А у Илоны и в мыслях не было тратиться на обстановку квартиры. Получив желанные деньги, она тут же помчалась к Нерадову.
Потом для нее настало время ожидания. Едва проснувшись, она тут же начинала нервничать и надеяться, что вот сегодня, именно сегодня Толян скажет ей: все готово. Карпов не понимал, что происходит с его девочкой, почему она постоянно так взвинчена, разговаривать нормально не может, только огрызается... и почему не идет на работу. Неужели у нее такой длинный отпуск? Но спрашивать Илону об этом он не решался, видя, что нервы у нее натянуты до предела. Илона каждый день бегала к Нерадову, но три дня подряд не заставала его дома, и от этого окончательно взвинтилась. Ей уже начало казаться, что Толян просто-напросто прогулял ее тысячи, что все рухнуло, надеяться не на что... но наконец на четвертый день Толян открыл дверь и с ухмылкой пригласил Илону войти.
- Ну? - резко спросила она.
- Баранки гну! - ответил Нерадов, противно захихикав. - Договорился, детка, успокойся.
- Когда? - закричала Илона.
- Сначала необходима разведка, - теперь уже серьезно сказал Толян. Ты ведь адреса этой тетки не знаешь. Нужно сначала ее найти, рассчитать время.... думаю, через недельку.
- Так долго? - охнула Илона. - У тебя выпить нет чего-нибудь?
- Найдется, а как же, - Толян, похоже, понял чувства Илоны. Они снова уселись в кухне, выпили за успех, поговорили о том, о сем. Но Илоне не сиделось на месте. Ей необходимо было движение, в ней бурлили дурные энергии, не давая ей покоя.
- Ладно, пойду, - сказала она наконец. - Но имей в виду - мне нужно знать все точно! Где и когда!
- Дурочка, какой же киллер скажет тебе это? - удивился Нерадов.
- Я должна знать! - закричала Илона. - Или никаких заказов! Понял, дубина? Я должна знать!
Прикинув что-то в уме, Нерадов решил:
- Ладно, зайди в среду. Думаю, уже прояснится. И я попытаюсь договориться, чтобы он назвал место и время. Но не обещаю, что он действительно согласится на такие условия. Иди, увидимся.
- Хорошо.
Илона вышла на площадь Репина, остановила маршрутное такси и поехала на Невский проспект. Зачем - она и сама не знала. Просто ей не хотелось возвращаться к Карпову, слушать его бормотание, видеть его жалкую сгорбленную фигуру... она жаждала красоты и умиротворения. Выйдя из маршрутки на углу Невского и Садовой, она пошла в Михайловский сад. Когда она очутилась под огромными старыми деревьями парка, на нее вдруг нахлынули воспоминания, на этот раз почему-то не подправленные ее безудержной фантазией. Может быть, сказалось напряжение последних дней, может быть, она, сделав последний шаг и окончательно уверившись в том, что жена Антона будет со дня на день убита, сумела на одно краткое мгновение увидеть реальность такой, какова она есть, без прикрас, без романтического флера... Она как наяву услышала страшные слова Антона: "Давай расстанемся..." Он ведь говорил это всерьез? Но это значило бы, что в его сердце нет настоящей любви к ней..
Нет, тут же отказалась верить собственной памяти Илона, нет! Это не так! Этого просто не может быть. Как ей жить без Антона, если он откажется от нее? Неужели ей придется продолжать жалкое прозябание рядом с Карповым? Зачем ей вообще жить без Антона?
Она долго бродила по парку, курила одну сигарету за другой, садилась на какую-нибудь скамью - но тут же снова вскакивала... ну почему, почему в ее ушах продолжал звучать холодный голос Раменского? "Давай расстанемся..." Илона чувствовала, что близка к истерике. Ей нужно было срочно выпить... прямо сейчас, это необходимо! Иначе она просто сойдет с ума!
Илона нервно огляделась. Черт бы его побрал, этот Михайловский сад, ничегошеньки в нем нет! Ни единого киоска, ни кафе, негде взять самую простую и жизненно важную вещь - бутылку водки! Она почти бегом бросилась из парка на Садовую. Тормознула какую-то машину, упала на заднее сиденье, крикнула:
- Угол Мойки и Гороховой!
Шофер с каким-то странным выражением оглянулся на нее через плечо и тут же тронул машину с места. Минут через пять-семь они уже были на месте. Илона выхватила из сумочки сторублевку, бросила водителю и выскочила из автомобиля. Скорее, скорее... там же оставалась еще водка, дома, у Карпова... она спрятала одну бутылку на буфет, этот уродец не мог ее найти и достать...
Карпов куховарил, обвязавшись жалким подобием фартука, с дырами на месте карманов. При виде бурей ворвавшейся в кухню Илоны он радостно воскликнул: - Девочка, а я тут тебе вкусненького сварил!
Из кастрюли, стоявшей на плите, пахло несвежей рыбой. Фыркнув, как готовый к драке кот, Илона вскочила на табуретку и достала со шкафа непочатую бутылку водки. Карпов ахнул. Вот сюрприз, так сюрприз! Илоночка совсем как фокусник в цирке, раз - и вот тебе выпивка! Ай да девочка! Где еще такую найдешь? И надо же - суп как раз сварился, очень даже вовремя! Угадал он, угадал...
Вплоть до вечера вторника Илона пребывала в постоянном пьяном угаре.
Глава четырнадцатая
В среду, подходя к дому Толяна, Илона вдруг почувствовала сильную слабость. У нее закружилась голова, и она была вынуждена прислониться к стене какого-то обшарпанного дома, чтобы не упасть. Проходившая мимо сердобольная старушка тут же остановилась и с жалостью в голосе спросила:
- Доченька, что, нехорошо тебе? Может, "скорую" вызвать?
- Не надо, - прошептала Илона. - Не надо... просто голова закружилась. Сейчас пройдет. Вы идите, идите...
Но добрая самаритянка, хотя и отошла в сторонку, все же решила присмотреть за явно приболевшей девушкой. Она топталась шагах в десяти от Илоны до тех пор, пока Илона не оторвалась наконец от стены и не зашагала дальше. Илона даже не разозлилась на глупую старуху. Так уж они устроены, эти пенсионерки, делать им нечего, вот и суют свой нос в чужие дела... Илона не сомневалась в том, что старушка остановилась рядом с ней из чистого любопытства, а вовсе не из какого-то там сострадания. Все люди сволочи, она давным-давно это поняла.
Толян открыл дверь почти мгновенно, едва Илона дотронулась до кнопки звонка. Илона молча перешагнула порог, вопросительно глядя на Нерадова.
- В понедельник, - хмуро сказал он. - Утром, когда она из дома выйдет.
- А где ее дом? - глупо спросила Илона.
- Не знаю, - сердито ответил Толян. - Я за ней не следил. Надо тебе сама выясняй.
- И выясню, - пообещала Илона. До понедельника времени было еще вполне достаточно. Она сразу ушла, не задержавшись в квартире своего бывшего мужа. Идя по Садовой, она ругала себя за то, что до сих пор не потрудилась узнать, где живет ее любовь. В Центральном районе - вот и все, что ей было известно. Но Центральный район - это вам не фунт изюма, это не две-три улицы...
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
