За спиной раздались шаги. Еще не видя, но уже страшась того, что ему предстоит узреть, Крал обернулся.
Нагое существо присело на корточки посреди площадки. Незнакомец едва доставал Кралу до пояса, но, несомненно, обладал не меньшей массой. Крал узнал его — монстра из далекого прошлого. Он вспомнил сказания о безжалостных войнах с д'варфами и историю Малфа, искусно владевшего топором, который сутки в одиночку бился за Перевал Слез против целой армии. В легенде говорилось, что жуткие твари превратили его предков в кочевников, вынудили спуститься в земли людей, осквернили и уничтожили родной край. Меж вечерних костров клана блуждало поверье, будто только после того, как последний д'варф будет повержен, горцы смогут вернуться домой.
Крал потянулся к топору. Он понимал, что осадные огни и крики — отголосок далекого прошлого, что перед ним разворачивается древний кошмар, хранимый окровавленным камнем, что видит он давнюю трагедию только благодаря собственной магии. И все же, во сне или наяву, он убьет д'варфа.
— И кто же ты такой? — презрительно ухмыльнулся тот.
Черная сфера вращалась в воздухе над костлявыми плечами, на ее поверхности потрескивал кровавый огонь. И вдруг в сполохах возникло новое видение: прикованный цепями к стене, болтался мужчина, его кожа пузырилась от страшных ожогов.
Каким-то шестым чувством горец понял, что последняя картинка не принадлежит к древнему кошмару — она являет настоящее. И д'варф не фантазия, он материален, осязаем. И тут Крала осенило.
— Мерик! — воскликнул он, вскидывая топор.
Д'варф едва заметно попятился, в запавших глазах мелькнула неуверенность.
— Где ты?.. — выдохнул горец.
Неожиданно все исчезло, и он очнулся в коридоре замка. Над ним нависал Тол'чак, он помог товарищу подняться. Могвид испуганно прижимал руку к горлу.
Рядом остановился Ротскилдер.
— Он тоже болен? — встревожился дворецкий, явно опасаясь заразиться.
Крал откашлялся и высвободился из рук огра.
— Нет. Я споткнулся и ударился головой.
В глазах Ротскилдера мелькнуло недоверие, но он кивнул и отвернулся.
— Пройти осталось совсем немного.
Бросив взгляд на горца, Могвид последовал за проводником. Тол'чак шагал рядом на случай, если Крал снова «споткнется».
— Что случилось? — как мог тихо прошептал огр.
Бородач изучал грубую кладку. Когда они шли мимо кованой медной двери, служившей входом в древнюю часть замка, Крал кивнул.
— Мерик там, — проговорил он, не оборачиваясь.
Тол'чак на какое-то мгновение замер, но тут же догнал товарища.
— Как поступим?
— Придет время, и мы разберем эту крепость по камушку, — прорычал в ответ Крал.
— Что там внизу? — тихонько спросил огр, ощущая, как в груди горца закипает ярость.
Крал вспомнил коренастое существо.
— Нечто чернее сердца демона.
Осторожный стук привлек внимание близнецов, снаружи донесся мягкий уважительный голос. Их слуга Ротскилдер знал, что не дождется ответа, но входить без разрешения ему запрещалось.
— Как вы и приказали, милорды, я устроил наших гостей в Музыкальном зале.
Микоф посмотрел на брата.
— Дорогой мой, ты, как всегда, оказался прав. Они не сбежали. — Микоф одернул шелковые одежды. — Жаль, придется испачкать руки — приятного мало.
Риман поправил ленту с фамильным гербом, переместив изображение на грудь, и провел пальцем по крысиному оскалу.
— Это наш долг. Династии Кара'дом нередко приходилось пачкать руки, чтобы удержать в них Тенистый Поток. Теперь и мы вынуждены защищать то, что и так по праву принадлежит нам.
— И бороться за чистоту охоты, — страстно добавил Микоф.
Близились сумерки, и ночной ритуал уже звучал в крови.
— Верно, — ответил Риман, расправляя плечи. — Священнодействие должно оставаться достоянием семьи.
Микоф любил вспоминать об их знатном происхождении. Он коснулся герба двумя пальцами.
— За династию Кара'дом.
— За кровь нашего народа, — закончил Риман, посмотрев в глаза брату.
Это был древний девиз Твердыни.
Во рту у Микофа пересохло, плечи едва заметно задрожали. Кровь Тенистого Потока — их наследие! Как осмелился д'варф просить их разделить охоту с чужаками!
— За кровь нашего народа, — повторил Микоф, на лбу заблестели бисеринки пота.
— Успокойся, брат. Не позволяй гневу овладеть тобой. К серьезному делу надо приступать с холодной головой.
Тот глубоко вздохнул, унимая ярость. Риман, как всегда, рассуждал мудро. Микоф постарался расслабиться.
— Значит, все готово?
— Можешь не сомневаться.
Юноша встал и направился к двери, Микоф поспешил следом. Пересекая комнату, он любовался на мантию, спадающую с плеч брата. Белокурые волосы прекрасно смотрелись на темно-зеленой развевающейся ткани.
Риман распахнул дверь и увидел почтенно склонившегося Ротскилдера.
— Милорды, — произнес тот, ожидая дальнейших указаний.
— Вперед, — едва шевельнув губами, произнес Риман.
Наследники не любили разговаривать с кем-то, кроме друг друга. Их голоса предназначались только для родных ушей, и потому они обращались к слугам шепотом.
Хорошо зная манеры хозяев, Ротскилдер не пытался занять их беседой по пути в Музыкальный зал. И все же, немного нервничая, он не удержался:
— Я приказал стражникам занять посты, кроме того, все выходы надежно охраняются, как вы и приказывали.
Близнецы шли плечом к плечу, Риман бросил быстрый выразительный взгляд на брата: «Я же говорил, что все будет в порядке».
В ответ Микоф едва заметно кивнул.
— Нас не побеспокоят?
Шепот испугал Ротскилдера. Никак не ожидая ответа, он чуть не повернулся к лорду, но вовремя опомнился и справился с заминкой.
— Согласно вашему приказу, это частная аудиенция, — смиренно ответил дворецкий. — Вас никто не потревожит.
Лорды скользили за проводником шелковыми призраками, их ноги в мягких туфлях ступали синхронно, зеленые мантии шуршали в унисон.
Близнецы молчали, но каждый знал мысли брата. Глаза Микофа и Римана встретились на миг, когда они миновали последний поворот. Оба взялись за рукояти отравленных кинжалов, закрепленных на запястьях в секретных ножнах.
Наследники династии Кара'дом знали, как защитить свои владения.
Лорд Торврен сидел на корточках посреди подвала, у самых ног, наполовину в грязи, покоился эбеновый талисман. На полированной поверхности больше не плясало пламя. Торврен все еще не мог сосредоточиться после грубого вторжения бородача с топором в воображаемое пространство сферы и был не в силах поддерживать огонь. Кто этот странный огромный человек? Д'варф узнал в нем мага стихии, сумевшего выскользнуть из ловушки накануне, но — танцующие боги! — как великан пробрался в камень? Талисман связан только с Торвреном, и никто не может попасть внутрь по собственной воле.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
