желание сломать, принуждать, заставить. Я твой муж и это останется неизменным.
— Да, что с тобой? Я не узнаю тебя, Костя!
— А это то чего ты так хотела. Ты хотела моей любви? Так и получай. Вот так она выглядит, — несдержанно рявкаю, эмоции выходят из под контроля. Хочется встряхнуть ее, привести в чувства.
— Да, я хотела, но не так, — шепчет зажмурившись.
— Все зависит от тебя, Рита. В детской теперь будет спать Алена Дмитриевна. А ты вернешься в нашу спальню, — говорю уже спокойнее, отпускаю ее и иду к своему столу.
— Мне еще нельзя заниматься сексом, — голос звучит растерянно.
— Я знаю, — отвечаю раздраженно, — На этот счет не волнуйся, я же не животное.
К счастью, знакомство Риты и Алены Дмитриевны прошло удачно, хоть что-то идет, как надо.
Алиса Витальевна теперь тоже работает полный день. У меня нет предрассудков относительно обслуживающего персонала, поэтому обедаем мы все за одним столом. К тому же это лишает Риту очередной возможности избежать моей компании. Она может злиться и наказывать меня ненавистью сколько угодно. Я дам столько времени, сколько нужно. Я хорошо ее знаю. Моя жена добрая и чуткая девочка, которая просто не умеет по-настоящему презирать и ненавидеть. Она отойдет.
Немного непривычно от такого количества людей в доме. Но мой комфорт ничто по сравнению с тем, что я хотя бы украдкой могу наблюдать ее улыбку, пусть дарованную не мне, а повару и няне, слышать ее непринужденный голос.
Рита берет стакан сока, который только, что подала ей Алиса Витальевна. Едва касается губами, но не успевает сделать глоток. Повар резко выбивает его из рук. Посуда летит в сторону и с громким звоном разбивается.
— Господи, прости меня, деточка! Прости! — истерично ревет женщина, сложив руки на груди в мольбе.
— Все в порядке, — растерянно отвечает Рита и поднимается, наверняка, чтобы утешить Алису Витальевну, но я ловлю ее за локоть.
— Отойди от нее, — говорю спокойно, бережно отодвигаю жену за спину, а у самого простреливает головная боль в висках от чудовищной догадки.
— Костюша, прости меня ради Бога. Он меня заставил, но я не смогла, — рыдает женщина.
— Алиса Витальевна, — подает голос Рита, судя по тону, собирается ее жалеть.
— Рита, иди на верх к Роме. Алена Дмитриевна, а вы посидите в гостиной.
— Костя, — пытается возразить Рита.
— Иди в комнату, бегом. И не спускайся пока не разрешу, — произношу с нажимом. Достаю телефон и набираю Антона, требую, чтобы он приехал ко мне сейчас же.
Ему потребовалось 40 минут, чтобы доехать. А мне показалось, что прошла целая вечность. Все это время не выпускал из виду свою кухарку, не позволяя покинуть кухню, но и заговорить с ней не решался. Она давно перестала быть для меня просто наемным работником, я искренне проникся к этой женщине. От того так ранит ее предательство.
— Рассказывайте, Алиса Витальевна, — сочувственно произносит Антон, подавая стакан воды.
— Я не знаю, кто он. Мне прислали видео. Мою дочь Лизу изнасиловали 10 лет назад. Я не знала об этом долгое время. Тех ублюдков к ответственности привлечь не удалось. Они снимали все на видео и сказали, что если Лиза заявит на них, то это опубликуют в интернете. Поэтому моя бедная доченька молчала и даже мне не говорила.
— Дальше.
— Под дверью мне оставили коробку с этими таблетками. Потом позвонил мужчина и сказал, что я должна подсыпать наркотик Рите, а этот пакетик спрятать в спальне, среди ее вещей. Чтобы все выглядело так, будто она употребляет. Я хотела сразу тебе позвонить, Костюш. Но этот негодяй выложил часть той проклятой видеозаписи на каком-то закрытом сайте и прислал ссылку Лизе. У нее только жизнь наладилась. Замуж вышла. Зять не в курсе, не знаю, как отреагирует.
— Этот голос когда-нибудь слышали до этого?
— Нет, голос был какой-то ненастоящий, механический.
— Понятно, — вздохнул Антон.
— Костюш, прости. Я не хотела, вы же мне, как родные стали. Помоги прошу. Лиза не переживет.
— Сейчас вызовем скорую. Кто бы это ни был, доступа к дому у него нет, но наверняка будет наблюдать. Пусть думает, что все прошло по плану. Выиграем время. Алиса Витальевна, работаете, как ни в чем не бывало. С охраной ведете себя непринужденно. Телефон держите при себе, позвонят — не паникуете, говорите спокойно и сообщаете, что все условия выполнили.
Жгучая, неконтролируемая ярость и страх накрывают от мысли, чем это могло обернуться для моей жены и сына. Животная агрессия требует найти выход, кажется, что по венам сейчас течет не кровь, а лава.
— Костюш, — умоляюще смотрит на меня женщина.
— Не сейчас, Алиса Витальевна, — рычу я, и бросаюсь на верх.
— Спокойно, он отойдет, — слышу успокаивающий голос Антона, за спиной. — Вы умничка, Алиса Витальевна, ничего не бойтесь. Лизе обязательно поможем и видео уничтожим.
Врываюсь в комнату, Рита наматывает круги с Ромой на руках. Испуганно дергается от моего неожиданного вторжения. Не медля притягиваю жену к себе, бережно обнимаю, втягивая ее запах. Такой родной, дурманящий, мой самый любимый аромат.
— Что происходит, Костя?
— Не спускайся вниз, пока не позову. Где твой телефон? Надо его отключить, — быстро объясняю ей в чем дело, и что от нее требуется. Рита ошарашенно ловит воздух ртом. — Хочешь пригласим в гости Милу?
— Да, пожалуйста, — всхлипывает, сглатывая слезы. — Почему я такая невезучая? Весь мир против меня.
Не разжимая объятий, покачиваюсь вместе с ней и сыном из стороны в сторону. Ласково шепчу, что не позволю никому навредить ни ей, ни сыну. И она не сопротивляется, позволяя мне быть рядом сейчас. Как бы не затуманивали разум злость и ярость, наслаждаюсь этим моментом близости.
Григорий Павлович бывший военный врач, сейчас возглавляет контору частной скорой помощи. Антон доверяет ему, как самому себе. Мой начбез руководит процессом инсценировки. Просит его приехать максимально громко, с работающими проблесковыми маячками и орущей сигналкой. Все выглядит правдоподобно.
И хотя здоровью Риты ничего не грозит, работа для медиков нашлась. Алиса Витальевна, c трудом оставалась в сознании от стресса. Ей оказали помощь, вкололи успокоительные.
— Судя по жалким потугам этого вредителя, он хорошо осведомлен о твоей жизни. Возможно имеет доступ на каком-то незначительном уровне, и что главное — внушительными ресурсами не располагает. Но я до сих пор не могу понять, какова цель. Отравить жизнь Рите или все же тебе? — рассуждает Антон.
Инстинкт защитника и главы семьи требует от меня трезвости ума, хладнокровия, но выдержка летит к чертям. Нервы шалят от невыносимой жажды крови.
Но удивительным образом, именно это подстегивает работу мозга. Только
