Я упал на ступени, уткнулся носом в теплый, шершавый камень и обхватил голову руками. Согласно убеждениям институтского военрука, именно так следовало поступать в случае ядерного взрыва. Мне не было страшно. Наверное, потому что я до конца не мог понять, что происходит. Но мне отчего-то было очень грустно, одиноко и обидно. Я чувствовал себя как пятилетний мальчик, потерявшийся в метро. Я ужасно хотел домой. К жене и сорочкам. Пусть дни мои были однообразны, но отнюдь не скучны. Потому что скука это не что-то привнесенное извне, а состояние души…
– Эй! – Витька потряс меня за плечо.
Почему-то он решил оторвать меня от грустных размышлений именно в тот момент, когда я уже начал было получать от них удовольствие.
Ну, что ж…
Я поднял голову.
– Ты хочешь сказать, что нашел выход?
– Выход? – удивленно наморщил нос Витька. – Ах, выход… – Он улыбнулся и махнул рукой. – Ты говоришь о выходе из этой локации?
– Меня интересует не столько откуда, сколько куда. Конкретно – я хочу домой.
– Боюсь, это невозможно, – равнодушно покачал головой Виктор.
– В таком случае, скажу, что у меня есть огромное желание набить тебе морду.
– За что? – искренне удивился Витька. – Только за то, что свое глубоко субъективное восприятие действительности ты пытаешься выдать за единственно возможный вариант реальности?
– И за это тоже, – подумав, кивнул я.
– Это просто смешно! – всплеснул руками Виктор. – Ты ведешь себя как малый ребенок! Я уверяю тебя, дружище, мы с тобой сейчас находимся у меня дома, едим остывшую пиццу и обсуждаем то, что с нами случилось. Ты видел глаз в небе? Это был твой глаз!
– Почему ты так думаешь?
– Потому что у меня глаза карие, а у тебя голубые. Я даже могу сказать, что там, наверху, происходит. Ты не поверил тому, что застрявшие в локации нанореплики невозможно рассмотреть через наноскоп, и решил самостоятельно в этом убедиться.
– Я понял, что нужно делать! – в запале я вскочил на ноги, так быстро, что едва не оступился. Учитывая высоту пирамиды и крутизну лестницы, это могло плохо закончиться. – Мы должны подать сигнал!
– Кому?
– Нам с тобой!
– Ты сам-то понял, что сказал?
– А что?
– Где мы с тобой? Здесь или там? – Витька пальцем указал наверх.
– И здесь, и там одновременно, – не задумываясь, ответил я.
– Ага, – многозначительно кивнул Витька. – Еще немного, и ты в своей многомерности приблизишься к господу богу, который, как полагают адепты, един в трех ипостасях. У тебя их пока только две.
– Зато у тебя более чем достаточно!
Я попытался на глаз прикинуть число Витькиных нанореплик. Оказалось, что подавляющее большинство тех, кто наблюдал явление глаза в небесах, куда-то исчезло. Но все равно на ступенях древней пирамиды осталось не менее полусотни угрюмых человеческих фигур в красных трусах и голубых майках. Одни из них сидели, подперев головы кулаками. Другие бесцельно мерили шагами опоясывающие пирамиду каменные пандусы. И те и другие явно не тяготились бездельем. Совершенно бессмысленное времяпрепровождение, за которым мы их наблюдали, судя по всему, являлось для аборигенов обычным и вполне их устраивало. Скорее всего, они просто не ожидали от жизни ничего большего. Если, конечно, столь беспросветное существование, целиком и полностью сводящееся к ожиданию очередного явления глаза в небесах, можно назвать жизнью.
– Понять не могу, почему их так много? – задумчиво почесал щеку Витька.
– И почему они ничего не делают?
– А что они должны делать?
– Если каждый из этих дохлых спортсменов в красных трусах это ты, значит, они должны понимать, что происходит?
– Не хуже меня, полагаю.
– Так почему же они ничего не пытаются предпринять?
– А что, по-твоему, мы теперь должны делать?
– Нужно попытаться подать какой-то знак! Туда, наверх!
– Два вопроса. Первый: как?
– Можно разжечь огонь на вершине пирамиды.
– Я тебе уже говорил, что огонь в наномире я еще не создал.
– Ну, тогда… – Другого варианта у меня не было, поэтому я быстро глянул по сторонам, в надежде, что какой-нибудь предмет, случайно попавшийся на глаза, подскажет решение. – А что, если пустить солнечный зайчик в глаз, когда он станет на нас пялиться?
– Отличная мысль, только обрати внимание на то, что здесь и солнца тоже нет.
Тогда я обиженно поджал губы:
– Что же делать?
– Успокойся, дружище. – Виктор осторожно положил мне руку на плечо. – Тебе просто нужно смириться с мыслью, что все это ненастоящее. На самом деле нас здесь нет. Понимаешь?
– Нет, – честно признался я.
– Ну, как тебе объяснить. – Витька посмотрел по сторонам, точно так же, как я за несколько минут до этого. Ему тоже требовалась подсказка. Хотя бы намек. – Давай спросим у него!
Витька направился к находившемуся неподалеку близнецу. Тот сидел на краю ступеньки, поджав ноги и упершись подбородком в острые колени, и смотрел на то, как внизу, у подножия пирамиды, ненастоящий ветер колышет несуществующую зелень.
– Уважаемый! – Виктор дернул близнеца за локоть.
Тот даже не посмотрел в его сторону.
– Я к тебе обращаюсь! – повысил голос Витька.
При этом я услышал в его голосе приказные нотки, о существовании которых никогда прежде даже не подозревал.
Близнец медленно повернул голову, посмотрел на Суборова несчастным и грустным, как у побитой собаки, взглядом, затем так же медленно поднялся на ноги, расправил плечи и провел пальцами по гладкому, как у младенца, подбородку. С ямочкой в центре.
– У меня к тебе несколько простых вопросов, – улыбнулся Витька.
– Минутку.
Двойник поднес правую руку к плечу, сжал пальцы в кулак и заехал им Витьке точно в нос. Драться Витька никогда не умел, поэтому удар получился так себе – не столько больно, сколько обидно.
– Черт! – Витька согнулся и прижал ладонь к лицу. – Ты что, ненормальный?
– Это тебе за то, что ты сделал, – спокойно произнес двойник. – Ну, что ты там хотел спросить?
Я протянул Витьке носовой платок. Суборов промокнул им каплю крови, вытекшую из левой ноздри, и откинул голову назад.
– Похоже, тебе здесь не очень нравится? – спросил я у двойника.
– А тебе? – отпасовал он мне мой же вопрос.
– Ну, я здесь недавно…
– Зря ты так! – Витька, выпрямившись, погрозил двойнику пальцем.
– Да, ну! – с деланым изумлением вскинул брови тот.
– Это все равно что самому себе нос расквасить.
– К этому я и стремился.
– И что? Получил удовлетворение?
– В какой-то степени.
– Ладно. – Витька протянул руку. Словно собрался похлопать двойника по плечу, но вовремя одумался. – Нам здесь нужно всем вместе держаться, – глубокомысленно изрек он.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
