А их чудесная способность показать, что скрыто далеко. Словно живые, связаны они со своими, так называемыми, семьями, но оракул оракулу рознь. Скажем попроще, те из этих минералов, которые растут на одном месте, совсем рядом, могут взаимодействовать друг с другом и после того, как их добудут и разделят. Через один, обладая необходимым магическим умением, можно посмотреть в другой, пусть находится он и далеко. И также услышать можно из другого то, что происходит рядом с его “сородичем”.
Но, повторюсь, они должны быть не то, чтоб из одной пещеры, а из одного семейства, то есть, оторваны от одного большого куска. С какими-то прочими, добытыми в месте ином минералом того же рода, оракулы связь держать не будут, да и как им определить в таком случае, куда именно чародей просит их посмотреть?
Широко они используются разведчиками и агентами для докладов старшим с дальних земель. К сожалению, коммуникация их тянется не по всему Мировому Кругу, и лишь самые глубинные, редкие и ценные из них способны слышать друг друга не больше, чем на тысячу миль. А те, что растут повыше, совсем уж недалеко дотянутся.
Есть среди магов выдумщики, какие рассказывали, будто бы могли с их помощью заглянуть в прошлое. Увидеть, что было и как. Но на сегодняшний день подтверждений подобного использования минерала достоверно получить не удалось. Но если оно так и есть на самом деле, это будет следующим, невероятно полезным историкам и археологам открытием, какое прольет свет на многие из тайн, какими переполнен этот мир.
Хобельхет Говард – королевский алхимик. «Пять самых важных минералов и чудесные их свойства». 399 год.
Как влитая лежала в руке плеть. Но Лео не мог решиться на удар.
Он с омерзением разглядывал обнаженную и без того изуродованную спину Карна, растянутого, как на дыбе, подвешенного за кожаные петли к потолку неясного, мерклого подземелья.
И так минула уже едва ли не вечность.
В свете единственного факела явилось искаженное сильным недовольством лицо мастера Тавруса. В уме его был план и, непременно, он хотел бы его исполнить.
– Никто не уйдет отсюда, пока ты не изувечишь этого крысенка как следует, – настойчиво напомнил темный учитель Леонарду. – Может, ты просто боишься захлестнуть его насмерть? – Мастер Таврус злорадно оскалился. – Никто особенно и не расстроится, если случится так. Наплевать. Действуй.
Лео потряхивало, словно вот-вот его разобьет страшная лихорадка. Вряд ли бы он когда-нибудь пожелал Карну подобной участи, даже если бы знал, каким проклятием молодой чернослов намеревался отравить его кровь. А теперь Леонарда ещё и обязали исполнять приговор, с которым он и согласен-то не был. Не лучший из дней, чего уж и говорить.
– Понимаю, – задумчиво проронил Таврус. – Наверное, тебя снедает какая-нибудь гадость вроде морали, размышлений о человечности или… – чернослов сблизился с Карном и убедился, что у того во рту надежно закреплен кляп. – Вот тебе новая пища для размышлений.
За резким и каким-то неестественным, отвратным движением Тавруса последовал хруст и стон. А потом к ногам Лео упал то ли отрубленный, то ли оторванный палец. Рассмотреть наверняка он не мог, да и не хотел.
Карн извивался и жалобно сопел.
– Кусочек за кусочком я буду отрывать от него, пока крысёныш не сдохнет, – темный мастер вцепился в ухо истязаемого и рванул так сильно, что Леонарду почудилось, будто бы что-то лопнуло. – Если, конечно, ты не возьмешься за то, о чем я тебе приказываю…
– Х-хорошо, хорошо! – с моралью в нынешней ситуации Лео немедленно разобрался. – Отойдите…
Таврус сделал три шага назад и снова скрылся в тени.
Плеть хлестнула. На спине Карна заалела свежая борозда. Не слишком глубокая.
– Этого недостаточно! Продолжай! – рыкнул учитель из темноты. – Если уж колдовство у тебя не выходит, но ты любишь бить – дело ясное, придется воспитывать из тебя изувера…
Лео поморщился, отринул всякую мысль и точно клинком, черкнул плетью ещё трижды.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Совсем другое дело! – одобрил Таврус. – Совсем другое. Продолжай…
– Сомнений быть не может, – Сенд мерил шагами свой кабинет и с досадой заламывал руки. – Он всё ещё жив!
– Но, сэр…
– Замолкни! – комендант Черной Охоты посмотрел на подчиненного так злостно, что тот и помыслить больше не мог пререкаться. – Скажи-ка, много ли ты встречал ковантийских головорезов, которые не вернулись за наградой? Особенно – за ТАКОЙ?!
– Я… Нет, сэр. Ни одного.
– Не мог же он просто испариться? – фыркнул Сенд напыщенно. – Наши агенты в Броле так и не нашли никаких зацепок?
– Никак нет, – докладывал черный охотник. – К тому моменту, как они вернулись с королевского задания, ни мятежного мага Леонарда, ни ковантийского наемника в Броле и окрестностях обнаружить не удалось. Все последующие попытки расследования ни к чему не привели. Пока что…
– Надеюсь, я не должен повторять, что дело это крайней важности? – едва ли не закричал комендант. – Бросьте больше сил на поиск ответов. Даже если придется брать Крокснорт штурмом, ищите его повсюду!
– Так точно!
Черный охотник оставил своего коменданта.
В глазах кружило, виски ломило от боли. Лео с трудом различал в полумраке лицо мастера Тавруса, то ли довольного, то ли чем-то напуганного. Сложно было сказать наверняка, покуда взор молодого мага сильно помутнел, будто бы сейчас он разглядывал мир сквозь граненый бокал с мыльной водой.
– Это явно что-то нездоровое, но невероятно интересное… – загадочно хохотнул Таврус. – Не удивительно, что Владыка Аркрайн оставил тебя здесь.
Лео только громко хватанул всеми легкими воздух в ответ и ничего не сказал.
Мастер помог ему подняться и облокотиться на сырую, замшелую стену. А потом Леонарду сделалось плохо и совсем не по себе, когда он увидел, что осталось от Карна. Зрелище это пробралось к нему во внутренности, перекрутив, перековеркав их, и Лео обильно стошнило.
Отплевываясь и глубоко, громко дыша, он попытался собрать воедино разлетевшееся по всем уголкам темного подземелья сознание.
– Наказывать тебя за это не будут, не дрейфь, – одежда Тавруса вся была опаленной, от мантии почти ничего не осталось. И седые, длинные волосы теперь напоминали собой пепел сильнее прежнего. – Но лучше тебе пока держаться подальше от остальных. У этого несчастного – Карна или как его там – не было и малейшего шанса выжить.
Лео с превеликой тяжестью поднял глаза на обгоревший до костей ошметок человеческого тела, лишенный обеих ног и руки, точно зловещий, кошмарный маятник, болтающийся под потолком на чудом уцелевшей петле.
– Чего там говорить. Даже мне прилетело, – Таврус снял с головы клок обгоревших волос и поморщился. – Мастеру Смерти не простительно получать подобные затрещины от бездарных сопляков вроде тебя.
– Что случилось?.. – откашлялся Лео. – Это из-за меня?!
– Определенно из-за тебя! – гаркнул темный учитель. – Я бы и сам хотел знать, что случилось. К сожалению, залазить людям в головы не умею. Да и не стал бы: мало ли как ты ещё отреагируешь. – Таврус подшагнул к мертвому ученику. – Сначала ты просто лупил этого засранца, как я тебе и приказал, а потом… разошелся, как чокнутый, точно сорвался с катушек, тебя уж было и не остановить, а потом… Ба-бах!.. – Загадочно он замолчал. – Не могу сказать, что за всю свою жизнь я повидал столько магического пламени… Поразительно! Ты ведь ещё совсем зеленый и что-то я слишком сомневаюсь, что приручил свой элемент… – Он закусил язык.
– Приручил что?
– Не важно. Тебе и знать-то об этом не положено! – темный учитель явно расстроился допущенной им сгоряча оплошностью. – Как бы там ни было, это происшествие наверняка должно заинтересовать Владыку. Встать можешь?
– Думаю… да, – Лео нащупал под собой пол и неуверенно поднялся. – Мы собираемся к Аркрайну?
