В тот вечер, когда Эмерсон в очередной раз начал проделывать странные па за моей спиной, я отложил карты и поведал Петерсу о том, что месье Вальдемар находит действия Анни непредсказуемыми.
— Ха! — воскликнул он. — А вы делайте поправку на ветер!
— Простите?
— Если ветер дует слева — цельтесь чуть левей от цели и попадете точнехонько, куда нужно.
— Что вы хотите этим сказать?
— Вы задаете своему полупокойнику не те вопросы, — сказал Петерс. — Расспрашивайте его наобум обо всем, что касается этой вашей леди. А ветер отнесет ваши вопросы точно к цели!
Эмерсон больше не забегал мне за спину, и к концу игры — кажется, тогда пробило шесть склянок — каждый из нас выиграл примерно одинаковое количество раз. Но я получил даровой совет, который хорошенько обдумал перед сном. И к следующему утру у меня был целый ворох новых вопросов к месье Вальдемару.
В очередной раз пламя в плошках покачивалось и по каюте протекали струи месмерической энергии…
— Мне неловко опять беспокоить вас, — сказал я после того, как услышал привычную порцию стенаний, — но не могли бы вы подсказать, где находится в настоящее время фон Кемпелен?
— В Париже.
— А точнее?
— Определенной улицы назвать не могу. Эти сведения для меня недоступны.
— Почему?
— Гризуолд предугадал ваш вопрос и заранее принял меры, — сказал месье Вальдемар. — По его приказу Темплтон заставил Анни скрыть Париж от моего зрения.
— Наш пострел везде поспел! — в сердцах сказал я. — Этот тип проворен и заранее предвидит наши ходы… А как насчет обычных, несверхъествественных способов узнать местонахождение фон Кемпелена?
— У мистера Эллисона изрядное количество доверенных людей в Париже…
— Да, у меня есть их список.
— Один из людей Эллисона дежурит в парижской гавани и узнает «Ейдолон», когда тот причалит к берегу. Он сведет вас со всеми нужными лицами.
— Боюсь, мы сможем доплыть только до Гавра, который находится в устье Сены, — сказал я. — Корабль нашего размера не сможет подняться вверх по реке до Парижа. Придется ехать из Гавра в дилижансе…
— Сможет, — сказал Петерс. — Попросите того, кто встретит нас в порту, свести вас с неким месье Дюпеном, который тоже сотрудничает с мистером Эллисоном. Этот Дюпен найдет фон Кемпелена хоть под землей.
— Гризуолд также отыщет фон Кемпелена — мы проследим за ним, и он выведет нас на Анни!
— Такой вариант событий возможен. Но я уже говорил, настоящее Анни полностью скрывает от меня ее будущее.
— Что ж, поправка на снос ветром более-менее сработала, — сказал я.
Поблагодарив бедолагу, я вернул его в состояние покоя.
Позже я извлек из тайника список французских сотрудников мистера Эллисона. Среди них числился и Дюпен — Сезар-Огюст Дюпен, проживающий в доме номер тридцать три на Рю-Дуно в предместье Сен-Жермен. Рядом была приписка: «В высшей степени надежен, первоклассный ум, даром что поэт и большой чудак».
Капитан Ги заверил меня, что он не раз плавал на «Ейдолоне» во Францию и поднимался по Сене до самого Парижа, так что затруднений не предвидится.
Теперь во время своих сабельных экзерсисов я размышлял о фон Кемпелене и его драгоценном секрете. Я исходил из того, что Анни непременно укажет местонахождение ученого, а Гризуолд ухитрится первым найти его. Когда я столкнусь лицом к лицу с фон Кемпеленом — а этот момент рано или поздно наступит, — что я ему скажу, какие аргументы выдвину? Краем глаза я видел, как откуда-то на палубу вышел Эмерсон и остановился понаблюдать, как я атакую невидимого врага. Итак, предложит ли Гризуолд фон Кемпелену деньги в обмен на его секрет? Или попробует вырвать секрет пытками? Нет, скорее, станет торговаться. Процесс получения золота из свинца длительный, сложный — им трудно будет обучиться, даже если они заставят фон Кемпелена показать все этапы преобразования. Необходима добровольная помощь алхимика.
Но что можно предложить человеку, который умеет делать золото считай что из грязи?
Хитрый вопрос. Очень вероятно, что процесс получения золота требует дорогого оборудования и дорогих ингредиентов. Так что производить золото в большом количестве может оказаться делом недешевым. И тут Гризуолд способен пособить фон Кемпелену, равно как и выполнить и другие пожелания ученого. Вытираясь полотенцем после упражнений с саблей, я размышлял, подействует ли на алхимика призыв не подрывать стабильность мирового рынка золота. Это хоть менее абстрактно, чем указание на этическую недопустимость производства избыточного количества золота. Нет, лучше всего продемонстрировать фон Кемпелену всю низость Гризуолда. Но сработает ли?.. Откуда мне знать — может, в натуре самого фон Кемпелена предостаточно низменных черт и чужая подлость нисколько не отталкивает его, благо есть возможность ею воспользоваться.
Натягивая на себя сорочку, я попытался представить, как бы отреагировал на данный вопрос Сибрайт Эллисон. Не колеблясь ни секунды с ответом, он бы, наверное, расплылся в добродушной улыбке: «Секреты умирают вместе с людьми». Но я не собирался лишать жизни кого бы то ни было ради сохранения стабильной цены на золото. Что же мне остается?
Вернувшись в свою каюту, я достал из тайника рекомендательные письма и задумался над ними. Похоже, при необходимости можно раздобыть внушительную сумму денег. Хоть я и не хочу, чтобы распря между моим нанимателем и Гризуолдом дала возможность фон Кемпелену заломить побольше за свой секрет, делать нечего — простейшим решением будет предложить больше Гризуолда. Так я и решил в конце концов: сперва покажу гнилое нутро Гризуолда, а если это не подействует, попробую переманить фон Кемпелена щедрыми посулами.
На палубу я вернулся с меньшим грузом на душе. Наконец-то у меня были кое-какие точные сведения и более или менее сносный план.
День стоял ясный, дул свежий ветер, светило солнышко, и до обеда оставалась одна склянка. Весело надувая паруса, ветер гнал нас к французскому берегу.
Извилистая Сена неторопливо несла свои воды в юго-восточном направлении. Под свинцовым ноябрьским небом наш корабль медленно пробирался среди многочисленных судов и суденышек. На последнем отрезке пути нас буксировал небольшой паровой катер. На берегу стояли голые деревья. Вода была серой.
В это время года тут было трудно отличить сумерки от дня. Я стоял на палубе в полумраке и наблюдал за движением темных масс вокруг. Светало, но солнце пряталось за сплошной пеленой облаков. Мосты, мельницы, крестьянские телеги снуют по дорогам. Дома подрастают, их становится все больше и стоят они все ближе друг к другу…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
