Между тем человек подошёл на расстояние нескольких шагов, и Тильво смог рассмотреть его получше. У него были длинные седые волосы, скреплённые кожаным шнурком, лицо избороздили глубокие морщины. Ему можно было дать как сорок, так и все шестьдесят лет. Выражение лица у него было каменным, и Тильво показалось, что он изо всех сил пытается не выражать никаких эмоций. Человек остановился в одном шаге от Тильво и встал на одно колено. В руке у него был кубок, сделанный из рога.
— Меня зовут Гэлен, — голос у него был хрипловатый, но довольно громкий, — я вождь Верных. Верных ушедшим богам. Из поколения в поколение мы ждали возвращения богов и стерегли вход в долину. Как нами было обещано, ни один смертный, который не принадлежит Верным, не вошёл туда. Мы рады твоему возвращению. Скажи, как нам называть тебя? Мы бережно храним легенды о богах, но не можем распознать в тебе никого из них. Ты не похож ни на Альраши, ни на Одэнера, ни на Альмараха, ни на других богов. Но мы знаем, что ты бог, так было явлено мне во сне. Ведь только богам под силу вернуть, пусть и ненадолго, светила на небеса.
— Встань, Гэлен. Нечего передо мной кланяться. Я сам много в этой жизни кланялся перед господами, поэтому не люблю этого.
Вождь поднялся с колена и с удивлением посмотрел на Тильво. Было видно, что он ждал совсем другого ответа. Тильво подошёл совсем близко к Гэлену и улыбнулся.
— Ты мне принёс выпить? — спросил Тильво, показав пальцем на рог.
Сказав это, певец тут же подумал, что поступает абсолютно неправильно. Эти люди веками ждали появления бога, а он ведёт с ним так, будто познакомился в кабаке.
— Вот, — растерянно произнёс Гэлен, протянув Тильво рог. — Это наш самый лучший мёд.
Тильво принял из рук вождя рог и сделал несколько глотков. Напиток был очень приятным на вкус, но в то же время достаточно крепким. Осушив рог, Тильво тут же вернул его Гэлену. Вождь так бережно принял его в свои руки, словно это была драгоценная реликвия.
— Отличный напиток, — похвалил Тильво, вытирая рукавом губы. — Я понимаю твоё замешательство, Гэлен. Но и ты пойми меня. Мне не нужны те, кто мне поклоняется. Я просто хочу пройти через вашу крепость, ибо я иду уничтожать Небо.
Глаза Гэлена округлились.
— Да, я бог, — продолжил Тильво, не обращая внимания на реакцию вождя. — Но я бог из другого мира. Ведь звезды, что зажигались в вышине в донебесную эпоху, — это огни других, очень далёких земель за кругами вашего мира. Поэтому моё имя и неизвестно Верным. Можете звать меня тем именем, что дали мне люди этого мира. Тильво. Боги покинули этот мир и не могут вернуться. Остался лишь один. Его имя Одэнер. Ему я и пришёл на выручку. Но, чтобы пройти сквозь Небо, мне пришлось расстаться с моим бессмертным телом и родиться в облике человека.
Тильво перевёл дух. Конечно, сказанное вождю горцев не совсем было правдой, но и не было откровенным враньём. Это единственное, что можно было сказать человеку, который ждал богов, а дождался невесть кого. Во всяком случае, так считал Тильво. Конечно, перед вождём Верных можно было произнести напыщенную речь. Но это было выше сил Тильво. Он устал от дороги, от волнении, связанных с появлением поблизости от крепости Слуг Бездны, и к тому же врать этому гордому человеку, с восторгом смотрящему ему в глаза, было выше сил певца.
Между тем слова Тильво подействовали на вождя совсем не так, как ожидал певец. Гэлен бухнулся на колени, воздел руки вверх.
— О бог далёкой, неведомой земли. Ты пришёл в мир в облике смертного ради людей, — запричитал вождь. — Ты согласился ради людей терпеть нужду, голод и невзгоды.
— Да, это так, — сказал Тильво. — Но при этом не обязательно снова бухаться на карачки.
Тильво подошёл к Гэлену и помог ему подняться с коленей.
— Веди меня и моих спутников к себе в крепость, — сказал Тильво, чтобы наконец покончить с этим глупым ритуалом приветствия бога.
— А твои спутники тоже боги из далёких земель, пришедшие вслед за тобой?
— Нет, это обычные люди, которые добровольно вызвались мне помогать.
— Они уже не обычные люди, а слуги богов.
Тильво улыбнулся, вспомнив, как Рандис назвал себя главным помощником восставшего против Неба.
— Ладно, веди меня в крепость. — Тильво махнул рукой Лайле и Рандису, ждавшим на почтительном расстоянии, пока он поговорит с вождём, и пошёл вслед за Гэленом.
Внутренний двор крепости был полон людьми. В основном это были вооружённые мужчины, но были и женщины, и даже несколько стариков и детей. Все они внимательно рассматривали Тильво и его спутников.
— Свершилось! — торжественно провозгласил Гэлен. — Боги вернулись, чтобы избавить нас от Неба.
Люди опустились на колени. И Тильво подумал, что эти преклонения ему уже стоят поперёк горла. Но поделать он с этим ничего не мог.
— Закройте ворота! И поставьте лучников на стены, — неожиданно произнёс Рандис. — Враги недалеко от крепости, а вы тут ниц падаете.
Тильво с благодарностью посмотрел на Рандиса. Там, в прошлой жизни бессмертного воителя, он командовал целыми армиями. Но сейчас от этого остались лишь воспоминания, больше похожие на придуманные образы из услышанной где-то древней легенды. В этой жизни певец сам кланялся и лебезил ради монеты или куска хлеба, и эти два десятка лет оставили в его душе гораздо больший след, чем тысячелетия бессмертного. В этой ситуации Рандис, как никто другой, смог бы обуздать этих людей, потерявших разум от того, что цель многих поколении их племени наконец-то достигнута.
Гэлен словно опомнился ото сна. Слова слуги богов для него были равнозначны приказу, поскольку он считал, что спутники Тильво полностью подчинены его воле. Он стал быстро отдавать людям приказы. Возникла суета.
— Никакого порядка, — проворчал стоявший рядом с Тильво Рандис.
Отдав распоряжения, Гэлен возвратился к Тильво и его спутникам.
— О каких врагах говорит твой слуга? — спросил вождь Верных.
— Внизу лагерем стоят слуги той Силы, что была всегда враждебна богам.
— Теперь я кое-что начинаю понимать, — пробормотал Гэлен.
Затем он довольно пугано рассказал о своём странном сне, благодаря которому он признал в Тильво бога, о совете племени и о не вернувшихся обратно посланцах в лагерь Слуг Бездны. Тильво внимательно слушал рассказ, то и дело поглядывая на Рандиса и Лайлу. Лайла все ещё видела, поскольку Тильво совсем недавно пел. Она с жадностью озиралась вокруг, стараясь все осмотреть и запомнить, пока зрение снова не пропадёт. Рандис морщился. Было видно, что горцы ему не очень нравились, и он в душе смеялся над их простотой и диковатостью.
— Из твоего рассказа мне многое стало ясно, — сказал Тильво после того, как вождь закончил говорить. С помощью моей Силы нам удалось незаметно проскользнуть через лагерь врагов, но мне кажется, что они это скоро обнаружат. Поэтому прикажи всем женщинам, старикам и детям покинуть крепость и уходить в долину.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
