— Всё в порядке! — заявила эльфийка, вытаскивая из кармана проволочный шарик на цепочке. — Я поймала искателя на Дороге мёртвых! И отняла у него вот это.
Человека подтащили ближе и небрежно бросили на утоптанную площадку перед домом. Руки его были связаны за спиной, изо рта торчала скомканная тряпка. Но всё же, несмотря на то, что его одежда вся пропиталась кровью, он был ещё жив.
Глава 31.2
Инвертер оказался в руках у Лизы: Рин бросила его младшей некромантке, а сама взбежала по ступеням крыльца в дом. Бывший рыцарь поспешил за ней, и уже через минуту изнутри послышалась их привычная перебранка. На этот раз Ринарет категорически отказывалась от помощи с промывкой и перевязкой ран. Лиза слышала часть резкого, напряжённого разговора, а потом эльфы догадались закрыть дверь плотнее, и голоса превратились в гул.
Келлард, отец и Донния еле слышно переговаривались, склонившись над распростёртым телом искателя. Лиза рассматривала злополучное устройство: обломок кристалла с заключённым внутри тёмным облачком и множество проволочных колец разного цвета — медь, серебро и миралит. Так просто на вид, но сколько неприятностей обещал этот небольшой шарик!
Когда-то теневой амулет оберегал её саму от обнаружения Орденом инквизиции — она носила его с малых лет и до тех пор, пока он не рассыпался, не выдержав силы её окрепшего дара. Теперь эти же камни использовались инквизиторами для того, чтобы уничтожить теневых магов.
Любая магия, любое изобретение или открытие рано или поздно оказывались в руках Ордена, где из них делали оружие против таких, как Лизабет или Гаэлас. И никто не знал, как всё это остановить. Тэрон считает, будто им поможет магия крови, но разве генерал Гвинта, человек, знающий всё тайны этой разновидности магии, не сумеет придумать очередное обманное зелье? В Железной крепости томятся взаперти схваченные им некроманты, что помешает ему взять у них кровь и разгадать новые загадки Гильдии призывателей теней?
— Он умирает и не может говорить с тобой сейчас! — повысила голос жрица. — Дай мне помочь ему!
— Иди в дом и помоги Ринарет, — сурово ответил Келлард.
Непослушная жена продолжала стоять рядом. Пленный, которого избавили от кляпа, бессвязно стонал. Даже на расстоянии Лиза почувствовала, что ему осталось совсем недолго. Зажав в руке инвертер, она собрала остатки сил и поднялась со скамейки. Неслышно ступая, подошла ближе.
— Кел, так нельзя! Неважно, что он наш враг, мы ведь цивилизованный народ! — Донния повисла на руке мужа, надеясь, что он услышит её мольбы.
— Если ты собираешься помочь нашему врагу, то я не хочу тебя больше знать! — Призыватель стряхнул эльфийку с локтя и указал ей на дверь поместья. — Это не твоя война, поэтому не лезь куда не просят со своими дурацкими заклинаниями. Убирайся!
Жрица посмотрела в перекошенное от злобы лицо любимого и сделала шаг назад, потом ещё один. Всё, чего они добились вместе за эти месяцы, все её ласки и уговоры, её целительная магия и долгие ночи любви — всё обратилось в прах, стоило лишь Келларду повстречать на своём пути ненавистного врага-искателя. Жажда мести вновь разгорелась в его сердце, давние воспоминания о замученной жене и днях, проведённых в плену инквизиции, затопили разум непроглядной тьмой.
— Ну хватит! — Гаэлас толкнул в бок разъярённого друга, который собирался добавить ещё что-то к уже сказанному. — Немедленно извинись перед женой и давай займёмся делом.
— Она не понимает, ничего не понимает! — продолжал негодовать призыватель, сжимая кулаки.
— Я понимаю, — сказала Донния. В свете факела её глаза блестели слезами. — Твоя ненависть сильнее того, что между нами.
— Да, сильнее, — бросил ей Келлард.
— Заткнись и помогай! — Гаэлас подхватил пленного за руки и потащил на задний двор.
Лиза обняла жрицу и повела в дом.
Появление раненого искателя в один миг раскололо атмосферу тепла и взаимного доверия, установившуюся в лесном поместье. Переругавшиеся Рин и Талемар делали вид, что не знают друг друга. Донния тихо всхлипывала, съёжившись в углу старенького дивана. «Даже почти мёртвыми эти проклятые инквизиторы портят нам жизнь», — в сердцах подумала Лиза, укрывая подругу одеялом. Рыцарь занялся камином, который уже давно прогорел.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Когда наступит утро, я уйду, — тихо сказала Донния.
— Куда же ты пойдёшь с животом по лесу? Не выдумывай, пожалуйста, — устало вздохнула некромантка.
— В деревню… там к эльфам относятся спокойно. Но здесь, даже не проси, я больше не останусь.
Рин прислушивалась к шёпоту подруг и хмурилась. Донния осмотрела её раны, выдала ей бинты и настойки, а после уселась на диван и принялась реветь. Разговора на языке людей Ринарет не понимала и в конце концов не выдержала и спросила, что стряслось. Лиза, как могла, объяснила ей причину ссоры между супругами.
— Так бы и сказали. Иногда Кел просто напрашивается на драку!
Но Лизабет вскочила и остановила бойкую призывательницу.
— Нет, никаких драк! Я сама пойду на задний двор. Мне нужно кое-что сказать магистрам.
***
Искатель сидел на верстаке у стены сарая и что-то говорил, слов было не разобрать. Приблизившись, Лиза увидела, что пленный сидел не сам — его удерживали магические путы. Форма офицера Ордена была пропитана кровью, отчего становилось ясно: ранения он получил обыкновенным оружием. Своим собственным оружием, которое лежало неподалёку на перевёрнутой бочке. Изогнутая сабля светилась зеленоватым светом. На её лезвии темнели похожие на ржавчину пятна.
— Кто изготовил этот клинок? — спросил Гаэлас.
Он был спокоен и бесстрастен. Заметив Лизу, улыбнулся ей и поманил рукой. Некромантка обняла отца, прижалась изо всех сил к мантии, пропитанной запахом сумрачного мира и пепла.
— Маги из Гильдии, — просипел пленник.
Каждое слово давалось ему с трудом, будто его приходилось пропихивать через волшебную удавку на шее. Несмотря на мороз, лицо человека блестело от капель пота.
— Назови имя, — потребовал Келлард.
— Не знаю. Мы с ними не… не общаемся. Полковник Крайсен вызвала нескольких магов в Трир, они живут в замке Флемингов. То есть герцога Лукаса…
— Ты лжёшь!
Лиза спрятала лицо, чтобы не видеть, как подействует на умирающего заклинание, которое сплетал призыватель. Отец гладил её по спине, предоставив коллеге продолжать допрос. Келлард плохо говорил на человеческом языке, но сейчас многого и не требовалось.
— Не знаю я имён, чтоб ты сдох, проклятый эльф! — крикнул пленник, когда к нему вернулась способность говорить. — Ну пусть… Гилмур, да. Нерис Гилмур. Это тот, кто открывает нам портал на Дорогу мёртвых. Ехидный такой… с усами. Но оружие делают другие. Никогда их не видел.
— Как ты вошёл в сумрак? — Стряхнув с пальцев электрические искры, Келлард сложил руки на груди и встал напротив несчастного.
— Через портал. — Вместе с ответом искатель выплюнул и выбитый зуб.
— Где этот портал? — Нехорошая улыбка появилась на лице мага, словно он придумал очередную изощрённую пытку.
— Во Фрестеде! В каком-то доме… не знаю.
Новые вопросы перемежались связывающими заклинаниями. Иногда Келлард нарочно добавлял к уже наложенным чарам свежие, чтобы допрашиваемый не забывал о пронзающей всё тело боли. Но всё же он должен был находиться в сознании. Гаэлас поглядывал на друга, взглядом предупреждая, чтобы тот не переусердствовал раньше времени.
— Вы убьёте меня? — выдохнул пленник, когда самые важные сведения были получены.
— К утру ты умрёшь и сам, — с неприязнью ответил призыватель. — А потом станешь материалом для нашей ученицы. Ей давно пора практиковаться на свежих телах, а не на столетних скелетах.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Что? — шевельнулся искатель, не разобрав ни слова из тирады на эльфийском.
Келлард коротко посмотрел на Гаэласа и Лизу. В его потемневших глазах плескалась давняя ненависть, но к ней примешивалось что-то ещё. Что-то другое боролось с чувством призывателя, заставляло его вновь и вновь отводить взгляд от пленника и смотреть в сторону поместья. Гаэлас молча кивнул, соглашаясь, что допрос окончен.
