— Наташенька, — сиропно проворковал он, протягивая девушке цветы, — я действительно свинья, поскольку до сих пор не удосужился поблагодарить тебя за оказанные моей скромной персоне заботу и внимание!
Девушка растерянно вытерла руки о фартук и машинально поправила прическу.
— Спасибо, — поблагодарила она, справившись с замешательством, — только обдирать оранжерею не стоило, а пытаться за мной приударить и вовсе глупая идея.
— Почему? — сделал круглые глаза Олег. — Неужели я настолько уродлив?
— Нет, — она усмехнулась и склонилась над букетом, вдыхая аромат, — дело не в тебе, а во мне… Антоныч разве ничего тебе не рассказал?
— Только намекнул, что у тебя, как и у каждого из нас, есть своя история.
— И тебе очень хочется ее услышать?
— Мне хочется знать, с кем меня свела судьба — ведь нам жить бок о бок не один год, как я понимаю.
— Что ж, может быть, и правда лучше с самого начала избежать недомолвок и неизбежных при них разочарований… Зайченко тоже не успокоился, пока не докопался до правды, зато теперь с ним можно нормально общаться… Присаживайся, история не из самых коротких…
Она опустилась на стул, положив букет на сгиб локтя, как новорожденного ребенка…
Глава 10
НАТАЛЬЯ
Изрезанные рунами гадальные кости рассыпались по туго натянутой коже шаманского бубна, и тот отозвался глухим рокотом. Старый нойд, подслеповато щурясь, склонился над возникшим узором. Несколько минут он изучал послание духов, тихо и неразборчиво бормоча сердитым голосом, потом не глядя сунул руку в висящий на поясе мешочек, достал щепоть порошкообразной смеси и бросил на чуть тлеющие угли очага. Над очагом взвился клуб синеватого дыма, в воздухе терпко запахло ароматами осенней тундры. У сидящей напротив нойда Натальи вдруг закружилась голова, словно после выпитого бокала шампанского. Нойд полностью окунул лицо в дым, глубоко вдохнул и откинулся назад, запрокинув морщинистое лицо к вытяжному отверстию. Костяные фигурки, вплетенные в многочисленные косички черных засаленных волос, с шорохом столкнулись за его спиной. Наталья замерла, боясь потревожить вошедшего в транс шамана и, не поворачивая головы, с любопытством рассматривала доступную взору сторону чума — опорные шесты попутно служили вешалкой для многочисленной амуниции — от оленьей и медвежьей масок-черепов до разнокалиберных сумок с более мелкими предметами, необходимыми хозяину чума в его профессиональной деятельности.
«Любопытно было бы заглянуть внутрь», — подумала Наталья, но вслух ничего не сказала, боясь, что старик погонит ее прочь, так ничего и не сообщив о предмете гадания. Итак, уже руны брошены по третьему разу, и каждый бросок только добавляет угрюмости и без того недоброму лицу старого колдуна…
— Не по адресу ты пришла, деваха! — промолвил вдруг шаман. — Молчат духи предков, хотя я разве что отца-медведя не потревожил… Однако слышал я, в дальнем стойбище, что сейчас за Краснощельем по Поною-реке, жива еще старейшая, которая Лосихам поклоняется — может, она поможет? Не знаю…
Нойд стащил через голову ритуальный, сшитый из медвежьей шкуры, костюм и предстал перед Натальей в «найковских» кроссовках, джинсах и клетчатой фланелевой рубашке. Подмигнув ошеломленной переменой девушке, он выпростал из рукава блеснувшие хромом «Командирские» часы.
— Если поторопишься, можешь еще на вертолет до Краснощелья успеть, — совершенно другим голосом добавил он, — вертолетчики за становищем уже как часа два «огненную воду» на оленьи шкуры да клюкву меняют, скоро дальше полетят — у них груз для американских туристов: разносолы всякие да девки сисястые. Чтут гостей-то, хоть и за доллары… Эт-то хорошо!
Нойд упруго вскочил на ноги и отвернул тяжелый меховой полог. В чум хлынули лучи полуденного солнца.
— Провожу, — объяснил он уже снаружи, — мою-то просьбу всяко быстрей твоей услышат… да и водки прикупить не помешает — умаялся я с тобой!
Наталья несмело улыбнулась в ответ и зашагала вслед за торопившимся отовариться водкой шаманом. Что богатые семгой реки Кольского полуострова осваивают различные турфирмы, для нее новостью не было, зато сообщение о поныне существующем среди саамов матриархальном культе Лосих внушало определенные надежды: преследующие ее с момента превращения из девочки в девушку цепочки странных событий не могли объяснить ни активно рекламирующие себя экстрасенсы, ни, как сегодня выяснилось, один из последних живых шаманов-нойдов. Об ученом люде и вспоминать не стоило: рационального объяснения происходящему вокруг Натальи просто не могло существовать. Она ненадолго ушла в себя, вызывая в памяти последний из серии невероятных эпизод…
— Остынь, парень, — все так же через плечо посоветовала девушка, — нельзя быть таким назойливым, найди себе другую, посговорчивей.
— Да ты чего, коза?! Оборзела? — Тонкая пленка показного джентльменства мгновенно испарилась. — Кончай базар, пора в койку!
— Воистину тоска, — вслух пожаловалась она самой себе.
Неудачливый ловелас рванул на обгон, пытаясь преградить дорогу, но почему-то не заметил мраморной колонны и со всего разгона боднул ее полированную гладь. Полировка в отличие от лба уцелела.
— Нет ничего нового под солнцем… По какой бы дороге ни шел глупец, у него всегда не достает смысла, — процитировала она Екклесиаста, обходя лежащего без сознания ухажера.
Все повторялось. Нельзя сказать, чтобы до мелочей, но все же удручающе однообразно: к примеру, неделей раньше. Нет, неделей раньше было все же эффектней…
* * *
Вопли ди-джея перекрывали слащавый голосок певца, жалобно взывавшего из динамиков к исчезнувшей возлюбленной. Не в такт вспыхивали прожектора, выхватывая стоп-кадры из жизни пропахшей потом и вожделением дискотеки. Наталья отстраненно наблюдала, как липкая растопыренная пятерня партнера по танцу постепенно смещалась от талии к тугой девичьей попке. Над ухом билось жаркое дыхание, в котором мята тщетно боролась с ароматом гнилых зубов. Тоска! Смертная!!
Наталья резко высвободилась из объятий и стремительно двинулась к выходу и свежему воздуху. Обескураженный кавалер рванулся следом, на ходу рекламируя прелести своей гостеприимной квартиры.
— Все, милый, — не оборачиваясь сообщила она, — танец кончился. Вместе с нашими отношениями, заметь.
— Ну почему же, дорогая? — Он продолжал ворковать, не понимая, что поезд уже ушел. — У нас впереди море времени, познакомимся поближе, познаем друг друга и пусть недолго, но будем счастливы…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
