— Тогда все книги придется вернуть. А Дурм, когда узнает, что их забирали, заподозрит неладное. Пойдут расспросы… Тайное станет явным…
Внезапно съеденный завтрак тяжело повернулся в желудке, к горлу подступила тошнота, и Эшеру стало страшно.
— И тогда мы окажемся в дерьме, так?
Гар выпрямился в кресле и, прищурившись, пристально посмотрел на него.
— Что-то ты от меня все-таки скрываешь.
— Ничего не поделаешь, приходится. — Эшер перевел взгляд на ближайшее окно. — После смерти твоего отца Дурм стал самым могущественным волшебником королевства, так?
— Так.
— Жаль, что его нельзя объявить королем.
Гар покачал головой.
— Это противоречит закону. Никто не может быть Заклинателем Погоды и одновременно Главным магом.
— Тогда отдай ему корону и найди другого Главного мага.
— Это будет Джарралт, — напомнил Гар. — И нам это ничего не даст. Конройд не согласится на меньший приз. Он не уступит Дурму корону. А Дурм неженат, бездетен, и надежды на наследника у него нет. Это все говорит не в его пользу. Конройд это знает, и мы снова окажемся перед угрозой раскола.
Проклятие. Куда ни поверни, всюду на пути маячит ненавистный Конройд Джарралт. Глубоко задумавшись, Эшер созерцал свои сапоги.
— Слушай, — сказал он наконец. — Знаю, ты не захочешь соглашаться, Гар, но у тебя почти нет выбора. Если Дурм оправится, нам грозят большие неприятности. Поезжай к нему сейчас. Расскажи, что случилось, что твоя магия истощилась.
— Я не смогу этого сделать!
— Конечно, сможешь! — с жаром воскликнул Эшер. — Соври ему! Расскажи, что это произошло прошлой ночью! Если он не поможет тебе и королем станет Джарралт, то, по крайней мере, он будет при нем Главным магом и сможет сдерживать его.
— Только в том случае, если Дурм окончательно выздоровеет, — возразил Гар. — И если Конройд согласится оставить его Главным магом.
— Но ведь не он же решает!
— Формально нет. — Лицо Гара вытянулось. — Но, откровенно говоря, я допускаю, что Конройд захочет отстранить Дурма от власти. Он хорошо знает, что Дурм о нем думает. И помнит, что тот всегда был верен Дому Торвигов.
— Дурм сам это знает. Он не уступит Джарралту без борьбы. А Конройд не рискнет пойти на публичный скандал — сразу лишится поддержки.
Лицо Гара выражало упрямство.
— Мне все равно. Эшер, это лишь наши домыслы. Пока Дурм не знает, что случилось, у меня есть шанс найти средство и остаться королем. Как только станет известно о том, что я утратил магию, все будет кончено. Ты обещал мне месяц. Ты сдержишь слово?
Мерзавец. Гар знал, что за всю жизнь Эшер ни разу не изменил данному слову.
— Хорошо, — согласился он, злясь на себя и на друга. — Но честно предупреждаю — месяц, ни днем, ни часом долее. Так мы договариваемся, и я не изменю слову, даже если ты меня на коленях будешь умолять.
— Не буду, — серьезно пообещал Гар. — У меня есть собственная гордость, как и у тебя. Мое слово — это мое слово, и оно нерушимо. Ты сомневаешься?
— Нет, просто хочу, чтобы ты уяснил мою позицию, и все.
Гар кивнул.
— Мне все ясно. Теперь уходи, чтобы я снова мог заняться этим кладбищем книг. Если хочешь помочь, съезди к Дурму вместо меня. Передай привет. Расспроси Никса, как идет выздоровление.
Эшер встал. Шагнул к двери, собираясь уйти.
— А если Дурм спросит, когда ты навестишь его?
— Скажи, что скоро, — ответил Гар. Взяв перо, он снова занялся пергаментами. — Скажи, что скоро мы с ним увидимся. И еще, Эшер…
Он повернулся, уже взявшись за ручку двери.
— Что?
— Попроси Никса все рассказать Дурму о моей семье.
— Хорошо, — помолчав, ответил Эшер. И осторожно закрыл за собой дверь.
* * *
Морг с ненавистью смотрел на молодого бестолкового лекаря, который собирался влить ему в рот очередную порцию какой-то вонючей дряни.
— Если не хочешь, чтобы уши у тебя вытянулись, как у кролика, убирайся!
Простофиля побледнел.
— Простите, господин. Приказ мастера Никса.
— Тогда тащи сюда Никса, и я отменю его глупые приказы!
— Господин. — Несчастный поклонился и поспешно покинул палату.
Застонав, Морг откинулся на подушки. Будь проклято это изломанное тело. Он победил Дурма, загнал в самый темный угол и заставил молчать, и уже думал, что стал полным хозяином.
Но нет. Прикованный к бренному телу, он ощущал свое бессилие. Он оставался узником. Дважды за утро он пытался встать, и оба раза искалеченное Дело Дурма отказывалось подчиняться. Ситуация становилась невыносимой. Должен быть какой-то другой выход…
Дверь в палату отворилась, и вошел Никс. Выглядел он недовольным.
— Дурм, я настоятельно прошу не пугать моих подчиненных. Они действуют в соответствии с моими указаниями. Ты хочешь полностью выздороветь или нет?
Морг оскалил зубы. У него не было времени на полное выздоровление. Это тело, изношенное и дряхлое, пострадавшее от излишеств, а не от ран, никуда не годилось. И он задержался в нем на слишком долгий срок.
В дверном проеме за спиной Никса появилась фигура олка, любимчика калеки Гара. Морг указал на него пальцем.
— Что он здесь делает?
Никс обернулся, увидел выскочку и пришел в ярость.
— Я сказал тебе, ждать в коридоре, Эшер! Главный маг пока не готов к…
— Извините, но у меня приказ короля, — твердо ответил наглец. — Послание.
Предполагалось, что Дурму неизвестно о смерти Борна, поэтому Морг приподнялся на подушках и спросил дрожащим голосом:
— От Борна? Не понимаю. Почему он не пришел лично?
Никс замер, но олк шагнул вперед.
— Все в порядке, Никс. Гар велел рассказать ему.
Морг слегка повысил голос.
— Рассказать мне? Что рассказать?
Гнев лекаря испарился, он вздохнул и сложил ладони, словно для молитвы.
— Прости, Дурм. Мы утаили от тебя скорбные вести, боясь, что ты их не переживешь. Борн погиб. Королева и принцесса Фейн тоже.
— Погиб? — прошептал Морг и позволил глазам Дурма наполниться слезами отчаяния, которые тут же заструились по щекам. — Нет… Нет… О, милосердная Барла…
— Гар теперь наш король, — произнес Никс. — И благодаря его заботам Стена стоит нерушимо.
Да, но почему? Под маской горя Морг бушевал от ярости. Как? Ведь его магия давно должна была рассеяться!
— Бедный мальчик. Осиротеть и короноваться вследствие столь скоропостижных и горестных событий, — удрученно произнес Морг. — Я должен его видеть. Умоляю, Никс, пошлите за ним. Я не буду знать отдыха, пока…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
