заниматься фигней и натянуть на себя трусики взрослой девочки.
Холли, оскорбившись, резко подняла голову.
– Что, прости?
– Что слышала. Сотри с лица обиженное выражение – прошедшая неделя продемонстрировала, что ты далеко не неженка. Послушай, вряд ли кто-то удивился больше, чем я, когда, сойдя с самолета, увидела тебя. Ты стала совершенно другим человеком, но это и понятно: последний раз я тебя видела на похоронах Брюса. Но сейчас в твоих глазах снова горел огонек, и думаю, это не только из-за того, что ты задумала большую месть. Все было намного глубже. Никто не хотел ненавидеть Логана сильнее, чем я, и никто не хотел, чтобы твой план сработал сильнее, чем я. Даже Томми загорелся, мечтая о том, чтобы ты отомстила этому парню. А теперь я даже не знаю, такой ли уж он негодяй, как я думала, и будет ли тебе лучше без него. Когда он вчера поздно вечером позвонил на твой мобильник, и я ответила, он только и говорил о том, как не дать тебе улететь на этом самолете.
– Ты ответила по моему мобильнику? – запальчиво переспросила Холли, борясь за справедливость. Тина буквально не давала ей опомниться.
– Он все звонил и звонил! – Тина рассмеялась, нисколько не раскаиваясь. – Чуть ли не каждые двадцать минут. К тому времени ты наплакалась и уснула, а у меня зародились серьезные опасения. Он искренний и относится к тебе серьезно – это же очевидно, черт побери. Парни так не разговаривают, если у них все не всерьез. Не говоря уже о том, что он красив, как бог. Что-то мне подсказывает, что на его поступок по отношению к тебе ты отреагировала непропорционально. Нет, я тебя не виню – он и сам считает, что вел себя не лучшим образом. Он тоже, знаешь ли, боится. Какая была бы из меня подруга, если бы я дала тебе уйти просто так. Надеюсь, ты не сильно винишь меня за то, что ему помогаю.
– Что, если ты ошибаешься? – еле слышно спросила Холли, все еще под впечатлением от слов Тины. Она сильно сомневалась, что Логан хоть раз в жизни чего-то боялся.
Тина улыбнулась:
– Есть только один способ выяснить, и сидит он прямо за тобой.
Холли обернулась и как бы невзначай заглянула за сиденье. И тут же встретилась взглядом с Логаном. Будто он сидел не двигаясь, и неотрывно смотрел на спинку ее кресла прямо с той минуты, когда она туда пересела, и мысленно просил ее обернуться. Его локоть лежал на подлокотнике, большой палец подпирал подбородок, указательный огибал верхнюю губу. Он буравил ее обоими глазами, даже опухшим. Они быстро развернулась в нужном направлении.
– Он уставился на нас. – Холли нервно сглотнула.
– Нет, – фыркнув, возразила Тина. – Уставился он на тебя. Давай, иди туда и выясни, все-таки для чего он здесь.
– Пошли со мной? – слабым голосом попросила Холли.
– Ни за что, – отрезала Тина, откидываясь на сиденье. – Это тебе нужно сделать самой. Не думаю, что ты захочешь, чтобы я при этом присутствовала – это время твое. А я останусь здесь и буду понукать стюардессой, чтобы по полной вкусить блага повышенного класса обслуживания. Когда еще выпадет шанс, чтобы со мной обращались как с большой шишкой?
Холли расправила плечи и встала. Прикладывая все силы, чтобы не смотреть прямо на него, она перешла туда, где сидел Логан.
– Бенедикт Арнольд убедила меня поговорить с тобой, – промямлила она, глядя на его мускулистые бедра. Ноги сместились вбок, давая ей пройти. Она села на соседнее с ним кресло, плотно сжав ладони, сложила их на коленях и уперлась в них взглядом. Она не знала, с чего начать, что сказать, чтобы завести разговор, которого он так добивался, а она всей душой хотела избежать. Его рука, попав в поле ее зрения, легла на ее ладонь. Сильными пальцами он попытался разжать ее ладони, она поддалась. Тогда он принялся, едва касаясь, водить по ее желтоватым костяшкам пальцев – тем, что покрылись синяками от мощного столкновения с его лицом. Он был так нежен, его прикосновения были полны такой заботы – казалось, он хотел почувствовать, как она ушиблась, пока отделывала его. Это ее растрогало. Она продолжала смотреть вниз, когда он взял ее руку и она вышла из поля ее зрения. Он стал покрывать легкими как перышки поцелуями каждую из трех ушибленных костяшек, потом сплел с ней пальцы. Обе их руки теперь лежали у него на коленях. Его движения были такими нежными, у нее защипало глаза от настроения, которому она не желала поддаться. Он ждал, когда она поднимет взгляд и будет с ним разбираться, она это чувствовала. Она с трудом сглотнула и подняла голову. Он пристально смотрел на нее.
– Если бы я знал, сколько неприятностей ты мне доставишь, я бы лучше лишнюю ночь в Торонто провел, – сказал он, чуть подначивая.
– Я бы тоже. Как тебе не стыдно, взять и заручиться симпатией и поддержкой моей старинной подруги! Разве у самого друзей мало? – сказала она, стараясь сохранить свою позицию рассерженного человека и не обращать внимания на знакомое тепло, накрывавшее ее всякий раз, когда он так на нее смотрел.
– Отчаянные времена требуют отчаянных мер, – ответил Логан, и уголки его рта тронула легкая улыбка. – Надеюсь, с ней ты обошлась не так круто, как со мной.
– Ну, она же не опозорила меня, подняв на смех ко всем чертям.
– Ты вмазала мне и вырубила на виду у полного зала людей, которые раньше меня уважали. И всю следующую неделю я буду похож на моряка Попая[41]. Думаю, мы квиты, – отпарировал он без тени игривости, несмотря на шутку. Он продолжал смотреть на нее с пристальным вниманием.
– Логан, так вот почему ты все это затеял? В этом все дело? Поквитаться хотел? – спросила она, все еще не желая поверить в то, что он сказал ей накануне вечером. Парни вроде Логана семей не заводят. Они постоянно в поиске, им нравится считать зарубки на стойке кровати. Во рту у нее пересохло. К глазам подступили слезы обиды. Зачем он ее мучает? Почему не может просто сказать спасибо, что облегчила обоим жизнь, и жить дальше, вот как она?
– Я уже говорил. Не дам тебе уйти без борьбы, – рассудительно сказал он. – Кстати, не забудь, пожалуйста, что у меня сейчас только один зрячий глаз.
– Меня это совершенно не касается, – выдавила она осипшим от невыразимой печали голосом. – Касается это тебя и твоего стремления во что бы то ни стало
