— Индейцы могут оказаться и здесь.
— Могут. — Макс нахмурился. — Поэтому я и говорю о тренаже. Расслабляться нам не следует. В общем, передай Штольцу: пусть выгружают из трюма боевое снаряжение. Копья, ружья, арбалеты. Перед сходом на берег команды должны быть вооружены до зубов.
— И долго мы тут простоим?
— Посмотрим. В любом случае денек роздыха нам не помешает.
* * *
Время — понятие зыбкое. Разумеется, день растянулся в неделю. Место, к которому они пристали, оказалось совершенно пустынным, так что можно было наслаждаться долгожданным отдыхом без опаски. По приказу лейтенанта членам экипажа раздали противодизентерийные таблетки. Очень уж неумеренно принялись уставшие от рыбы и солонины морячки поглощать фрукты, которые здесь росли в изобилии. Людвигу с небольшой группой матросов поручили доставить на корабль партию кокосов, и мальчишка расстарался: первая же шлюпка с экзотическими фруктами, будучи загруженной до краев, едва не перевернулась от удара волны.
Трое суток команда прохлаждалась на берегу, заново обучаясь ходить по устойчивой тверди, купаясь в местной речушке и жаря на кострах черепашьи яйца. Подобно морским котикам матросы устроили на просторном пляже своеобразное лежбище, часами валяясь на золотистом песке. Но вольница кончилась. Проведя глубинную рекогносцировку острова, Макс разработал достаточно простой план высадки десанта на берег. Была проведена репетиция атаки — с залпами кулеврин и пушек по заранее намеченным целям. И обряженный в доспехи экипаж спешно загружался в лодки и со всех сил греб к пляжам. Штольц возглавлял «наступающих», Макс, Дювуа и Лик следили за разворачивающимися событиями с кораблей, корректируя огонь пушек, беря на заметку просчеты в действиях атакующих. Наверное, нельзя было назвать первую высадку удачной, хотя со стороны все выглядело довольно впечатляюще. Под азартные крики канониров корабельная артиллерия бойко громыхала, пуская клубы дыма и даже попадая временами по целям, а около трех десятков в сверкающих панцирях матросов, размахивая саблями и мушкетами, выбирались на берег и с ходу «вступали в сражение», штурмуя песчаные высотки и открывая беспорядочную стрельбу.
— Плюс наши пули и гранаты, — прокомментировал лейтенант, глядя на своих людей в бинокль.
— Ты всерьез полагаешь, что нам придется высаживаться на берег с боем?
— Нет. — Макс покачал головой. — Самое оптимальное для нас — выгрузиться тихо и незаметно. Но кто знает, как все получится…
Потные и разгоряченные, матросы с гоготом возвращались к шлюпкам. Пробное десантирование они принимали скорее как некую игру, развлечение после долгих и монотонных недель плавания. Подобный настрой экипажа лейтенанту понравился. Он поднес к губам рацию:
— Все более или менее, Штольц, однако лучше пробежаться еще пару раз. Пусть теперь попытает счастье Лик. А ты лучше подстегни своих комендоров. Половина ядер летит мимо.
— А по-моему, у твоих ребят та же беда.
— Вот и порепетируем лишний разок…
* * *
Проще простого — предсказывать будущее Земли, куда сложнее — угадать прошлое, но что касается ближайшего будущего конкретных лиц — не всего человечества, а именно КОНКРЕТНЫХ лиц с конкретными судьбами, здесь пасуют самые дотошные аналитики и ошибаются самые аргументированные прогнозы.
Им не удалось высадиться незаметно, но и того шумного десантирования, которое они отрепетировали на северной оконечности Антильских островов, у них не вышло. Не вышло по той простой причине, что воевать им было не с кем. Стоило кораблям войти в окаймленный буйными зарослями залив, как на берегу зачадил дым, забили барабаны, а темно-голубую гладь лагуны взрезали остроносые каноэ с темнокожими людьми. Ни луков, ни копий у них не было видно. Напротив, смуглые лица светились белозубыми оскалами, в руках, протянутых к приезжим, покачивались тяжелые связки бананов и ананасы. Корабли незнакомцев не вызвали здесь ни малейшего переполоха.
— Эге! Да никак они с нами торговать собрались! — Штольц озабоченно покосился на застывших у пушек комендоров. Позади него с заряженными мушкетами выстроилась шеренгой вся команда «Либерии». — Кажется, отбой, ребятки… Но все равно — осторожности не терять, смотреть в оба!
Примерно то же самое повторил на своем судне и Макс, Корабли бросили якоря, потрепанные паруса опустились.
— Доставать бусы, адмирал? — В голосе, донесшемся из миниатюрного динамика, прозвучала явная ирония.
— Доставай, Штольц, доставай. — Макс взялся за бинокль и, оглядев побережье, обернулся к историку. — Может, ты мне что-нибудь объяснишь? Я, например, ничего не понимаю. Ровным счетом ничего… Где же Гершвин? Что-то опять упущено? Почему мы так твердо решили, что он обязательно должен быть в Мехико?
— Логика простая. Теночтитлан — столица ацтеков. Если Гершвин и впрямь собирался осуществлять свои космические планы, он просто обязан был начинать отсюда.
— Да… — Макс вновь поднял бинокль, рассеянно скользнул взором по заливу, перескочив с нагруженных фруктами каноэ на соломенные хижины, в беспорядке разбросанные по песчаной полоске берега. — А может, он в Бразилии? Или где-нибудь в северной части Америки?
— Вполне возможно, — удрученно отозвался историк.
— Да… Если так, то дело — швах. Попробуй найди его на такой огромной территории.
— Капитан! — К нему подбежал Пуэрто. — Эти ребята залезают на корму. Что делать? Сбрасывать за борт?
— Пусть ползут. Чего их злить? И передай Федерико с Луххардом: пусть вынесут наверх ящик с бусами и платками. Раздадим этим чертям и спровадим…
— Плохо, что мы не знаем языка, — пробормотал Штольц. — Смотри, как они балабонят… Зеркальца им, похоже, нравятся больше, чем бусы.
Темнокожие гости, разгуливающие босиком по палубе, и впрямь выказывали не ко всем побрякушкам одинаковый интерес. Разноцветные стеклышки, вопреки уверениям литературы прошлого, они откровенно игнорировали, материю щупали, но не брали, а вот зеркальца хватали с явным удовольствием. Взамен на шеи матросов вешались целые гирлянды фруктов, что делало картину довольно потешной: сверкающий на солнце металл доспехов и гроздья бананов с финиками. Улыбчивые, беспрестанно что-то лопочущие туземцы сновали взад-вперед, кое-кто из них, забавляя команду, отплясывал, изображая что-то вроде танца живота, кривляясь лицом, закатывая глаза, по-клоунски сводя их в точку. Включаясь в игру, матросы с удовольствием передразнивали гостей, показывая не менее замысловатые трюки.
— Смотри-ка, во что они превратили «Горго»!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
