– Пес взял след Роскоя! – закричал Сид, указывая на собаку, которая нюхала берег реки, подняв шерсть дыбом.
Некоторые сомневались в этом. Один из мужчин размышлял вслух, что собака учуяла запах волка, в то время как другой, смеясь, сказал, что она слышит свои собственные следы. Оказалось, оба были неправы. Это были следы Роскоя и полоса от лодки, которую он тащил, чтобы спустить на воду. С дикими криками погоня продолжилась.
«Вторая группа мужчин теперь вернется домой», – подумал Чейз с некоторой завистью.
Пронзительный взрыв женского смеха вернул Чейза к действительности. Охотники настояли, чтобы тощая проститутка из таверны сопровождала их. Когда Чейз возразил, они заспорили, что в конце трудного дня мужчина нуждается в удовольствии. Они говорили, усмехаясь, что он, женатый мужчина, должен понимать это.
Чейз предполагал, что присутствие женщины будет вызывать споры среди мужчин. Но когда они все клятвенно пообещали, что не будут драться из-за нее, а лучше разыграют в карты, чтобы знать, чья очередь спать с ней, он согласился.
Более половины мужчин были женаты, и Чейз думал, что их не будет привлекать проститутка. Но вскоре он убедился, что для некоторых мужчин их положение женатого человека не имеет никакого значения.
Кривая улыбка появилась на его губах, когда выяснилось, что только Сид, он сам и еще один мужчина, который провел с ней массу времени перед отъездом, не претендовали на эту женщину. Даже молодой Джонни испытал удовольствие женского тела, охотники пожертвовали молодому человеку свою очередь, чтобы он приобрел первый сексуальный опыт.
Чейз встал, когда Сид объявил, что мясо готово. Все охотники взяли тарелки и потянулись к костру. Несколько минут еще раздавался звон тарелок и кружек, когда они копались в седельных вьюках, доставая посуду.
Когда мужчины жадно уплетали жареную белку и пили кофе, они мало разговаривали. Одна маленькая белка осталась после ужина, и Сид, ободрав мясо с костей, накормил им старого Саундера.
– Ты балуешь свою охотничью собаку, – один из мужчин поддразнил Сида.
– У него осталось немного зубов, – защитил Сид своего старого друга.
– Я полагаю.
Мужчина выглядел немного смущенным, он вытащил колоду карт из кармана жилета.
– Пойдемте, джентльмены! – он усмехнулся.– Время тащить первую карту на нашу белокурую леди.
Охотник, который вытащил удачную карту, закричал от радости, схватил хихикающую проститутку за руку и толкнул ее на одеяло, расстеленное под сосной недалеко от огня. Ночи были холодными в это время года, и всегда грозила опасность от любопытных волков, бродящих вокруг лагеря.
Костер сгорел до углей, карты тащили снова. Сид подбросил еще дров в огонь, потом присел рядом с Чейзом. Угли зашипели, задымили клубами, потом запрыгали языки пламени.
– Ты думаешь, мы когда-нибудь поймаем этого ублюдка? – заговорил Сид.
– Да, Сид. Рано или поздно он появится где-нибудь. Возможно, в ближайшей деревне или в городе, в который он придет. Ему нужна будет женщина.
– Ему нужна не одна, – Сид сказал, тихо рассмеявшись.– Мне нужна, действительно, одна, только Руфи. Это первый раз, когда я уехал больше, чем на два дня, и мы разлучились.
– Я с тобой согласен, друг, – сказал Чейз, усмехаясь.
– Интересно, есть ли у Роскоя фамилия? – спросил Сид после нескольких минут молчания, когда один мужчина покинул одеяло проститутки, а другой занял его место.
– Я уверен, что есть, – ответил Чейз.– Большинство мужчин имеют фамилию. Но, возможно, мы никогда не узнаем этого.
Сид согласно кивнул.
– Многие мужчины скрывают свои фамилии по какой-то причине. Неизвестно, что заставило так сделать этого ублюдка!
Через некоторое время Сид пожелал Чейзу спокойной ночи и завернулся в свое одеяло. Все мужчины, кроме одного, расстелились и отдыхали, как только вернулись от проститутки. Наконец, и последний клиент покинул женщину и развернул свои спальные принадлежности.
Чейз сидел, уставившись в красноватый жар костра, думая о Рейган. Стало тихо, только раздавался порой в ночи случайный топот копыт лошади и храп из-под большинства одеял. Вдруг Чейз насторожился и чутко прислушался. Он услышал незнакомый звук в лесу, словно шелестящий, похожий на то, как осторожно двигают щеткой по телу. «Индеец?» – подумал Чейз.
Незаметно он постарался вытащить оружие из кобуры, медленно повернул цилиндр, убедившись, что он наполнен патронами. Потом освободил кобуру, чтобы она не тащилась за ним, в случае, если оружие он захочет использовать.
Чейз медленно поднялся, пошел к лошадям, притворяясь, что он проверяет, все ли лошади надежно привязаны. Его глаза осматривали территорию. Он двинулся к дереву напротив костра, как будто для естественной надобности. Окинул взглядом все вокруг, насколько видел глаз. Он ничего не заметил, кроме толстых стволов деревьев.
Зашнуровав штаны, Чейз вернулся к костру. Кто бы еще пошел в темноту сейчас? И все же, когда он залез в спальный мешок, то держал пистолет так, чтобы удобно было им воспользоваться в любую минуту.
Весь день густой туман висел над рекой, и солнце ни разу не пробилось сквозь облака, которые парили, как серое покрывало. Роской поднимал и опускал весло, скользил в каноэ вниз по реке. Он посмотрел на грозные облака и подумал, что придется мокнуть под дождем весь день.
Спустя час сильный дождь полился на него. Но не было возможности выйти из реки. Деревья плотно росли прямо у края воды, что ухудшало дело. Каноэ начало наполняться водой, и он ничего не мог сделать, кроме как ругаться и потеть. Если лодка потонет, он погибнет, потому что не умеет плавать.
Судно почти опрокинулось, когда Роской, подплыв к повороту реки, увидел грубое бревенчатое строение в тридцати ярдах от него.
– Торговая стоянка, господи! – воскликнул он и направил затопленное водой судно к длинному приземистому строению.
В этот момент дождь, который начал было стихать, возобновился со страшной силой, Роской не видел даже свои собственные ноги перед собой. Он не заметил огромное бревно, плывущее вниз по реке, но почувствовал, когда оно втаранилось в каноэ, разбивая его на две части.
Когда судно распалось, одна его часть утонула сразу же, Роской ухватился за ту часть, которая была еще на плаву. Он стал кричать во все горло, прося о помощи. Он смотрел смерти в лицо. Роской совсем уже выбился из сил, когда его схватила под мышки пара сильных рук и втащила в лодку.
Больше похожий на мертвого, чем на живого, он был доставлен на охотничью стоянку и усажен на стул перед горящим камином.
На пятый день преследования Роскоя резкий холодный ветер ударил Чейзу и его спутникам в лицо. Темные облака плыли перед бурей, кувыркаясь и переворачиваясь, как непокорное море.
