СТАРАЯ ФОТОГРАФИЯ. На дне сухого дока стоит обрезанная по боевую рубку подводная лодка. Перевитая тросами, она напоми нает мумию, извлеченную из саркофага. Над носовым люком - козловой кран: им поднимают из отсеков тела погибших подвод ников.
«Камбалу» извлекли из морской пучины спустя три месяца после несчастья. Искали, стропили, поднимали ее моряки Кронштадтской водолазной школы под руководством капитана 2-го ранга М. фон Шульца и штабс-капитана по адмиралтейству Ф. Шпаковича, впоследствии ведущего водолазного специалиста ЭПРОНа. Подняли лишь боль шую - носовую - часть протараненной лодки, поставили ее в Лаза ревский док и вынесли из отсеков останки четырнадцати подвод ников. Спустя два дня их отпевали в Никольском соборе Севастополя. Тела погибших офицеров - капитана 2-го ранга Белкина и мичмана Тучкова - перенесли на вокзал, чтобы отправить на родину, нижних же чинов погребли с воинскими почестями на городском кладбище в братской могиле. Вот их имена: рулевые квартирмейстеры Плотников и Данилюк, рулевые боцманматы Дмиткин и Латнов, минные квартирмейстеры Базик, Королев, Шаронов, минные ма шинисты Казаринов и Федоров, машинист 1-й статьи Грилян, машинные квартирмейстеры Грошев и Прилепа. В оставшейся надкормовой части «Камбалы» до сих пор покоятся еще шесть погибших подводников. Они были первыми, и этим все сказано. Опыт ночных атак оплачен их жизнями, но он был крайне необходим, этот опыт. Потом, в сорок пятом, подводная лодка С-13, под командованием легендарного Маринеско, выйдет в свою звездную атаку примерно так же, как выходила «Камбала»,- ночью в надводном положении…
СУДЬБА КОРАБЛЯ. Летом 1932 года черноморские водолазы попытались отыскать и поднять кормовую часть «Камбалы». И хотя на месте ее гибели был поставлен буек, найти лодку так и не удалось. Видимо, корма ушла глубоко в ил. Каково же было удивление водолаза, когда немного в стороне он увидел совершенно целую подводную лодку. Следующая пара глубоководников сумела расчистить бронзовые литеры: «Судакъ». Вспомнили, что на этом месте английские интервенты, покидая Севастополь, затопили три подводные лодки: «Судак», «Налим», «Лосось». Вскоре они были найдены. Все три лодки успешно подняли.
Имя «Камбалы» носила советская подводная лодка Щ-203. Она участвовала в обороне Севастополя, совершила 18 боевых походов и погибла в 1943 году.
В тот год, когда Мария Павловна Левицкая навестила симво лическую могилу своего жениха, в московском сборнике «Вехи Октября» вышла повесть никому еще толком не известного писателя Новикова-Прибоя «Подводники». Вряд ли молодая женщина озабо тилась тогда ее чтением, хотя один из эпизодов повести имел самое прямое отношение к ее отцу, бывшему контр-адмиралу Левиц кому, и к ее сестре Елене Павловне.
ПЕРОМ ПИСАТЕЛЯ. «Нашему отдыху пришел конец: «Мурена» подлечила свои раны и теперь спешно готовится в новый поход. В гавани, около гранитной стенки, где пришвартована лодка, громыхают ломовые подводы. Жадно лязгает цепью подъемный кран, а его длинная, как у жирафа, шея то и дело поворачивается. Нату живаются крепкие мускулы матросов, трещат под тяжестью спины. «Мурена» беспрерывно глотает грузы: снаряды, соляровое масло, смазочное масло, мины, ящики с консервами. Перед уходом она старается как можно туже набить свой железный желудок.
Безоблачное небо обжигает зноем. Море плавится и кажется горячим. На матросах рабочее платье мокро от пота.
Неожиданно хлестнула команда:
- Смирно!
А вслед за этим слышим старчески трескучий голос:
- Здорово, морские орлы!
Около сорока глоток дружно и привычно выбрасывают в воздух готовый ответ:
- Здравия желаем, ваше гит ест во!
Это явился к нам сам адмирал, начальник подводной дивизии. Он тучен - весом пудов на восемь. Сырое лицо с седыми бакенбардами расползлось в стороны. А над этим ворохом мяса и сала возвышается громаднейшая лысина, словно каменный мол над морем. Заочно матросы называют его Гололобый.
Офицеры и матросы поражены небывалым явлением: адмирал привел на подводную лодку свою дочь. Все смотрят на нее угрюмо, враждебно - быть теперь беде. Но что можно поделать? Гололобому все позволено - на золотых погонах его грозно чер неют орлы.
Дочь, как только спустилась внутрь «Мурены», пришла в вос торг:
- Прелесть! Светло, как в театре. Папочка, да тут столько приборов разных, что можно запутаться! Я бы ни за что не ра зобралась.
- Поэтому-то, Люсик, ты и не командир,- смеется Гололобый.
- Папочка, а это что за машины?
Отец говорит ей о дизель-моторах.
- Нет, все здесь удивительно! Нечто фантастическое!
У Люси звонкий голос, а с молодого лица радостно излучаются две спелые вишни, как два солнца. На тонкой фигуре белое прозрачное платье. Она кажется мне чайкой: спустилась на минуту в лодку, но сейчас же упорхнет в синий морской воздух. И уже не верится, что от такой радостной женщины может случиться несчастье. Я смотрю на нее и думаю: неужели Гололобый, напоминающий собою гиппопотама,- ее отец?
- Папочка! А где же перископ? Я хочу посмотреть в него.
- А вот командир покажет тебе.
Она поднимает ресницы и бросает на командира ласковый взгляд.
- Пожалуйста! Я с удовольствием вам покажу.
Гололобый продолжает осматривать лодку, всюду заглядывать. Вот здесь-то и случилась непредвиденная каверза. Не успел он войти в офицерскую кают-компанию, как на него набросился наш Лоцман. Это был командирский пес, лохматый, клыкастый, с голосом, точно у протодьякона,- ревущий бас. Гололобый со страху побелел, как морская пена. Но тут же опомнился, в ярь вошел. Глаза стали красные, как у соленого сазана. Поднялся шум - всех святых уноси.
- Это что за безобразие! На судне псарню завели!…
Но для Лоцмана что нищий в рваной одежде, что адмирал в золотых погонах - все равно: заслуг он не признает. Еще сильнее начинает лаять.
В кают-компанию вбегает командир. Я впервые вижу его таким растерянным, обескураженным, чего не случалось с ним даже при встрече с неприятельским миноносцем. Он даже не пытается унять своего пса, заставить его замолчать.
Гололобый обрушивается на командира, надрывается, синеть стал, как утопленник.
- Это мерзость!… Под суд отдам!… Всех отдам!…
А Лоцман тоже не уступает - поднял шерсть и готов впиться в бедра его превосходительства.
