Алистер, Даррел и Макс одеты в костюмы. Мы готовимся к гала-концерту сами, потому что наши женщины решили, что хотят одеться вместе. Как будто это долбанный выпускной.
Ребята ворчали по поводу расставания с тех пор, как им сообщили об изменении планов.
Мне так же не терпится увидеть Ваню, но я не собираюсь ныть по этому поводу, как они.
— Что произошло после того, как ты сказал ей, что ненавидишь ее? — С любопытством спрашивает Алистер.
Я не собираюсь говорить им, что добавил "я презираю тебя" в список сентиментальной чуши, которую мужчины говорят перед сексом. И я также не собираюсь говорить им, что переспал с ней.
Я, может, и много кем могу быть, но я не из тех, кто целуется и рассказывает обо всем.
Алистер узнает это первым. — Она пустила тебя в свою постель с таким ртом?
Этим ртом она позволяла мне многое. Я поджимаю губы, чтобы скрыть улыбку. — У нас есть еще пиво? — Спрашиваю я.
— Значит, это правда, — говорит Макс, засовывая руку в карман. — Женщины действительно воспринимают твою чушь и называют это пирогом. Даже Ваня.
— Не ревнуй, Макс.
Он усмехается. — Ваня — подруга. Не только для меня. Дон привязана к ней. Защищает. Она не знает тебя таким, поэтому, очевидно, она встанет на сторону Вани, если дела пойдут наперекосяк. И если мне придется выбирать сторону, я выберу сторону своей невесты.
— Десятилетия дружбы отброшены в сторону, просто так? — Я качаю головой в притворном разочаровании.
— Я не хочу, чтобы ты все испортил, как ты всегда делаешь.
— Я ничего не испорчу. После прошлой ночи у нас с Ваней все хорошо.
Макс бросает на меня недоверчивый взгляд, который я игнорирую.
Он этого не понимает. Прошлой ночью Ваня была мягкой, податливой, нетерпеливой. Я прижал ее к себе, когда она слишком много думала, и она осталась там. Она была прямо там, со мной.
— Я. Люблю. Тебя. — Алистер загибает пальцы на каждое слово. — Это чертовски сложно испортить. Не понимаю, почему ты говоришь что-то, кроме очевидного.
Даррел просто стоит в стороне и наблюдает за мной, но его взгляд ужасно осуждающий.
Я игнорирую их. Мы с Ваней сейчас занимаемся своими делами. Эти отношения с самого начала не соответствовали своду правил. Если я выскажу свои чувства на всеобщее обозрение, это только усложнит ситуацию больше, чем нужно.
Ваня знает, что я чувствую. Конечно, знает.
У Макса жужжит телефон. Его глаза загораются, как Четвертое июля. — Дон сказала, что они готовы. Они встретят нас внизу.
Это паническое бегство к двери, когда мы толкаем друг друга локтями и отталкиваем друг друга назад, чтобы пройти первыми.
Я второй, сразу после Макса.
Алистер третий.
Даррелл четвертый, потому что он был единственным, кто не дрался.
Мы поднимаемся по лестнице, а не на лифте, и врываемся на второй этаж.
Мой взгляд скользит по коридору и останавливается прямо на Ване.
Моя первая мысль — срань господня, она сногсшибательна.
Моя вторая мысль — подождите, почему на ней нет ни одного из платьев?
Это приталенное серебряное платье выглядит как пиджак без рубашки под ним. Ее груди выпячиваются вверху, как шоколадные буйки, покачивающиеся на спокойном озере. Преувеличенно квадратная форма бедер привлекает внимание к длинным серебряным кисточкам, свисающим до пола. На ногах пара прозрачных каблуков. Намного лучше, чем рекомендует доктор, но я не собираюсь ругать ее за это, потому что сегодня особый случай.
Это экстравагантное платье. Такое мог надеть только кто-то вроде Вани.
Я улыбаюсь, но не могу избавиться от неприятного чувства, что что-то не так.
— Привет. — Я подхожу к ней и целую в щеку.
Она отводит взгляд, как будто не может выносить моего вида. — Привет.
Боль в моей груди усиливается. — Ты выглядишь великолепно.
— Спасибо. — Ее взгляд устремлен куда-то далеко за пределы меня.
— Ребята, вы готовы войти? — Спрашивает Алистер.
Дверь слева распахивается, и оттуда выбегает мужчина зрелого вида в очках. — Сэр, у нас проблема.
Кения отрывается от мужа и бросает на него обеспокоенный взгляд. — Иезекииль, что случилось?
Алистер подходит к своей жене и кладет руку ей на спину. Выражение его лица сдержанное, но то, как он держится рядом с Кенией, выдает его беспокойство.
— Мистер Сазуки попал в небольшую аварию, — говорит Иезекииль.
— С ним все в порядке? — Спрашивает Ваня.
— Никто не пострадал, но он и его окружение оказались в затруднительном положении, пока полиция выясняет отношения.
Алистер прищуривает глаза. — Пришлите за ним другую машину. А пока найдите оркестр, который будет играть, пока не приедет Сазуки.
— Оркестр? Будет почти невозможно организовать их и доставить сюда вовремя, — хрипит Иезекииль.
Брови Алистера низко опускаются. — Мы обещали гостям живую музыку.
— Я могу позвонить кому-нибудь, — говорит Ваня, делая шаг вперед.
Все склоняют головы в ее сторону. Включая меня.
— У меня есть подруга, которая изучает классическое фортепиано. Она может быть здесь через, — Ваня смотрит на часы, — десять минут.
— Она хороша? — Спрашивает Кения.
Я говорю громче. — Ваня не предложил бы этого, если бы она не была такой.
Алистер обдумывает это. — Хорошо. Позвони ей сейчас.
Я хмурюсь из-за его резкого тона.
Кения толкает его локтем в бок.
Алистер бросает взгляд на свою жену, а затем откашливается. — Пожалуйста. И я ценю это.
— Без проблем. — Ваня уходит звонить в кафе, в то время как другие пары проскальзывают в бальный зал.
Я жду окончания ее разговора с Деджоной, а затем подхожу к ней. Кладу руку ей на талию и спрашиваю: — Каков вердикт?
— Она поспешит сюда. Она интересовалась, есть ли там пианино.
— Алистер упомянул, что пианино Сазуки уже на месте, — говорю я ей. — Все, что ей нужно взять с собой, — это ноты.
Ваня кивает и проходит мимо меня.
Я хватаю ее за руку и останавливаю. — Хэй.
— Что? — Ее взгляд скользит по мне.
И снова у меня возникает неприятное чувство. Что-то не так, но я не могу понять, что именно.
Ваня нетерпеливо смотрит на меня. — Тебе что-то нужно?
— У нас… все хорошо?
Ее брови приподнимаются. То, как я не могу дышать, пока она не заговорит, почти трогательно.
— Мы поговорим позже, — наконец говорит Ваня.
Я смотрю, как она скользит в бальный зал одна, и боль в моей груди становится физической. Должен ли я отказаться от гала-концерта и найти кардиолога? Это не может быть нормальным.
В итоге я иду за Ваней на вечеринку, вместо того чтобы бежать в ближайшую больницу. Что бы ни было у нее на уме, сегодня я доберусь до сути.
* * *
На гала-концерте присутствуют бизнесмены и влиятельные лица в сфере красоты. Я знаю нескольких женщин из моих контактов в компании, но есть еще много женщин, которых я знаю более близко. Эти девушки продолжают подходить ко мне, обнимать и пытаться поболтать.
Ваня
