и Демонами, и она успела увидеть, как оружие Нокса отсекает голову несчастному существу, которое, вероятно, когда-то было адвокатом, или банкиром, или каким-нибудь ничего не подозревающим руководителем среднего звена. Голова упала на пол, разбившись о камень, как спелая дыня, а тело рухнуло вслед за ним.
К сожалению, смерть человеческого носителя означала для демона не более чем неудобство. Он вылился из шеи, как поток черной смолы, а затем превратился в гнилостную жижу. Он скользил, извивался, изгибался, принимая неестественные формы и углы, а затем обрел форму, которую Айви запомнит надолго.
Низкорослый и приземистый, он выглядел так не из-за недостатка роста, а из-за того, что был настолько огромен, что его ширина создавала впечатление низкорослости. Его верхние конечности свисали совершенно непропорционально остальным, волочась по земле за ним, так что когти были устремлены в воздух, как шипы железной ограды.
Его голова, длинная и узкая, как отбеленный коровий череп, обмакнутый в сырое масло, выглядела совершенно неуместно на широких плечах без малейшего намека на шею. Вероятно, для того, чтобы лучше выдержать вес огромных бараньих рогов, которые загибались там, где у человека были уши.
Айви не увидела ушей, но она и не присматривалась. От одного взгляда на истинный облик демона у нее свело живот, запершило в горле, и паника грозила ее захлестнуть.
Отведя взгляд, она напомнила себе, что говорили остальные. Страх исходил не от нее; его порождал сам демон — мощная магия, с помощью которой он запугивал и парализовывал своих врагов. Если она не поддастся ему, его сила в конце концов ослабнет.
Она надеялась, что он быстро ослабнет.
Внезапно круг Хранителей сомкнулся с огромной силой. Словно гигантский пузырь окутал ее и других пар со Стражами, словно стена из хлопка, заглушающая звуки за пределами магического барьера.
Ощущения были походи на те, что возникают после взлета самолета, когда уши закладывает при наборе высоты, но только в обратном случае. Но звуки не стали чище, они стали глуше, а она и шесть человек вокруг нее оказались одновременно защищенными и изолированными, отрезанными от хаоса, который бурлил вокруг них.
— Ну, что скажете, ребята? — Кайли подпрыгнула на носочках. — Хотите спасти мир?
Неудержимая уверенность и безграничная энергия Кайли исходила от нее волнами, еще большими, чем обычно, и Айви с удивлением отметила, что они, казалось, отражаются от внутренней поверхности круга. Она рикошетила вокруг них, постепенно усиливая энергию круга и наполняя пространство тем, что могло бы им всем очень пригодиться… надеждой.
Расправив плечи, Айви встретила искрящийся взгляд брюнетки и решительно кивнула.
— Да, это похоже на план. Ребята, вы готовы?
По комнате разнеслись одобрительные возгласы.
— Давайте сделаем это.
— Мы справимся.
— Девы идут на помощь?
Драм проворчал.
— Я начинаю ненавидеть эту легенду.
Женщины рассмеялись.
— Эй, — сказала Фил, — я тоже не в восторге от женоненавистничества, присущего этому ярлыку, и я научилась с этим жить.
— У тебя есть преимущество — грудь.
Платиновая блондинка опустила взгляд на свою грудь.
— Возможно, ты прав.
Смех поднял им настроение и укрепил решимость Айви. Судя по тому, как остальные выпрямились и отвели назад плечи, она догадалась, что на них это подействовало так же.
Роуз оставалась тихой и напряженной, но даже она подняла подбородок, подняв руку и направив ладонь в сторону Эллы, которая стояла на «пять часов» по отношению к первому Хранителю.
— Готовы, друзья мои?
Громкое «да» почти заставило ее улыбнуться.
Произнеся первые слова древнего заклинания, Роуз направила поток чистой энергии из своей ладони в ладонь Эллы.
— Светом и силой Жизни и Рождения я изгоняю Тьму с человеческой земли.
Глава 23
Баэн сразу же почувствовал изменения в воздухе и понял, что Хранители приступили к заклинанию. Теперь ему и его братьям предстояло сдерживать демонов в этой комнате до тех пор, пока древнее заклинание не отправит их снова в отдаленные тюрьмы.
Легче сказать, чем сделать.
Стражи были созданы, чтобы защищать мир от Семерых, но прошло уже очень много времени с тех пор, как Демоны были выпущены на свободу. Казалось, они решили насладиться моментом, сражаясь, как загнанные в угол животные, чтобы вернуть себе доступ к миллиардам человеческих душ, которыми могли питаться.
Не помогало и то, что даже призванное оружие Стража не могло его убить. Баэн мог рубить и резать, колоть и пронзать копьем, его бердыш свистел в воздухе и наносил точные удары при каждой атаке, но существ, сотворенных Тьмой, невозможно убить.
Как и сам Свет, Тьма была частью вселенной и не могла быть ни создана, ни уничтожена. Ее можно только сдерживать, и именно поэтому его пара и ее напарники должны были преуспеть в заклинании, которое они пытались сотворить.
В то время как Стражи не могли убивать Демонов, человеческие тела, в которых обитали эти существа, не обладали такими правами на бессмертие. Воины легко расправлялись с ними, оставляя пустые оболочки падать на пол комнаты. Честно говоря, это было милосердием по отношению к бедолагам.
Их души уже давно были поглощены овладевшим ими злом, поэтому не осталось человеческих качеств, которые можно было бы оплакивать. Лучше освободить тела от унизительных последствий того, что заставили их сделать демоны, и позволить памяти о людях, которыми они были, наполнить сердца тех, кто их знал.
По мере того как маскировка спадала, перед Стражами возникали истинные облики Демонов Тьмы. Первым появился Хратгунал, образовавшийся из черной, гнилостной слизи, которая вытекала из обезглавленного Ноксом тела.
Затем появились Ултор и Шааб-на: первый был похож на видение дьявола, наполовину животное, наполовину гуманоид, а второй — насекомоподобный кошмар с броней и множеством глаз, в которых плескалась темнота.
Дульзек вырвался из тела убившего Эш, он раскололся, как перезрелый фрукт, и с душераздирающим воплем взмыл к потолку. Неупокоенный взмахивал крыльями, похожими на тряпки, пришитые к костям, его похожий на стервятника облик сочетался только с запахом разлагающейся плоти, который окутывал его отвратительным облаком зловония. Затем вперед вышел Назгахчул, его гигантская змееподобная фигура с шипением скользила по камням при каждом движении.
Когда упало последнее тело и появился Тлот, похожая на покрытую черным лаком коллекцию клинков, прикрепленных к центральному ядру бронированного разума, Баэн перехватил свой бердыш и обнажил клыки. Он не позволит этим монстрам объединиться.
Он зарычал и расправил крылья, одним сильным взмахом взлетел в воздух, бросившись на парящего Дульзека. Древко его оружия резко повернулось, лезвие вонзилось в ногу стервятника и подняло его вопль еще на один децибел. Звуки боли и ярости только подстегнули боевое неистовство
