— Ага, ты только сегодня полог посильнее поставь, а то я среди ночи не хочу просыпаться из-за твоих опытов. Больно в последнее время они у тебя стали голосистые.
— Тебе Шол, нужно снотворное принять, тогда хорошо спать будешь, у меня есть пара настоек.
— Знаем мы твои настойки, — усмехнулся Шол. — Небось, опять по собственным рецептам.
— Ну и ладно, — зло ответил Селен. — Я к вам по хорошему, а вы…
Послышался звук шагов, а потом голос Али:
— Как думаешь, выйдет у него что-нибудь?
— Уверен, что нет, — ответил Шол. — Сел каждый год с момента окончания Академии загорается очередной идеей создать плетение, которое его бы прославило. И что, ты чувствуешь его славу?
— Нет.
— То-то и оно! — назидательно сказал Шол.
Они начали говорить о достоинствах различных канонических плетений, а меня вдруг подбросила с лежанки мысль: Селен останется один! Можно будет попытаться! Дальше я уже не думал, а мигом подхватив свои сумки, выпрыгнул в окно и метнулся в дальний угол двора, где держали лошадей. В небольшой конюшне никого не было, если не считать четверки хороших скакунов, один из которых был моим. Я быстро оседлал жеребца и вывел его из стойла, привязал свои сумки, а затем поскакал в ту сторону, где находился огромный рынок рабов, занимавший почти всю западную часть города.
Спустя пятнадцать минут я был там и тут же принялся искать ауру мага, не обращая внимания на яростные крики зазывальщиков, рекламирующих живой товар. Проталкиваясь сквозь толпу, я миновал загоны, где, словно дикие звери в клетках, томились невольники. Женщины, мужчины, дети, все они были объектами купли-продажи. Проезжая весь это рынок насквозь, я то и дело натыкался на взгляды этих несчастных, избитых, с рабскими ошейниками, одетых в лохмотья людей. Естественно, никого из них я не собирался освобождать, повинуясь благородному порыву. Такие глупости не для меня. У меня была цель — найти того, кого я хочу убить. Найти мага. А он все никак не обнаруживался. Вокруг были ауры, десятки, сотни различных аур, но ни одна из них не была аурой мага.
Отчаявшись, я продолжал прочесывать рынок, и вскоре выехал на небольшую площадь, заполненную народом. В центре находился большой деревянный помост, на который торговцы выводили рабов. Сегодня был день Торга, понял я. Из воспоминаний Макра я знал, что этот день случается примерно раз в месяц. На продажу выставляются все те рабы, которых торговцы припрятывали до лучших времен. Ну а потом, как в аукционе, покупает тот, кто назначит лучшую цену. За участие в этом действе торговцы отдают десятую часть прибыли, но оно того стоит. Ходили слухи, что иногда цены на одного раба могли подниматься до сотни золотых, когда несколько спорщиков не хотели уступать друг другу. Именно поэтому Дни Торга всегда привлекали множество людей, как зевак, так и потенциальных покупателей, надеявшихся забрать какой-нибудь лежалый товар совсем по дешевке.
Судя по всему, торг был в самом разгаре, причем с самого утра. Теперь понятно, почему братья слиняли так быстро, хотят и сами поучаствовать, а может просто посмотреть. Оглядев толпу равнодушным взглядом, я зацепился за всадника, стоявшего почти перед самым помостом. Это был нужный мне маг Селен, плетение, скрывающее его ауру, а также одно слабое защитное не давали повода в этом сомневаться. На вид ему можно было дать лет шестьдесят, такой себе пожилой, начинающий седеть мужчина с пивным брюшком и чуток оттопыренными ушами. Ничего особенного, но весь его вид почему-то создавал отталкивающее впечатление, хотя вроде и одежда была в порядке, и сам бомжа мало напоминал. Но даже мне, глядя на него, хотелось вымыть руки.
Оглядев толпу перед собой, я понял, что мне через неё не пройти, значит, близко подобраться к магу не удастся. Придется просчитывать пути его отхода, а потом по дороге к ратуше… Блин, рискованно. Рыбка может сорваться с крючка в последний момент или позвать на помощь. Что же делать? Бить отсюда? Не факт, что я пробью его щит одним ударом, а толпа — просто неуправляемый фактор. Он может как помочь мне, так и навредить. Кто знает, как поведут себя аллинцы, когда я затею нападение?
В раздумьях я наблюдал за магом и краем глаза смотрел на помост. Вот на него вывели двух детей лет восьми, близняшек, оторвав их от подола матери, которая стояла рядом. После довольно оживленного торга дети ушли за девять золотых толстому кочевнику в дорогом платье. Мать же купил один из всадников за пятнадцать серебрушек. Отдавая деньги, он как лошади, проверил женщине зубы, а потом перекинул плачущую рабыню через седло и покинул торг. Я же смотрел на мага и думал, как бы его гарантированно вырубить одним ударом? А если накачать энергией сразу десяток лезвий, да еще добавить парочку молний, выдержит ли его щит, или накроется? Такую структуру плетения я не изучал, поэтому не знал даже приблизительно его сильные и слабые стороны. Так что, может быть, этот щит просто вольет в себя всю энергию моих плетений и даст магу возможность ответить. А в толпе я даже не смогу увернуться от удара…
Внезапно я увидел, что Селен оживился и уже не так равнодушно глядел на помост. Я также посмотрел в ту сторону и услышал слова распорядителя торгов:
— А сейчас для уважаемых покупателей у меня приготовлен сюрприз! Давненько на нашем торгу не было подобного экземпляра, поэтому спешу вам представить эту очаровательную девушку, породистую кобылку, дитя тьмы, волей судьбы попавшую к нам. Встречайте!
И тут двое дюжих молодцов вывели на помост… эльфийку! Я забыл про мага и принялся её рассматривать. Да, несомненно это была эльфийка, но не моя одно…, короче, не моя соседка по лесу, а темная эльфийка. Цвет её кожи напоминал кофе с молоком, поэтому распорядитель и назвал её дитем тьмы. Интересно, как она сюда попала, ведь кочевникам в Фантаре дали от ворот поворот. Неужели сама отправилась? Разглядывая эльфийку, я пропустил момент начала торгов.
— Десять золотых, — кричал один всадник.
— Двадцать, — парировал ему дородный кочевник.
— Двадцать пять, — кричали откуда-то сзади.
— Тридцать…
Да, эльфийки тут нечасто появляются, судя по оживлению в толпе, и торговаться тут будут до последней монеты. Всем же хочется заполучить себе такое сокровище. А на эльфийку действительно стоило посмотреть. Во-первых, у неё были связаны руки за спиной, что говорило о том, что её не сломали. Во-вторых, несмотря на практически полное отсутствие одежды, она стояла, гордо выпятив подбородок, и посматривая на море степняков вокруг, как на тупых животных. В-третьих, её фигура, которую едва прикрывали остатки одежды, говорила о силе и выносливости. Залюбовавшись этой представительницей слабого пола, я пропустил тот момент, когда в игру включился маг.
