться сюда прямо по стенам.
Не сдержав испуганного возгласа, я отпрянула, потом дёрнулась обратно и резким движением заперла окно.
- Сьюзи?.. - судя по тону, Ханна начинала нервничать, однако теперь мне было не до того, чтобы успокаивать старушку.
- Бежим! - крикнула я Акко, и мы друг за другом выскочили из комнаты.
Управляющий, ждавший меня в коридоре, взвился на ноги и округлил глаза.
- Что вы...
- Заберите Ханну, заприте двери!! - приказала я, не останавливаясь. - Скорей!!
Уже сворачивая за угол, услышала торопливые шаги: управляющий последовал моему приказу. Достигнув середины коридора, я вдруг резко остановилась и обернулась к Акко, едва успевшему затормозить следом за мной.
- Послушай... - голос мой срывался от волнения, когда я взяла в ладони плоскую морду и вгляделась в преданные яично-жёлтые глаза. - Я знаю ответ, Акко. У Розалины тоже был кшахар... у моей прабабки. Понимаешь?
Акко тревожно уркнул. Он не понимал.
- Ты и Джер... этот ритуал единения кшахара с хозяином, о котором он мне рассказывал. Он ведь включает в себя символический обмен кровью, верно?.. Именно это и спасло Джера от меня. Теперь ты видишь, Акко? Исцеление - в твоей крови. Противоядие от твоего собственного яда - в тебе самом.
Акко смотрел на меня во все глаза, не шевелясь, не издавая ни звука.
- Ты можешь спасти меня, - прошептала я, сознавая, что слова мои звучат, как мольба. На глаза навернулись слёзы. - Пожалуйста, Акко. Пожалуйста.
В ответ он вздыбил крылья и пророкотал что-то так возмущённо, что на миг мне показалось: он не сделает этого. А потом поняла: Акко был возмущён лишь тем, что я позволила себе сомневаться.
Он поднял свою сильную когтистую лапу и странным движением, будто причинявшим ему неудобство, растопырил короткие покрытые чешуёй пальцы. Там, между ними, обнаружилась неожиданно уязвимая полоска бледно-серой кожи, почти не покрытая чешуёй.
Забывая обо всём, я, словно завороженная, провела по ней пальцем. Акко дрогнул. Я подняла глаза, опасаясь, что причинила ему боль, но кшахар взирал на меня невозмутимо.
- У меня нет ножа, - осознала я запоздало.
А дальше додумать не успела - подпрыгнула от резкого звона осыпавшихся оконных стёкол и перепуганного визга Ханны.
- Бежим!.. - не успевая размышлять, я отдалась на волю инстинктов, погнавших меня прочь.
Акко позади протестующе зарычал, но меня это не остановило. Коридор я преодолела, кажется, в считанные секунды, чувствуя, как кровь вскипает в жилах, а кожа вспыхивает огнём. Не сомневаюсь, что и глаза мои сейчас были черны, как бездонные провалы.
Ещё один оглушительный визг Ханны настиг меня, когда я уже сворачивала в просторную галерею, разукрашенную лучами заходящего солнца. Я инстинктивно обернулась: не то хотела убедиться, что Акко следовал за мной, не то проверить, что нас ещё не настигли безумные преследователи.
И - споткнулась, в один миг теряя равновесие, безнадёжно повалилась на пол, услышала, как воздух позади свистит, рассекаемый кожистыми крыльями. Обернулась. Акко взмыл вверх. В его жёлтых глазах горела решимость, и я поняла, что он собирался сделать, лишь за миг до того, как его острые зубы впились в тонкую кожу между чешуйчатыми пальцами.
- Акко...
А он уже извернулся и нырнул вниз, устремляя ко мне смертоносный наконечник своего хвоста. Острое треугольное лезвие показалось огромным, будто меч - о боги, вот, сейчас он проткнёт меня насквозь... Но Акко филигранно, будто скальпелем, взрезал моё платье, добираясь до кожи. Я вскрикнула - скорее от пережитого страха, чем от боли. Ещё миг, и кшахар приземлился поверх меня, аккуратно обступая меня со всех сторон тремя лапами. Четвёртая легла мне на грудь, соединяя наши раны, позволяя смешаться нашей крови.
Застыв поверх меня, Акко приблизил ко мне плоскую морду, и я ясно прочла в его янтарных глазах тревогу и сомнение. Голова моя начала слегка кружиться, и сквозь странный полусон я вдруг услышала полный ярости рёв Джера:
- Нет!!!..
Акко дрогнул, но лапы с моей груди не убрал, лишь повернул голову. Я тоже взглянула в сторону, откуда послышался голос, и увидела его: Джер стоял на другом конце галереи, бледный как смерть, неестественно вытянувшийся и застывший, будто парализованный ужасом. Я вдруг поняла, как выглядело для него всё происходившее, и захотела возразить, разуверить его немедля, но смогла выдохнуть лишь слабое:
- Джер...
А потом он ринулся к нам.
С противоположной стороны, из коридора, ведшего к покоям Ханны, раскатистым эхом донёсся грохот сорвавшейся с петель двери. Преследователи настигали нас.
Глава 14
Публика, вечно сбитая с толку, в своём восторге воздвигает вам статуи и ломает их, чтобы ими же разбить вам голову.
Вольтер
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
