Главная резиденция рода Лазаревых.
Кабинет княгини Алины Лазаревой.
Пару часов назад…
Долгое время в кабинете княгини бытовала рабочая и безмолвная атмосфера, лишь только шорох листов бумаги и еле слышимое клацанье клавиш ноутбука развеивали повисшую в помещении тишину.
Скромная повседневная одежда. Обычные очки для защиты зрения. Мало кто из ныне живущих в империи аристократов, кроме их родных, мог похвастаться тем, что посмел лицезреть одних из прекраснейших девушек империи в домашней обстановке.
Мягкие черты характера Алины в такие моменты заметно изменялись и расслаблялись, тем самым самопроизвольно вызволяя на поверхность лица обычную и невинную, но в то же время невероятно серьезную княгиню.
Прасковья в этом смысле кардинально отличалась от своей подруги. Извечно холодное и равнодушное лицо в моменты работы также расслаблялось, показывая окружающим свою мягкую и миловидную натуру.
Лишь верная регацца князя Лазарева в первые дни после их переезда страшно нервничала и бледнела в присутствии таких благородных дворянок, и порой различные гнетущие мысли не давали нормально работать. Однако в скором времени всё это отошло на второй план. Нынешние княгини Лазаревы прекрасно понимали, кто такая регацца и что она может значить для своего господина в жизни. Причем аналогичная ситуация складывалась и с Хельгой. Порой все девушки задавались еще очень многими вопросами в душе, однако ни одна из них так и не решилась задать хоть один самому Захару в лоб. Они не боялись, вовсе нет. Просто в подобные моменты это было неважно.
Тем не менее, вся рабочая атмосфера оказалась разрушена тихим стуком и троица девушек, в единый миг оторвавшись от своих дел и компьютеров, с интересом взглянула на дверь.
‒ Девочки? Вы позволите?
‒ Вика, входи, ‒ с довольной улыбкой мягко проговорила Алиша, снимая очки с переносицы и потирая устало глаза. ‒ Рассказывай…
‒ Как он? ‒ тотчас спохватилась взволновано Куня, громко захлопывая крышку ноутбука. ‒ Как себя чувствует?
‒ Вы сами его знаете, ‒ усмехнулась Виктория, присаживаясь возле Прасковьи и Риты. ‒ Он же под пытками не признается, как себя чувствует на самом деле. Но как профессионал могу сказать, что Захар в порядке. Рука прижилась полноценно. Сами знаете, последнюю неделю с вашего посыла я с ним денно и нощно. По крайней мере, на… на его мужской силе ничего не сказалось, ‒ чуть смущенно добавила та. ‒ Так что сегодня я буду спать у себя. Это уже его просьба. Как всегда, не показывает виду, но он обо всех заботится. Даже в такие моменты. Только что отбыл к императору. Надеюсь, ничего серьезного. Что у вас? Вижу, без дела вы не сидите, ‒ оценивая взглядом фронт работы, тихо изрекла девушка.
‒ Захар и без того был на слуху, а после хольмганга и подавно, ‒ усмехнулась понятливо Алина. ‒ Рита разбирает электронную почту и отвечает на неё. Чаще всего отказами. Куня занимается обычной почтой и всеми прочими бумагами. Я на связи с Леной и Юлей. Финансы требуют подсчета, плюс отчеты из корпуса.
‒ Что-то особенное? ‒ невольно поинтересовалась экс-Романова, переглянувшись с регаццой и Прасковьей.
‒ Кипа приглашений на званные вечера, различные деловые предложения, ‒ загибая пальчики на правой руке отозвалась задумчиво княгиня Лазарева. ‒ На банкеты, на балы, на турниры, имеются завуалированные вызовы на дуэли от каких-то придурков из других государств. Мне кажется, Захар не поймет такого юмора и просто прибьёт идиотов. Есть даже письма на разного рода развлечения, причем большая часть сексуального характера. Сучки дрянные! Шлюхи подзаборные! Совсем обнаглели!.. И это при живых женах! Даже дочь Имеретинской и внучка Брюллова нюх потеряли! ‒ брезгливо фыркнула та, отбрасывая прочь от себя несколько писем, от которых так и разило дурманящими женскими духами. ‒ Больше всех стараются француженки, испанки, китаянки и… британки. Многие так вообще зазывают постоянно в гости. Во главе само собой Селена и Валери, чтоб им пусто стало!
‒ Это не их рук дело, ‒ расслаблено улыбнулась Вика. ‒ Всё делается с посыла императора и дома Мартелл. Хотят запрыгнуть в постель к Захару.
‒ Боюсь… у них ничего не выйдет, ‒ чуть дрогнувшим и слегка нервничающим голосом отметила Рита. ‒ Господин… на такое не пойдет. Он верен себе.
‒ Почему же? ‒ удовлетворенно ухмыльнулась Алиша, невольно коснувшись своих губ и переглянувшись с Куней и Викторией, с интересом посмотрела на регаццу. ‒ Он весьма популярен сейчас у женщин.
‒ Только не говорите ему об этом, ладно? ‒ зашептала вдруг с лёгкой паникой Евсеева. ‒ В последнее время, особенно когда Захар спит, я многое чувствую. Видимо, сказывается эффект клятвы Катаклизма. В тайне он вами очень… дорожит и… любит. А уж смотрит как, когда думает, что никто не видит! Господин не распространяется об этом, но если раз кому-то отказал, то своё слово назад не заберет. Ему проще убить приставучих прилипал. Он сам так часто мне говорит.
‒ Ритуля, а ты молодец, ‒ расплылся Прасковья в смущенной улыбке, пока другие лишь довольно зарделись. ‒ Тогда если никто не против, то сегодня я сплю у него.
‒ Можешь спать сколько угодно, ‒ подмигнула подруге весело Алина, но секунду спустя её лицо приняло серьезное и даже мрачное выражение. ‒ Правда, заботит меня сейчас не это. С каждым разом Захару всё труднее даются такие противостояния. Я верю в своего мужа, но мы не должны сидеть сложа руки. Для многих уже не секрет, что знать такой успех ему не простит. Никто бы не простил. Его… точнее уже нас захотят стереть в порошок. Такое возвышение не понравится никому. И вам прекрасно известно, что недоброжелателей у Лазаревых отныне уйма.
‒ Церковники, ‒ негромко подсказала Вика с лёгким волнением.
‒ Дворяне, ‒ раздраженно
