исчезла, когда появилась первая девушка. Я без колебаний высвободился из цепких рук цыпочки, но когда я обернулся, Вани уже не было.
Мои глаза скользили по гала-концерту. Если бы я знал, что на нем будет так много влиятельных людей из социальных сетей, я, вероятно, откланялся бы. Здесь слишком много завоеваний из моего прошлого.
Обычно мне было бы все равно. Я никогда не испытываю сожаления или стыда за свою репутацию. Я всегда откровенен с женщинами, с которыми связываюсь, и никогда не обещаю того, чего не могу выполнить.
Но на этот раз каждая девушка, которая мне улыбается, вызывает у меня желание схватить Ваню и убежать. Если я смогу ее найти.
Официанты в белых рубашках, жилетах и темных брюках пробираются сквозь толпу с подносами вина. Макс и Дон находятся в другом конце зала.
Вани с ними нет.
Она также не с Санни и не с Кенией.
Я медленно оборачиваюсь и тут вижу ее.
Она сопровождает Деджону в комнату.
Крупнейший поставщик чая Вани, одета в футболку и джинсы. Думаю, после выхода из кафе у нее не было времени переодеться.
Деджона смотрит на Ваню с нервной улыбкой.
Моя жена опускает голову и говорит ей что-то, что заставляет Деджону рассмеяться.
Ваня сияет. Когда я вижу, как она улыбается Деджоне, я понимаю, что она не улыбалась мне так с того дня в бутике.
Я направляюсь к Деджоне и Ване.
В тот момент, когда Ваня видит, что я приближаюсь, она холодеет. Люди, которые ее не знают, называют ее ‘ледяной принцессой’. Она может заморозить тебя в мгновение ока и не потеряет из-за этого ни секунды сна.
Но она никогда не обращалась со мной так холодно. Это всегда огонь. Всегда жар и вспышка, которые готовы сжечь меня заживо.
Ваня моргает, и по ее лицу скользит быстрая вежливая улыбка. Но уже слишком поздно. Я ее знаю. Я изучил каждое выражение ее лица с детства. Что-то изменилось, и не в лучшую сторону.
— Привет, Хадин. — Деджона отвлекает мое внимание от Вани.
— П-привет, — говорю я рассеянно. — Э-э, ты готова начать вечеринку?
— Бах не совсем любитель вечеринок, но я думаю, что да.
— У тебя все получится, — говорит Ваня, сжимая руку Деджоны.
Когда Деджона садится за пианино, она тихо присвистывает. — Это выглядит дорого.
На лестнице раздаются шаги. Это Кения. Она приподнимает юбку своего большого пышного платья. Алистер держит ее за руку и просит притормозить, пока она не споткнулась. Кения не слушает. Она взбегает на сцену в рекордно короткие сроки. Несмотря на то, что кажется, что она спешит, она останавливается у пианино и протягивает руку Деджоне.
— Привет, милая. Я Кения Алистер. Большое спасибо, что помогла нам в такой короткий срок.
— Без проблем. — Деджона улыбается.
— Я собираюсь сделать небольшое объявление, а потом ты можешь начинать, хорошо?
— Ты уверена, что мне можно на этом сыграть? — Деджона указывает на пианино.
Кения бросает взгляд на Алистера.
Он опускает подбородок. — Это срочно. Я объясню мистеру Сазуки.
— Хорошо. Отлично. — Деджона лучезарно улыбается.
Кения подбегает к микрофону и успокаивает всех. — Здравствуйте и спасибо, что пришли отпраздновать с нами Belle’s Beauty.
Когда раздаются аплодисменты, я бросаю взгляд на Ваню. Она еще раз ободряюще сжимает руку Деджоны, прежде чем направиться вниз по лестнице.
Я спешу догнать ее. — Вот. Держись за меня, если споткнешься.
— Я в порядке, Хадин, — прямо говорит она.
Я наклоняюсь к ней. — Ваня, что случилось?
Ее взгляд на секунду смягчается.
— Хадин, хай! — Кто-то выкрикивает мое имя высоким голосом. Секунду спустя меня тащат вниз и крепко обнимают.
Плечи Вани напрягаются. — Ты выглядишь занятым. Я принесу выпить.
— Подожди, Ви, — я тянусь к ней.
Женщина, которая приветствовала меня, хватает меня за руку и крепко сжимает ее. — Давно не виделись, Хадин. Помнишь меня? Бекки? Из колледжа? Так рада тебя видеть.
— Извини. Я не помню большую часть своих студенческих лет. — Я отталкиваю ее руку.
Ее глаза сужаются. — Правда? Мы были на одном факультативе по искусству.
Я качаю головой и пытаюсь отойти в сторону.
Она останавливает меня, проскальзывая передо мной. — Подожди.
— Послушай, — огрызаюсь я, — я действительно не помню, чтобы спал с тобой, а даже если бы и помнил, это не имело бы значения, потому что я счастливый женатый человек. Теперь ты можешь отпустить мою руку?
Она бросает на меня неприязненный взгляд. — Я только собиралась сказать, что у нашего класса встреча выпускников. Я организую ее и хотела узнать, сможешь ли ты прийти.
— О, я…
— Забудь об этом. — Она проходит мимо меня. — Придурок.
Ни секунды не колеблясь, я разворачиваюсь и иду за своей женой.
— Ваня. Ваня. — Я хватаю ее за руку, когда она тянется за одним из игристых сидров на столе.
Она отталкивает меня. — Что?
— Это было не то, что ты думаешь, — объясняю я. Страх, который сжимает мне горло, для меня в новинку. Я никогда раньше не испытывал такого отчаяния от необходимости прояснить отношения с женщиной.
— Мне все равно, что это было, Хадин. Ко мне это не имеет никакого отношения.
— Она была просто кем-то из колледжа. Она хотела спросить, приду ли я на встречу выпускников.
Ваня вырывает свою руку из моей. — Я сказала, что мне все равно.
— Что происходит? — Я наклоняюсь к ней и шепчу: — Я думал, после прошлой ночи…
— Прошлая ночь была ошибкой. — Ее слова такие же холодные, как и ее глаза. — Прямо как в Вегасе.
Я отшатываюсь. У меня пулевые ранения по всему сердцу, а она все еще держит руку на спусковом крючке.
Никогда не думал, что буду жалким болваном, который сойдет с ума из-за женщины.
Но вот я здесь.
Не просто болван, а целый чертов куст болванов, готовых на все, чтобы помешать ей ускользнуть.
Ваня вздергивает подбородок. — Я не хочу сейчас спорить, Хадин. Это важная ночь для Кении и Алистера. И для Деджоны. Давайте поговорим, когда ее выступление закончится.
Я хочу схватить ее за руку и заставить заговорить прямо сейчас, но что-то подсказывает мне, что это была бы плохая идея.
— Хорошо. — Я отступаю.
Она проходит мимо меня, кисточки развеваются вокруг ее ног. Каждый мужчина в радиусе пяти миль краем глаза поглядывает на Ваню. А почему бы и нет? Она великолепна, добра и намного больше, чем я заслуживаю.
Я смотрю, как она уходит и забирает с собой кусок моего сердца, оставляя большую зияющую дыру в моей груди.
— Все еще думаешь, что не говорить ей о своей любви было правильным шагом? — слева от меня раздается голос.
Я поднимаю взгляд и замечаю Даррела, прислонившегося к колонне.
Психотерапевт протягивает напиток. — Я наблюдал за тобой, Ваней и Максом с тех пор, как вы появились. — Он изучает внутреннюю поверхность своего стакана. — Ты самая светлая и счастливая сторона этого трио. Ты заставляешь их делать то, что выходит за
