я говорю: «Давайте этого пидора грохнем, к ё…ной матери!» А он как зыркнет на меня! Словно понял, о чем разговор!
— Может он просто мата не переносит! — сказала Машка. Все расхохотались.
— Хватит лирики! — сказал я, борясь с головокружением, — что с ГПД?
— Всмятку, Серега! — жизнерадостно сказал Гарик. — Восстановлению не подлежит!
— Это не может не радовать! — кисло сказал я. — И сколько нам своим ходом до дома добираться?
— Не так далеко, как мы боялись, — успокоил Косарев. — Антоха с перепугу загнал крейсер в облако Оорта. Как только восстановим все системы, врубим форсаж и через пару недель мы дома!
— Это как? — удивился я. — «Аскольд» до Сатурна полгода добирался. А здесь расстояние чуть ли в десять раз больше!
— Ну, так ведь «Аскольд» шел с однократным ускорением, — терпеливо пояснил мне Косарев. — А мы пойдем с двадцатикратным! Ну, посидим пару недель в противоперегрузочных «танках». Переживем как-нибудь!
— Чего такая спешка? Мне как-то не в кайф две недели в скафандре париться, — сказал Горыныч.
— Так у нас запасов пищи всего на месяц, — ответил Косарев. — Мы к долгим путешествиям не готовились! Да и начальству о противнике хочу доложить побыстрее! Вы как, сможете нас домой перекинуть?
— Если только людей, то вообще элементарно! — порадовал Мишка. — А если вместе с крейсером, то придется повозиться. Безрамочные «окна» мы делать научились, но вот размер… Хотя, в принципе всё решаемо.
— Ну, вот и отлично! — подвел итог Косарев. — Давай, Серега, выздоравливай и будем ускоряться!
— Представляю, сколько шуму мы поднимем, если на Земле засекут наше приближение! — сказал Мишка. — Я так и вижу заголовки в газетах: «Со стороны открытого космоса приближается неопознанный летающий объект! Астроном, первым увидевший этот объект, назвал его в честь своей тещи „Старая сволочь“».
— А как вырастут тиражи Ленкиной газеты! — усмехнулась Маша.
8 ГЛАВА
Несмотря на молодость, Елена Старостина была опытной журналисткой. Работа в одной из центральных газет дала ей большой опыт. Хотя в основном Лена занималась сбором материала, а собственно статьи писали более маститые. Но и ей несколько раз перепадало счастье чиркнуть заметку с собственной подписью. Прорыв в карьере наступил прошлым летом, когда Старостиной перепала командировка в США, хорошая тема и возможность написать серию статей. И для этого даже не пришлось спать с редактором.
Далее последовала встреча с Косаревым, и события понеслись вскачь. Произошедшее в дальнейшем сильно повлияло на мировоззрение девушки, успевшей нахвататься от своих прожженных коллег цинизма. Оказывается на свете существовало много такого, что раньше признавалось Старостиной только как фантастика, годная для ультражелтых газетенок. Какое то время Лена подумывала бросить журналистскую стезю. Из «МК» девушка ушла и пару месяцев занималась тем, что помогала новым друзьям распутывать случаи «пробоев реальности». Но когда бешеная карусель беспрерывного экшена стала потихоньку замедляться, а осенью так и вообще остановилась, Старостина серьезно задумалась о своей дальнейшей судьбе. Выяснилось, что Ленины действия имеют некоторое отношение к журналистике. Все те невероятные события, свидетельницей которых она была, изложенные на бумаге, вызывали немалый интерес у определенного круга читателей. И Старостина решила вернуться к прежней профессии. Но снова идти под крылышко дяди-редактора она не хотела. Помогли новые знакомые. С их финансовой помощью Старостина открыла собственную газету.
Истории, рассказанные на страницах нового издания, были гораздо более правдоподобными и занимательными, нежели у конкурентов. Ленина газета отняла немалую долю подписчиков у скандально известного «Мегаполис-экспресса». Лена стала довольно популярной личностью в определенных кругах. Её даже приглашали несколько раз в качестве эксперта по паранормальным явлениям на телевидение. Это не могло не тешить самолюбие амбициозной девушки. Поэтому, когда большая часть друзей решила эвакуироваться в прошлое, Старостина не последовала за ними, решив, что прекрасно обойдется без их помощи.
Но после ухода друзей наступило затишье. Писать стало не о чем, кроме глупых историй про крыс-мутантов и похищенных пришельцами клинических идиотов. Тиражи газеты резко упали. С материальной точки зрения всё было в порядке. Такая ситуация никак не повлияла на уровень жизни Старостиной. Но вот реноме Лены, как специалиста по непознанному было изрядно подмочено.
Поэтому, когда в начале июня вновь объявились друзья и начался каскад невероятных событий, Лена воспряла духом. Огромная статья об освобождении заложников секретной группой спецназа Черноморского флота вызвала немалый шум. И это при полном отсутствии аналогичного материала в других средствах массовой информации и явной растерянности властей. Подробности в виде ТТХ бесшумного пневматического оружия и сверхмалых подводных лодок вызвали такой интерес читателей, что статью перепечатали даже большие солидные издания. На рейтинг Старостиной играл и тот немаловажный факт, что статья вышла через три часа после освобождения заложников, тогда как сами власти узнали об этом событии только через два с половиной часа, когда паром вошел в порт Зонгулдака.
Компетентные органы даже вызвали журналистку в известный дом на Лубянской площади. Ленка изрядно струхнула, но отболталась тем, что статья целиком высосана из пальца. Крепкие усталые мужчины в недорогих серых костюмах невозмутимо записали враньё Старостиной в блокнот (встреча была названа беседой и протокола не велось), и отпустили журналистку домой, на прощанье поинтересовавшись, из какого именно пальца Лена узнала точное количество заложников и боевиков, а также места и способы устранения последних.
Интерес читателей начал было затухать, но тут грянуло массовое убийство под Бронницами. И опять Ленино издание первым дало наиболее подробную и правдоподобную информацию. В статье было скрупулезно описано место действия, количество и приметы напавших на гаишников. Событие было представлено как выходка отморозков из молодежной банды, цинично перебивших дорожных стражей порядка и переодевшихся в их форму, с целью остановки и ограбления фуры с ценным грузом. Гибель самих бандитов была объяснена спонтанной междоусобицей обкуренных дегенератов.
На этот раз Старостину вызвали в Региональное управление по борьбе с организованной преступностью. Старая сказочка про буйную фантазию на этот раз не прокатила. Лене пришлось наскоро придумать историю о том, что она сама проезжала тем утром через злополучный пост и подверглась нападению бандитов. Пробыв некоторое время заложницей, она, якобы, и узнала планы убийц, а затем стала свидетельницей их драки между собой. Единственный уцелевший бандит пытался удрать на машине журналистки, но по дороге потерял сознание и бедной девушке удалось скрыться. В подтверждении своих слов Старостина указала место своего бегства. Найденный в кустах труп Пики явился весомым доказательством показаний журналистки. Поскольку никаких оснований для обвинения в соучастии органы не нашли, Лену отпустили, на прощание обругав за то, что она не сообщила сразу обо всех обстоятельствах произошедшего.
На следующий день Старостина в отместку разродилась новой
