Ама. Острые выгнутые шипы украшали его наплечники, а на голове он носил венец из трёх коротких стальных зубьев. В сражениях своих армий Волот никогда не лез к врагам, а предпочитал наблюдать и управлять, порой изредка вмешиваясь в помощью магии издалека. Одним движением пальцев он мог лишить человека крови, иссушить до последней капли, а его кровь использовать для атак и создания уродливых демонов.
Но с сидархами это не работало.
Потому что нельзя лишить крови призрака.
Тогда я вынудил его сражаться со мной, навязал бой, и Волот проиграл его. А потом пала и его армия вместе с Хибинской Ведьмой. Она была верна ему до конца, до самой смерти в плену.
Но что вынудило её сейчас явиться ко мне, чтобы просить защитить её наследницу Виринею от «поганых рук Волота». Ведьма что-то узнала о Волоте и очень испугалась. Настолько, что пришла просить помощи у заклятого врага Коэд-Дина.
Чтобы во всём разобраться, мне нужна была ещё одна червоточина, чтобы проверить, что у неё внутри. Я чувствовал прямую связь между червоточинами и Волотом. А ещё — между мной и Волотом.
Не знаю точно, сколько я просидел в изоляторе, но когда раздался щелчок в замке двери, то я вскочил с кровати, как вскочил бы любой, кого несправедливо обвиняют в убийстве.
В комнату вошёл… Лавр-325.
— Ты пропустил тренировку, студент, — сказал он.
Я вскинул брови.
— Тренировку? Это что, шутка?
Тот пожал каменными плечами.
— Вообще-то, да. Но порой я сомневаюсь, что правильно интерпретирую иронию…
— Вы об этом пришли поговорить? — перебил я его. — Простите, но мне сейчас не до шуток.
Он наклонился и протянул мне мой эхос.
— Это устройство спасло вас от тюрьмы, господин Бринер. С вас сняты подозрения. По данным вашего эхоса я смог безоговорочно доказать, что вы не смогли бы убить профессора Басова таким способом, каким он был убит. Смерть наступила в результате одного удара из Стиля Стра-То с применением магии Пути Динамис. Это был сильный гладиатор, и это точно не вы. В вас нет и толики той силы, какая была у убийцы.
Я нахмурился, забирая у голема свой эхос и снова крепя его на правой руке.
— И этого было достаточно для доказательств?
— Нет, — покачал он головой. — Конечно, нет. Этого было достаточно лишь мне, но не остальным. Меня не хотели допускать до следователя, но я всё же смог до него добраться и предъявить ему свои мысли.
Он улыбнулся и посмотрел на меня как-то по-отечески.
— Если бы вы ударили жертву с такой же силой, как убийца, господин Бринер, то ваш эхос на правой руке пришёл бы в негодность сразу. Сила удара была серьёзной. Но ваш эхос работал исправно всё это время, и вы его не снимали. Плюсуйте сюда реакции вашего организма в момент обнаружения тела, то всё становится на свои места. Вы не убивали этого человека. Неизвестно, кто убил, но точно не вы. Справедливость вложена в моё сознание, как незыблемое. Этого я и добиваюсь.
— Спасибо, учитель Лавр, — искренне поблагодарил я голема.
Если честно, от него бы я точно не ожидал помощи.
Он ведь сделал это, потому что обвинение было несправедливым, и он мог это доказать. На моём месте мог оказаться любой другой студент.
— Сожалею, что вам пришлось посидеть тут до самого утра, — вздохнул голем.
— До утра? — Я даже не заметил, что прошло так много времени.
На выходе меня встретила охрана, но вместо Якова стоял уже другой телохранитель, а вот Ипполит остался.
Оказалось, что сейчас четыре утра.
Академия начинала занятия в восемь, но я надеялся дождаться Виринею и главное — Эраста. Этот ублюдок точно не ожидает меня увидеть в такую рань.
— Мне нужно проверить лабораторию профессора Воронина и его племянницу, — сказал я Ипполиту, быстро направляясь по коридору к ближайшему порталу.
— Вчера вечером с ней всё было в порядке, я проверял, — тихо доложил Ипполит.
Надо же, он всё-таки исполнил мою просьбу, хотя не должен был.
— Понял, спасибо, — ответил я. — Но мне надо убедиться ещё раз.
Он покосился на меня. Наверняка подумал, что я неровно дышу к некромантке, раз так о ней беспокоюсь.
Добравшись до другого корпуса и пройдя по пустынным коридорам, я наконец остановился у той самой двери с надписью «Лаборатория № 1». Охрану предупредил, чтобы были готовы к бою. Так, на всякий случай.
Стучать в дверь не стал.
Сразу взялся за дверную ручку в виде собачьего черепа и повернул.
Лаборатория не была заперта, но внутри стояла темень. Я моргнул чуть медленнее обычного, подключая зрение сидарха, чтобы хорошо видеть в темноте.
И тут же увидел, что на полу, около большого рабочего стола лежит человек. Он ещё дышал, хрипло и тяжело, но встать не мог.
Это был Эраст.
В руке он сжимал колбу, из которой на пол вылилась серая жидкость. Точь-в-точь такая же, какую я видел на кресле профессора Басова.
Разглядев меня в свете из коридора, Эраст дёрнулся и приподнял руку с колбой.
— Бе… бере… — захрипел он. — Берегись… его… это для… смазки мёртвых костей у нежити… он украл… но я застал его… случайно…
Парень потерял сознание, его рука упала на пол, пальцы разжались, колба покатилась по кафелю.
Значит, Эраст был не при чём. Зря я на него подумал.
Один из охранников склонился над лаборантом, ну а я быстро отправился в кабинет Воронина.
Но стоило мне открыть дверь, как из темноты склепа на меня понеслись мертвецы. Их было около десятка сразу. Среди них я заметил и того, которого демонстрировал студентам профессор Воронин.
Толкнув меня в сторону, в бой рванул Ипполит, а потом и второй охранник. Они оба пытались защитить меня от
