Когда я проснулся, то на дворе уже было солнечное утро. Чувствуя себя помятым и разбитым, я проверил маскировку. Спросонья я не понял, что в ней не так, а обнаружив, обматерил себя последними словами и вернул плетению первоначальный вид, порадовавшись, что ко мне никто не заходил. Это же надо было так лопухнуться, чтобы забыть про свой внешний вид! Если бы кто меня увидел спящим, воплей бы было… Могу себе представить, вчера гость заснул обычным человеком, а наутро превратился в сгусток темноты, тут любого проймет. Хорошо, что обошлось, но в будущем надо тщательнее следить за своей маскировкой. Сделав несколько разминочных упражнений, чтобы кровь быстрее побежала по жилам, я вышел за дверь.
Хозяева, поджидавшие меня в общей комнате, выглядели еще помятее. Видимо, вчерашняя пьянка давала о себе знать. Позавтракав через силу, братья извинились и сказали, что им нужно бежать по своим торговым делам, но я могу остаться. Если нужно, в гостевую комнату могут доставить бадью с водой или девушку-рабыню, чтобы скрасила мой отдых. Я вежливо поблагодарил гостеприимных хозяев, но отказался, сказав, что мне нужно поспать, а то башка трещит после долгой дороги. Братья понимающие покивали головами и сказали, что вернутся к вечеру, а я пока могу спокойно отдыхать и не о чем не заботиться.
Проводив торгашей, я под бдительным оком жены Ялника вернулся в гостевую комнату и улегся на лежанку. Нет, поспать бы я не отказался, но сейчас меня больше занимало другое — как работает моя прослушка. Найдя в кармане камешек, я аккуратно засунул его в ухо и активировал плетение. Сразу же я услышал речь кочевников. Из разговора я понял, что это болтают стражники, охраняющие главный вход и тихо спорящие, чьи прелести лучше — жены их командира, или здешней кухарки. Я обрадовался, моя прослушка работала как часы. Единственным недостатком было то, что спустя дня три запас энергии в камнях истощится и я уже не смогу ничего услышать. В общем, я расслабился, закрыл глаза и стал слушать, надеясь услышать нужную мне информацию.
К обеду я стал обладателем ценнейшей информации жизни обитателей ратуши. В частности, мне сообщили, что одну из работниц обрюхатил здешний повар и скоро её вышвырнут на улицу, также я узнал, что вчера садовник опять стащил кувшин ялинка прямо из-под носа хозяйственника, а тот умудрился ничего не заметить и, что характерно, наутро у обоих был несвежий вид. На меня обрушивались разговоры служанок, стражников, гостей, хозяев ратуши, но никто из них не стал вываливать мне свои планы по ближайшему вторжению. Все говорили о разной ерунде, даже маги и те обсуждали различные житейские мелочи, а Викерн совершенно не подавал голоса по делу. Его басок то и дело прорезался сквозь мешанину звуков, но все ограничивалось решением бытовых проблем с мелкими вождями, вроде подвоза продуктов или закупки еще одного десятка лошадей.
Вскоре у меня мозги опухли от подобной болталогии и я уже стал жалеть, что жучков поставил так много. Ограничился бы общим залом и кабинетом — было бы в несколько раз проще, а так, приходилось напрягать все свои извилины, чтобы не утонуть в ворохе голосов. Вскоре я начал отбрасывать в сторону все ненужные голоса, не содержащие никакой информации, и тогда гул немного утихал, позволяя мне размышлять о своем. Вспоминая ночной разговор, я размышлял, почему же постепенно превратился в эльфа? Разве я действительно этого хотел? Ведь я сам признавал, что некоторые качества эльфийского тела мне нравятся, но вот уши могли бы быть и помельче, да и волосы давно пора отрезать, все никак не соберусь. Почему же я настолько "обэльфячился"?
Спустя несколько минут я нашел причину, оказавшуюся до банальности простой. Я ведь наполовину эльф. И именно эта половинка захотела, чтобы её тело соответствовало содержимому, а человеческая половинка просто не сопротивлялась этому, оставив себе только лицо, которое хотя и помолодело лет на десять, но свои основные черты не изменило. Значит, если я очень сильно захочу, то смогу опять медленно, но верно превратиться в человека? Ладно, запомним. Пока мне это ни к чему — и так неплохо, но в будущем может пригодиться.
Разобравшись наконец в причинах изменения своего тела, я опять вернулся к скучному прослушиванию чужих бесед. Когда я уже начал отчаиваться и хотел уже вытащить камешек из уха, один разговор привлек мое внимание, причем я даже не понял, чем. Разговаривали маги, отдыхая в саду после сытного обеда.
— Что, Селен, опять неудача? — спросил первый голос.
— Да, наверное, опять ошибся в расчетах, — ответил, по всей видимости, Селен.
— И что будешь делать?
— Сегодня попробую еще раз.
— Слушай, тебе уже не раз говорили, воспользуйся стандартным плетением, — произнес третий голос. — Не мучайся и не изобретай колесо!
— Али, ты ничего не понимаешь. Моя задумка должна намного превосходить стандарт, так выходит по расчетам! — жестко ответил Селен.
— Но пока расчеты себя не оправдывают, — ехидно заметил Али.
— Сегодня я проведу последнее испытание, и тогда посмотрим! — самонадеянно заявил Селен. — Мое плетение будет работать! Вы еще все будете им пользоваться, вот увидите!
— Ну, это будет еще не скоро, — усмехнулся Али.
— Но это будет, — ответил Селен. — Запомните мои слова, это плетение принесет мне известность и поставит в один ряд с такими мастерами как Нипар Щит, или Авзунг Молния!
— Верим-верим, — ответил Али. — Представляю, как твоя слава будет катиться впереди тебя, и все молодые адепты будут шептаться при твоем появлении: "Смотри, это же сам Селен…" Какое же у тебя будет прозвище? Наверное, Селен Мужественный или Селен Стойкий?
Ему поддакнул первый голос:
— А может быть, Селен Большой Х…
Я с трудом сдерживал смех. Так вот что разрабатывал этот доморощенный экспериментатор — плетение для увеличения потенции! Ну и ну! Вот, старикашка озабоченный! Парсон хоть действовал из чисто научных побуждений, а этот… Тфу! Позор! И самое главное, скольких уже подопытных замучил своим… этим самым.
Тем временем маги перестали хихикать над озабоченным коллегой и начали строить планы на день.
— Ну, я охраняю Викерна до самого ужина, потом вы меня смените, и будете дежурить на совете, — сказал Али.
— Ладно, — согласился первый голос. — Только завтра с утра я буду отдыхать, и так уже целую десятицу рано встаю, а ведь уже не мальчик.
— Хорошо, завтра я беру на себя утро, — сказал Селен. — А сейчас пойду прогуляюсь.
— Куда это? — поинтересовался Али.
— На невольничий рынок, — ответил Селен. — Нужно же мне подобрать материал для опыта.
