за ними.
– Кто это был? – спросил ее мужской голос.
– Не знаю, – ответила она. – Здоровый какой-то детина Дейкина спрашивал.
Дейкин оказался мужчиной щуплым, с мелкими чертами лица, настороженным непроницаемым взглядом и малоподвижным ртом. Голос его звучал резко и однотонно.
– Сукин ты сын! Заходи уж, с самого Рэдклиффа от тебя ни слуху ни духу!
Он посторонился, давая пройти.
– Это док, Дейкин, – сказал Лондон, – и его дружок. Док помог Лайзе прошлой ночью. Может, слыхал?
Дейкин протянул Маку длинную бледную руку.
– Слыхал, конечно. Двое наших там как раз были. Можно подумать, будто Лайза слоном разродилась, столько разговоров вокруг этого. Вот моя хозяйка, док. Можешь взглянуть. И на мальцов моих тоже. Здоровенькие!
Женщина встала – красивая, большегрудая, круглолицая, со следами румян на щеках и сверкающим на свету золотом коронок верхним рядом зубов.
– Приятно познакомиться, мальчики, – произнесла она хрипловато. – Кофейку вам налить или, может, выпьете глоточек?
Взгляд Дейкина немного потеплел от гордости за жену.
– Ну, мы замерзли чуток по дороге-то, – осторожно намекнул Мак.
Золото коронок сверкнуло в улыбке.
– Так я и думала!
Она достала бутылку виски и мерный стаканчик.
– Налейте себе, мальчики. Больше, чем доверху, не получится.
Бутылка и стаканчик пошли по кругу. Последней опрокинула свой стаканчик миссис Дейкин. Затем она заткнула бутылку пробкой и убрала ее в импровизированный буфетик.
В комнате стояли три складных парусиновых стула и две парусиновые детские раскладушки. К стене приткнулась большая раскрытая походная кровать.
– Уютно у вас здесь, мистер Дейкин, – заметил Мак.
– У меня грузовичок имеется, – отвечал Дейкин. – Я перевозками здесь подрабатываю, ну и для себя вещи возить могу. А хозяйка моя рукастая. В лучшие времена она сдельной работой хорошую деньгу зашибала.
Миссис Дейкин улыбнулась от такой похвалы.
Внезапно Лондон оставил всякие церемонии.
– Нам надо пройти куда-нибудь, чтобы переговорить, – сказал он.
– Почему бы не здесь переговорить?
– Разговор будет как бы не для посторонних ушей.
Дейкин не спеша повернулся к жене и произнес монотонным, без модуляций голосом:
– Тебе бы с детьми неплохо миссис Шмидт навестить, Алла.
Лицо женщины выразило разочарование. Обиженно выпятив губу, она спрятала свои коронки и секунду вопросительно глядела на мужа, на что он отвечал ей холодным взглядом. Потом длинные белые руки его чуть дернулись, приподнимаясь. И тут же губы миссис Дейкин раздвинулись в широкой улыбке.
– Ну, мальчики, оставайтесь тут и секретничайте, – сказала она. – А мне миссис Шмидт давно пора было навестить. – Она надела короткий жакет из кроличьего меха, взбила золотистые волосы. – Приятного вечера!
Послышались ее удаляющиеся шаги, а затем стук в какую-то дверь подальше.
Дейкин подтянул штаны, сел на широкую кровать и жестом пригласил гостей занять складные стулья. Непроницаемый взгляд его был сосредоточен и устремлен внутрь себя, как у боксера.
– Ну, о чем говорить собрался, Лондон?
Лондон поскреб щеку.
– Как тебе то, что оплату урезали, когда мы уже здесь были?
Крепко сжатые губы Дейкина чуть дернулись.
– Сам подумай, как мне это. Веселого мало!
Лондон подался вперед на своем стуле.
– Ну и что, по-твоему, с этим делать? Есть идеи?
Непроницаемый взгляд стал чуть острее.
– Нет, а у тебя есть?
– Тебе приходило в голову, что можно собраться и организовать что-нибудь? – Лондон покосился на Мака.
Дейкин перехватил этот взгляд и кивком указал на Мака с Джимом.
– Радикалы, да? – спросил он.
Мак расхохотался.
– Если хочешь нормальной заработной платы, так сразу и радикал!
Дейкин бросил на него пристальный взгляд.
– Я ничего не имею против радикалов, – сказал он. – Но давай говорить начистоту. Недосуг мне ходить вокруг да около. Если вы в партии какой, то я ни о чем таком и знать не желаю. У меня жена, дети и грузовичок. Я не стану из кожи вон лезть, потому что кто-то вставил меня в какие-то списки. Так о чем тогда ты говорить хотел, Лондон?
– Яблоки собрать требуется, Дейкин. Предположим, мы организуем народ.
В светло-серых глазах Дейкина промелькнула неприкрытая угроза. Бесцветный голос произнес:
– Отлично. Вы организуете сезонников. Взбудоражите их шайкой подстрекателей, они проголосуют за стачку. А не пройдет и полусуток, как прикатит поезд, полный скэбов. И что тогда?
Лондон опять поскреб щеку.
– Ну, тогда, думаю, мы начнем пикетирование.
– А на это начальство выдаст вам распоряжение, – парировал Дейкин, – никаких сборищ и пикетов, и поставит сотню людей с автоматами!
Лондон озирался, ища глазами Мака. Взглядом он просил его дать ответ вместо него. Тот сосредоточенно размышлял. Потом сказал:
– Мы просто хотели узнать ваше мнение, мистер Дейкин. Предположим, на сталелитейном заводе три тысячи рабочих бастуют и выставили пикеты. Завод огорожен колючей проволокой. Хозяин пускает по проволоке ток высокого напряжения. Ставит стражу у ворот. Это нетрудно. Но сколько помощников шерифа потребуется, чтобы выставить стражу по всей долине?
На секунду глаза у Дейкина блеснули, но тут же взгляд его снова заволокло.
– Автоматы, – парировал он. – Предположим, со скэбами мы справились, а тут началась стрельба. Стрельбы эти бродяги уж точно не выдержат. Не говори мне, что это не так. Как только жахнут из десятикалиберного, они тотчас, как кролики, в кусты сиганут! И что ты делать будешь со своими пикетами?
Взгляд Джима метался между спорящими. Затем и сам он влез в спор.
– Да скэбы по большей части побросают работу после первой же беседы с ними.
– Ну а те, что не побросают?
– Хорошая мобильная группа вполне справится с ситуацией, – заявил Мак. – Я работаю на сборе, знаю. Люди злы, как черти, обижены на это снижение платы. И не забывайте, что яблоки-то собрать необходимо. И сад не огородишь, как сталелитейный завод!
Дейкин встал, подошел к своему коробчатому буфету и налил себе выпить. Указал на бутылку остальным, но все трое покачали головами.
– Говорят, в нашей стране у нас есть право на забастовку, – сказал Дейкин, – а потом издают законы, запрещающие пикетирование. Выходит, что единственное право, которое у нас остается, – это право сдаться. Неохота мне лезть во все это. Я уж как-нибудь со своим грузовичком…
– А куда, – начал было Джим, но у него пересохло в горле, и он поперхнулся, откашливаясь. – Куда вы отправитесь, когда яблоки будут собраны, мистер Дейкин?
– На хлопок, – отвечал Дейкин.
– Ну, там плантации даже крупнее. Если мы проглотим снижение платы здесь, то там ее снизят и того больше.
Мак улыбнулся ему ободряющей улыбкой.
– Вы отлично знаете, что именно так и будет, – подхватил он. – Они всегда так делают – снижают и снижают, пока люди наконец не взбунтуются и не вступят в драку.
Дейкин осторожно поставил на место бутылку, подошел к большой
