Выпить зелье леди Беатрис и молиться, чтобы оно подействовало.
Робби отпил еще глоток и, закрыв глаза, откинул голову на спинку кресла. Послышалось ему или нет какое-то поскрипывание у смежной двери? Смешно! Куда только не заведет воображение!
Нужно поговорить с Лиззи. Уж это-то он может сделать. Объяснить, что проблема в нем, а с ней все в порядке.
Он сполз ниже в кресле, прижав стакан к груди. Какая она была красивая и страстная в ту первую ночь в ее комнате в Лендал-Парке! Любой мужчина был бы рад обладать ею. А если бы он мог, то был бы счастлив донельзя.
Не открывая глаз, Робби сделал еще глоток и погрузился в самые приятные воспоминания. Мм... Наверное, снадобье действует. Его кожа, особенно в определенном месте, стада чрезвычайно чувствительной. Он ощутил прикосновение шелка халата к этому месту.
Похоже, у него началась галлюцинация. Робби мог поклясться, что полы его халата раскрылись, обнажив его робкий, маленький орган, который быстро увеличивался в размерах. Он вдруг перестал трепетать от страха и смущения. А в следующий момент его слегка коснулось что-то теплое и мягкое. И он ощутил легкие поглаживания от основания к кончику.
Робби раздвинул ноги. Теперь он был твердым, как железо, и горячим. Он крепко жмурился. Боялся, что стоит открыть глаза, и миг чувственного наслаждения исчезнет. Это было лучше любого из его снов.
Мягкие поглаживания сменились осторожным прикосновением чего-то влажного. Он ощутил прилив жара в паху. Застонал.
– Я не делаю тебе больно?
Робби распахнул глаза. На полу меж его ног с пунцовым лицом сидела Лиззи.
Не сон и не галлюцинация.
Он стал еще тверже. Забавно, но сейчас его больше беспокоило, как бы не кончить, чем как бы не сникнуть.
– Нет. Нет, мне не больно.
– Когда разбухает, это не плохо?
– Совсем не плохо.
Лиззи взяла его в руку.
– Так не больно?
– Нет. – Робби еще шире раздвинул ноги. Мечты оборачивались явью. Он видел ее изящные пальчики на своем стволе... очень твердом стволе. Хотя это было только начало. Его ненадежный орган все еще мог...
Он почувствовал, как тот начал съеживаться, и быстро отпил еще снадобья.
Нельзя тревожиться о прошлом или будущем. Нужно сконцентрироваться на настоящем моменте.
Лиззи поцеловала кончик его несчастного органа, и он начал благодарно разбухать. Восхитительный момент.
– Знаешь, эта штука у тебя такая странная? Когда я коснулась ее в первый раз, она была маленькой и мягкой, а сейчас – только взгляни на нее.
Он посмотрел вниз. Его ствол выглядел чудесно. Он был длинным, толстым и твердым. Вполне готовым к исполнению супружеских обязанностей. Робби допил остатки стимулирующего средства леди Беа.
– Думаю, нам пора лечь в мою постель.
Лиззи встала.
Робби уронил стакан на пол.
– Ради Бога, что это на тебе надето? – Робби изумленно смотрел на Лиззи.
Она вспыхнула и скрестила руки на груди.
Нет, она ведь решила быть дерзкой сегодня. Не будет ничего прятать.
Она заставила себя убрать с груди руки и медленно повернуться кругом. Красный шелк заструился по ее телу, лаская, дразня, вызывая неуемное желание крепче сжать ту штуку Робби.
– Тебе нравится?
– Нравится? Стыд и срам какой-то.
– О! – Лиззи опустила руки. Возможно, эта ночная сорочка слишком провоцирующая. Какое там «возможно». Красная ткань была просвечивающей и скорее подчеркивала, чем скрывала наготу. Она снова покраснела и поднесла было руки к груди.
Но не успела, поскольку Робби вскочил с кресла и удержал ее.
– Да, с одной стороны, стыд и срам, а с другой – завлекательно и потрясающе. Только никогда не носи ее при других мужчинах.
– Конечно, нет. Я бы никогда...
Робби смотрел на нее. Как и в ту первую ночь в Лендал-Парке, он снова удерживал ее на расстоянии, но на этот раз его взгляд не был прикован к ее лицу. Совсем нет. Он рассматривал ее шею, грудь, талию, ее... Соски затвердели и заныли, а там, внизу, стало жарко. И влажно. Желание становилось неуемным.
– Робби, пожалуйста.
– Хм?..
Он очень пристально разглядывал ту самую нижнюю ее часть. Лиззи сдвинулась, чтобы отвлечь его.
– Что? – Он выглядел несколько заторможенным. Смелее, она должна быть решительной.
– Знаешь, теперь ты вполне можешь коснуться меня.
– Правда? – Его губы скривились в улыбке.
– Да, – едва слышно отозвалась Лиззи.
Робби коснулся ее, осторожно, почти трепетно, внимательно следя за тем, что делает. Он был полностью поглощен этим занятием, и глаза его были очень... голодными.
Его ладони скользнули под шелк, чтобы накрыть ее груди. Он гладил их, выводил пальцами круги вокруг сосков, трогал их. Лиззи судорожно вздохнула. Она вся пылала, чувствовала обилие влаги у себя между ног. Колени подгибались.
Робби провел руками вниз по ее бокам, задержался на талии, обхватив ее пальцами, и скользнул ниже. Большие пальцы побежали по треугольнику волос. Она прогнула спину, подав бедра вперед, чтобы подставить ему эту часть тела для более тщательного исследования. Низ ее живота взывал к его ласкам.
Но вместо этого его руки снова потянулись к холмикам грудей, к ноющим соскам. Он водил по ним пальцами, а у нее разливался жар внизу живота.
Ощущение было намного приятнее, чем она могла себе представить, стоя тогда обнаженной перед зеркалом в Лендал-Парке. Не хватало только одного – самого главного. На Робби было слишком много одежды. Она не могла наслаждаться видом его прекрасного органа, который был спрятан в складках его просторного халата.
Лиззи протянула руку к поясу и потянула его.
Ах! Ей нравилось его тело. Она придвинулась к нему, и на этот раз он не сопротивлялся. Лиззи распахнула полы халата и, обняв его за талию, прижалась щекой к его груди.
Робби тоже обнял ее.
– Я люблю тебя, – прошептала она. – Люблю, независимо от того, можем мы с тобой иметь детей или нет.
Робби взял ее голову в ладони и повернул к себе ее лицо. Страсть в его глазах угасла, во взгляде сквозила грусть. Лиззи почувствовала, как упиравшийся в ее живот бугор немного смягчился и уменьшился в размерах.
– Лиззи, я тоже люблю тебя. У меня нет слов сказать как. Но я не знаю...
У него дернулась щека. Она погладила ее пальцами.
– Просто расскажи мне, Робби. Пожалуйста.
Он ослабил объятия. Начал отстраняться. Нет, так не пойдет. Лиззи крепче обхватила его.
– Скажи мне. Я люблю тебя. Что бы это ни было, я все равно буду любить тебя. – У нее влажно заблестели глаза. Она уткнулась лицом в его грудь. Почувствовала, как он склонил к ней голову.
– Я не могу... не знаю, смогу ли...
Робби задрожал. Лиззи гладила его по спине и ждала.
