вы скажете старому Шнипперсону, что вы ездили за лесным козлом — я вам таки поверю, потому что вы замечательный человек!
— Не скажу, — ответил я. — А почему вы?
— А эти замечательные люди имеют к вам поговорить. И сказали старому Шнипперсону: у нас есть замечательное предложение Жоре и Свете. Устрой нам встречу в своём “Таки Покушать”! И предложили много жоп. Таки вам предложат больше, я уверен! И старый Шнипперсон ответил, что попробует. И вот таки пробую, — развёл он руками.
— А оно нам интересно? — уставился я на Светку, которая пожала плечами.
— Таки не хочу прерывать ваш романтичный тет-а-тет, но таки прийти и выслушать — не значит согласиться. И угощение уже оплачено, — дополнил он, на что даже флегматично лежащий Бейго поднял голову, с интересом смотря на повара.
— Аргумент, — признал я. — Свет?
— Ну, что мы за что-то возьмёмся — и я не уверена, и ты, — озвучила Света. — Но выслушать — почему нет? У нас вроде ничего не горит.
— Ничего, — кивнул я. — Значит, придём и выслушаем, Сруль Израилевич. А когда намечается этот банкет? — поинтересовался я под негромкое гудение ЗЖКТРУ, так же, похоже, оценившего перспективу.
— Таки если вы согласны — буквально сегодня вечером, — просиял Шнипперсон. — Замечательные устроители этого, как вы, Жора, отменно удачно выразились, “банкета” — таки готовы арендовать “Таки Покушать” на вечер и сколько вам потребуется на поговорить. За деньги, говорю вам, как на духу!
— Сходим? — уточнил я, на что Светка кивнула, — И Бейго покормите? — уточнил я, на что собакен чуть ли не заподпрыгивал, умильно разглядывая Шнипперсона.
— Таки как я могу не покормить такого замечательного со всех сторон пса?!
— Значит, точно будем, Сруль Израилевич, — заверил повара я.
Ну и вопрос с “трогаем”, в одном из смыслов отложился на следующий день, а в другом — как минимум на вечер. Правда, Света, задумавшись после ухода Шнипперсона, озвучила такой момент:
— Жора, а ты не думаешь, что эти “уважаемые люди” хотят оставить мастерскую без присмотра? И траты на аренду “Таки Покушать”, в их глазах… — не договорила она.
— Ну об этом конкретно — я не подумал, — признал я. — Меня больше волновал момент с этими наркоторговцами.
— Эйфория, — поморщившись, кивнула Света.
— Они самые. И на банкет я предлагаю одеться…
— В самых лучших традициях — костюмы высшей защиты, броня и оружие, — захихикала Светка.
— Угу, — довольно покивал я. — Выразим уважение этой… принимающей стороне, — припомнил я.
— Да, правильно. А с мастерской?
— Мопс?
— Слушаю, товарищ Жора!
— Обстрел лазерными башнями, без ущерба оборудованию, с текущей позиции, охватывает всё пространство вокруг?
— Никак нет, товарищ Жора! Для запрошенного положения необходимо сдвинуть Вездетанк на сто семьдесят шесть сантиметров!
— Сдвигай, — махнул я рукой, убедившись, что на названном расстоянии ничего бьющегося-нужного нет.
Мопс сдвинул, отрапортовал. Ну и вопрос, как понятно, был закрыт. А мы снарядились, как в бой, да и направились в “Таки Покушать”. Да и вообще: помимо таки покушать, было таки интересно — а что от нас немцам-перцам и наёмникам понадобилось-то?
Глава 32. Ход Вездетанком
До “Таки Покушать” мы добрались хоть и при полном параде, который броня и оружие, но без каких-то злостных приключений. И с парадного входа завалились в зал. И я бы даже немного застеснялся, если бы было бы перед кем: тройка смутно знакомых гильдейских оккупантов и пара знакомых корабельных наёмников трескали шнипперсоново угощение. На наш приход телодвижения приветственные совершили, поздоровались и вернулись к питанию.
И пальцами в нас не тыкали, не орали “посмотрите на придурков в броне!” В общем — дальновидно делали, пальцы и сломаться могут, а зубоскальство чревато тем, что зубами и подавиться можно.
В общем — ладно, поздоровались-присели. Шнипперсон нам покушать выделил, да и Бейго не забыл — тарелищу притаранил, которую скорее тазом назвать хочется. Ну и пёс с довольным урчанием принялся угощаться. И мы принялись угощаться, правда, без урчания (хотя если честно — хотелось).
А через полчасика Шнипперсон притащил выпить и прочий кофий с какавой, ну и слегка перекусившие мы перешли к тому, ради чего принимающая сторона разорялась на высокую таки кухню.
— Вы — несун, херр Верхазов! — изрек наконец один из немцев-перцев.
— Ни разу с работы ни гайки не утащил, — вальяжно и добродушно ответил я. — И сами вы хер.
— Это “господин” по немецки, — вполголоса сообщила мне Светка под кивки немчуры и даже наёмников.
— Я знаю, Свет, — кивнул я. — Но вот пусть в Германии своей друг друга херами называют, это раз. У нас это слово другое значит, — веско озвучил я. — Дальше, какой я “господин”? Товарищ я, ну… — взглянул я на присутствующих. — Гражданин, для некоторых. А “господами” пусть буржуев всяких обзывают!
— Хорошо, ГРАЖДАНИН Верхазов, — надулся, как мыш на крупу, немчура. — Вы посещаете мёртвые города и вывозите оттуда вещи.
— Да, — не стал спорить я.
— Нам нужен ряд предметов, — деловито начал было он.
— А я, гражданин Ланге, — наконец, вспомнил я фамилию сволочно пославшего меня “до августа” немца, — очень занятой человек. Примерно… до августа, — всплеснул я руками. — И после августа готов с интересом выслушать, что вам нужно. Хотя… вряд ли получится. Не думаю, что буду к этому времени в Сталедаре, — отрезал я.
— Вы… — покраснел Ленге.
— Сами виноваты, — вдруг, непонятно к чему, высказался наёмник в адрес немца, глава наёмников Дмитриевича. — Так, Свинобой. Нам ОЧЕНЬ нужны некоторые детали. Не им, — ткнул он в немцев, коллективно изображающих обморочных пионерок, — а НАМ, — похлопал он себя по груди. — Так — возьмешься?
— Помочь — дело неплохое, Василий, — рассудительно ответил я. — И Георгий я, ну или Жора, — на что наёмник кивнул. — Вот только… Это риск, чертовски большой. И я не знаю, что вам нужно. Где это есть.
— И что тебе за это будет, — покивал Василий.
— И это — тоже, — честно признал я. — Я бы, может, и так помог. Но вот попрошу у тебя что-то — сразу цену назовёшь.
— Это — понятно. Но в целом — ты не против?
— Ждать августа, чтобы выслушать — не буду, — улыбнулся я, на что Василий кивнул.
А после чего перешли они к делу. Есть какой-то крупный заказ, о котором в деталях мне не рассказывали, а я и не спрашивал. Интересно, конечно, но так, не особо сильно. Но заказ этот “горит”, нужен к весне — хоть плачь. А немцы гильдейские за него взялись, жопы прикарманили… И обгадились. Оказалось, что ряд деталей на немецких складах нерабочие. И всё бы не беда, хоть и советские приборы:
