возможным быструю, безопасную и абсолютно спокойную переброску войск прямо на место, а вот исполнение этой идеи, мягко говоря, вызывало большие сомнения. Потому что господа маги, судя по всему, очень плохо представляли себе, что такое Степь. И понятия не имели о том, что творилось в небе над Невироном. Но даже если какое-то представление об этом они все-таки имели и при этом наивно полагали, что я эти сведения преувеличила или плохо разобралась в происходящем, то все равно отдам голову на отсечение, что дальше середины Степи коридор они таким образом не пробьют. А до середины оно не имело никакого смысла. Просто по той причине, что до наступления ночи дойти до Невирона не успеть даже скачущей во весь опор коннице, а о том, что происходит в Степи по ночам, думаю, можно не рассказывать.
Как планировали пережить там хотя бы одну ночь и первые, и вторые спорщики, я не понимала. Но, видимо, они так верили в несокрушимую мощь собравшегося воинства, что эта вера отшибла им всю логику.
С моей наивной точки зрения, не отягощенной лишними знаниями и умениями, правильнее было бы попытаться выманить некромантов на нашу территорию. Но такой вариант попросту не рассматривался. Почему – думаю, не надо объяснять: никому не хотелось оставлять линию обороны такой растянутой, как сейчас, и тем более не хотелось допускать хотя бы небольшой шанс, что в случае неудачи какой-то процент Тварей беспрепятственно рванет в свободные земли.
В чем-то я их хорошо понимала. Да и свои познания оценивала весьма скептически. Не военный я человек. Несмотря ни на что, не военный. И все эти тонкости маневров, уходов, регулирования флангов, с помощью которых важные господа предлагали минимизировать потери в Степи, воспринимала с большим трудом.
В общем, я стояла за плечом Аса и скромно помалкивала, пока шла оживленная дискуссия и пока господа военачальники активно спорили друг с другом, тыкая толстыми пальцами в ни в чем не повинную карту и тщетно пытаясь доказать, что способ одолеть Степь есть. Хотя бы потому что, как в сказке говорится, его не может не быть.
Но я, если честно, такового пока не видела и потому предпочитала больше слушать, чем вмешиваться в обсуждение.
Примерно через полчаса стоять истуканом мне наскучило. Еще через половину оборота откровенно надоело. А когда оживленные споры перевалили за второй час, я тихо вздохнула и, пользуясь тем, что никто не смотрит, осторожненько пристроилась к Асу на подлокотник. После чего оперлась спиной на его плечо и прикрыла глаза, терпеливо ожидая, пока что-нибудь решится.
Лезть вперед я считала преждевременным. Свои скудные знания предпочитала не афишировать, а драть вместе с шумными дядьками глотку, вопя о том, в чем ни черта не смыслю, полагала просто неприличным. Вот и приходилось сидеть, как бедной родственнице, и болтать свободной ногой в воздухе. Даже Лин, прокравшись в самый разгар спора к тронам, тихонько прилег под моей пяткой, но, кажется, совсем не возражал, чтобы время от времени я задевала его кончиком сапога. Заодно подпитывая и придавая сил.
К концу третьего часа споров я начала откровенно зевать. Мои бравые парни, стоявшие вдоль стеночек, видимо, тоже. Правда, у них, помимо масок, есть еще шлемы, в которых незаметно, какие ты там рожи корчишь важному собранию, а я свои железки надеть поленилась. Неудобно, да и моей маской теперь никого не удивишь.
Короче, сглупила. И теперь была вынуждена старательно отворачиваться и отчаянно давить проклятую зевоту, лишь краем уха отмечая отдельные, выбивающиеся из общего шума фразы.
Кстати, братики мои тоже избрали для себя позицию сторонних наблюдателей. Как и его величество Эннар Второй, который, насколько я видела, также демонстративно помалкивал. Хорошо, что его почти всегда закрывала широкая спина Фаэса – старый друг, как чувствовал, избавил меня от необходимости раз за разом смотреть на его красивое лицо, чтобы увидеть на нем горящие ненавистью глаза. Думаю, это стало бы для моих испорченных нервов слишком серьезным испытанием.
Когда же сдерживать скуку стало совсем невыносимо, я лениво подумала:
«Интересно, в который раз за эти дни они вот так собираются тесным кружком и пытаются решить, как лучше сделать?»
«Явно не первый, – заметил Лин, широко зевнув. – Думается мне, этот вопрос уже вставал, но никто не нашел оптимального решения. Поэтому его отложили до сегодняшнего дня и дали остальным задание покумекать на досуге».
«Какой ты у меня умный стал, – рассеянно отозвалась я, принявшись от нечего делать изучать край маски Аса. – Такие слова теперь знаешь… скоро совсем профессором заделаешься».
«У тебя из памяти выудил», – с гордостью похвастался шейри.
«Правда? – сейчас мне, как никогда, хотелось приткнуть куда-нибудь голову и вздремнуть. – Какие там, оказывается, хранятся интересные вещи»…
Лин беззлобно фыркнул и попытался поймать зубами мой сапог.
«Язва ты, Гайдэ. Это единственное, по-моему, что в тебе не изменилось».
«А ты – редиска, – буркнула я, тщетно пытаясь вытащить у него из пасти свою обувь. – Хватит его грызть, зверюга. Ты же не питаешься подметками».
«Зато я питаюсь тобой!» – насмешливо покосился демон и, чтобы получше продемонстрировать свою мысль, зловеще оскалился.
Не желая остаться совсем босиком, я поспешила поджать под себя ногу, подтащив ее повыше и с трудом уместившись на подлокотнике трона. Но Лина это не смутило. Неторопливо поднявшись во весь свой немаленький рост, он кровожадно уставился на мое горло и глухо заурчал, как голодный вурдалак. А потом вдруг потянулся вперед с явным намерением достать до него клыками.
«Фу на тебя! – неподдельно возмутилась я, решительно пихнувшись. – Лин, прекрати! Мы же не дома! Что на тебя нашло?»
Шейри задумчиво оглядел мою оборонительную позицию и негодующе дернул хвостом.
«Мне скучно. А ты чуть не заехала мне пяткой в нос».
«Зато ты чуть не отгрыз мне каблук».
Лин недовольно надулся, буравя меня голубыми глазищами, но потом фыркнул, буркнул что-то невнятное, вернулся на место и плюхнулся возле трона, демонстративно от меня отвернувшись. Даже голову положил на непримиримо скрещенные лапы и закрыл глаза, всем видом показывая, что недоволен, сердит и вообще, не ожидал от меня такой подлости.
Странно. Что это на него нашло? Никогда себе такого не позволял, а тут – как маленький, в самом-то деле. И еще обиделся, похоже?
Настороженно покосившись на активно обсуждающих проблему доставки войск мужчин, я осторожно пощекотала кончиком сапога кошачье ухо.
Шейри даже не дернулся.
«Ли-и-ин?»
Снова – ноль эмоций, фунт презрения.
«Ладно, – хищно прищурилась я, поняв, что меня поставили в игнор. А потом наклонилась и, слегка сдвинув перчатку
