рту так чертовски хорошо…
Я лижу его быстрее, вооружившись знаниями, которые накопил за все это время. Николай обожает, когда ему отсасывают, но есть еще кое-что, от чего он приходит в восторг.
Я выпускаю его член, дергая пирсинг зубами, прежде чем с хлюпаньем отпустить.
Мои глаза встречаются с его полуприкрытыми.
— Эй, Нико?
— М-м-м? Почему ты остановился?
— Я хочу, чтобы ты трахнул меня в горло.
Его глаза слегка расширяются, а затем наполняются извращенным желанием и чем-то еще, что я не могу определить.
— Ебанный пиздец, — он сжимает в кулак мои волосы и откидывает голову назад. Я подчиняюсь ему, губы приоткрыты, а пальцы все еще сжимают его яйца. — Ты самый горячий парень, которого я когда-либо видел.
Черт возьми.
Он серьезно.
Почему…?
Прежде чем я успеваю подумать, он входит в мой рот до самого горла. Я расширяю и разжимаю челюсти, чтобы он мог войти как можно глубже. Я очень горжусь тем, что у меня нет рвотного рефлекса.
Я хочу доставить ему такое же сильное удовольствие, какое он доставляет мне.
— Долбанный ад. Ты так хорошо принимаешь мой член. Мне чертовски нравится, как ты заглатываешь мою головку… — его бедра двигаются взад-вперед, ударяясь о диван, пока он трахает мое горло.
Он берет и берет, а взамен дарит мне самый прекрасный вид.
Его лицо.
Мне нравится, что из-за меня он выглядит воодушевленным, кайфующим, как будто он, как и я, зависим от безумного трения, которое возникает всякий раз, когда мы соприкасаемся.
— Открой рот шире, малыш. Вот так… Господи, блять… Мне нравится, как ты задыхаешься от моего члена. М-м-м…. Ты скучал по этому?
Я киваю, но не уверен, что это заметно из-за его жесткой хватки на моих волосах.
— Хорошо. Потому что я скучал по твоему красивому маленькому личику, когда твой рот набит мои членом.
Мой собственный член течет в шортах от его грязных слов.
Его ритм становится диким, пирсинг ударяется о заднюю стенку моего горла с каждым толчком. Давление нарастает в затылке, но мне плевать. Я принимаю все, что он дает. Мне это нужно.
Он мне нужен.
Сперма и слюна собираются у меня во рту, и я глотаю так, как ему нравится, заставляя мышцы моего горла сжиматься вокруг его головки. Его рык — музыка для моих гребаных ушей, поэтому я делаю это снова, и он крепче сжимает мои волосы, запутывая их так же сильно, как путает всю мою жизнь.
— Тебе нужно прекратить это, или я кончу тебе в горло.
Я сжимаю его яйца, подразнивая его и пытаясь подтолкнуть к краю. Я и сам уже близок. Когда он кончит, мне нужно будет только погладить себя несколько раз, и я кончу вместе с ним.
Внезапно Николай вытаскивает свой член из моего рта, и я вынужден выпустить его.
Мои легкие горят от резкого притока воздуха, и я задыхаюсь, сглатывая густой воздух.
— Почему… не останавливайся…
— Я люблю твой рот, но мне нужно кончить в твою задницу, малыш, — он рывком поднимается, отбрасывает шорты, и вот он уже стоит передо мной во всей своей красе.
Ах, блять.
До сих пор я не понимал, как сильно скучал по его бесстыдной наготе. Я так привык к виду и ощущению его мраморного, покрытого многочисленными татуировками тела, что после него все казалось бесцветным.
Ухватившись за мои волосы, он приподнял меня и потянул за уголок футболки.
— Мне нравится, как ты выглядишь в моей одежде, но это нужно снять.
Он помогает мне снять футболку, и я вожусь со своими шортами, пока они не оказываются кучей у моих лодыжек, а затем снимаю их.
Да. Я тоже без нижнего белья.
Я не стану вводить это в привычку, но мне нравится дикий взгляд его глаз, когда они видят меня целиком.
— Горячий ублюдок, — Николай наклоняется и прикусывает мое адамово яблоко, заставляя меня вздохнуть. — Я скучал по твоему голосу и даже по твоему надоедливому ворчанию.
Мои пальцы забираются в его волосы, и я прижимаю его к своей груди. Мне все еще не хватает его близости. Я не могу прикоснуться к нему достаточно глубоко. Погрузиться в него достаточно надолго.
— Обхвати меня за шею, — приказывает он.
Когда я делаю это, все еще поглаживая его волосы, он шлепает ладонями по моим ягодицам и прижимает свой член к моему. Я зарываюсь лицом в его волосы, вдыхая его запах, стону и трусь об него. Искры удовольствия вспыхивают в моем паху. С каждым скольжением плоти о плоть по нашим членам стекает сперма, и мы тремся еще несколько раз.
Николай подталкивает меня вверх.
— Запрыгивай. Обхвати меня ногами за талию.
— Я не легкий…
— Давай. Сейчас.
Ухватившись за его шею, я прыгаю, Николай помогает мне подняться, и я скрещиваю ноги у него за спиной, упираясь пятками в его задницу.
Я думал, что это будет неловко, но, на удивление, я удерживаю равновесие, и Николай, кажется, не возражает против того, что я обхватываю его словно коала.
Возможно, я даже наслаждаюсь этим слишком сильно, поскольку мой твердый член, зажатый между нами, пульсирует и капает на мой пресс.
Он разминает мою задницу и покусывает мою челюсть, пока идет в спальню.
— Вот так. Хороший мальчик.
— Я не мальчик. Я старше тебя.
— Возраст — это число, а ты определенно мой хороший мальчик, малыш.
Он наклоняется вперед, и мы падаем в беспорядке на кровать. Его грудь сталкивается с моей, но я не возражаю. Он может раздавить меня, и я не буду жаловаться.
Все в порядке.
Если это он, то все в порядке.
Эта мысль наполняет меня незнакомым ужасом.
Значит ли это, что я ему доверяю? Принцу мафии, который успокаивается, избивая людей?
Мои мысли рассеиваются, когда он засовывает руку под подушку и достает флакончик со смазкой.
— Ты всегда держишь его наготове? — спрашиваю я и хмыкаю, когда его пирсинг царапает мой член.
— Да. Я никогда не знаю, в какой момент ты осчастливишь меня своим присутствием.
Он отодвигается назад, становясь на колени между моих раздвинутых ног, и я скучаю по его телу, прижатому к моему, но потом отвлекаюсь, когда он выдавливает смазку прямо на свой член.
Опираясь на локти, я наблюдаю за тем, как он растирает ее вверх и вниз неистовыми движениями, от которых у меня перехватывает дыхание.
— О, пускаешь слюни, малыш?
— Заткнись…
— Тебе так нравится мой член, да?
— Хватит болтать, Николай.
— М-м-м. Обожаю, когда ты такой властный и возбужденный, — он проводит скользкими, блестящими пальцами по своей
