как высоко умел ценить других людей великий отшельник святой Исаак Сирин, с какой учтивостью этот суровый подвижник относился к ним, как близок он, бежавший от мира, был к каждому человеку. Поражает то, насколько эти слова, записанные во времена столь далекие и столь отличные от наших, сегодня отвечают нашим потребностям и исканиям.
Мы всегда видим ближнего хуже, чем он есть на самом деле, и относимся к нему, соответственно, хуже, чем он этого заслуживает. Все дело в гордости, из-за которой мы всегда ставим себя выше других, а других – ниже себя. В неведении, потому что из-за него мы не осознаём, что каждый человек заслуживает бесконечно большего, чем мы себе представляем, не только с нашей, совершенно ограниченной точки зрения, но и с точки зрения Бога, ибо Он по Своему милосердию прощает всякую немощь и по благости сотворил людей по Своему образу.
Преподобный Исаак Сирин учит, что возвышаемся мы не тогда, когда унижаем ближнего; исправляем его не критикой; помогаем ему успокоиться и стяжать мир не нашим раздражением; он становится лучше не тогда, когда мы обличаем его пороки. Все это мирская логика, она совершенно ошибочна и приводит к последствиям, противоречащим нашим ожиданиям.
Наоборот, не сравнивая ближнего с собой и другими людьми, мы позволяем ему стать несравнимым и неповторимым. Не укоряя его, мы помогаем ему поступать безукоризненно. Стараясь придерживаться о ближнем более высокого мнения и лучше к нему относиться, мы возвышаем его и в то же время возвышаемся сами духовно.
Смирение, которое должно определять наше отношение к ближнему, по мнению святого Исаака Сирина, служит критерием реальности и истинности сострадания и любви к нему. Это объясняется тем, что любить ближнего возможно в том случае, если преодолеть свое себялюбие и взять за образец любви смиренную любовь Бога, Который не разделяет людей в зависимости от их достоинств или недостатков, но каждого любит одинаково.
В наше время, когда все более распространенными становятся дискриминация, нетерпимость, фанатизм, то есть желание навязать другим свои взгляды и образ жизни, наставления преподобного Исаака Сирина приобретают особую актуальность.
Святитель Аммон: Любовь никого не отвергает
Текст
Без нее [любви], как говорит апостол, хотя бы мы глаголали языками ангельскими, имели всю правую веру, переставляли горы, раздавали все имение наше бедным и отдали тело на мученичество – [все это без любви] не приносит нам никакой пользы (см.: 1 Кор. 13, 1-3). Но вы скажете: «Как можно все имение свое отдать нищим и не иметь любви? Разве милостыня не есть любовь?» Нет. Милостыня не является совершенной любовью, но есть [только] одно из проявлений любви. Ведь многие одним творят милостыню, а других обижают; одним оказывают гостеприимство, а на других злопамятствуют; одних защищают, а других хулят; чужим состраждут, а своих ненавидят. Это не есть любовь, ибо любовь никого не ненавидит, никого не хулит, никого не осуждает, никого не опечаливает, никем не гнушается – ни верующим, ни неверующим, ни чужим, ни грешником, ни блудником, ни нечистым, но, наоборот, любит и грешников, и немощных, и нерадивых; из-за них она страдает, скорбит и плачет. [Даже более того]: она скорее состраждет [людям] дурным и грешным, подражая Христу, Который позвал грешников, ел и пил с ними (см.: Мф. 9, 11-13). Поэтому, показывая, что есть истинная любовь, Он научает [нас]: «Будьте благи и милосерды, как Отец ваш Небесный». И как Он посылает дождь на злых и добрых и повелевает солнцу восходить над праведными и неправедными (см.: Мф. 5, 45), так и имеющие истинную любовь всех любят, всех жалеют и обо всех молятся.[587]
Комментарий
Центральная тема наставлений святого Аммона (IV век), который нам известен из патериков, сводится к тому, что совершенство христианской жизни состоит в стяжании Святого Духа. Одно из условий посещения души Духом Святым заключается в обретении совершенной любви. Иметь любовь, как подчеркивает святой Аммон, значит приходить на помощь людям и делиться с ними теми материальными благами, которых они не имеют. Однако исполнить это необходимое условие недостаточно. Мы склонны думать, что любовь ограничивается материальной помощью, но, как отмечает святой Аммон, она подразумевает и духовную помощь, оказываемую посредством положительных действий – выражение сочувствия, молитвы и других проявлений деятельной любви. Но важно дарить любовь всем без исключения. Святой Аммон утверждает, что если человек не любит всех в равной степени, то это не любовь. Добро, которое я творю одним, нивелируется тем злом, что я причиняю другим, или же добром, которого я для них не совершаю. Проявляя любовь – внутренне или внешне, – мы часто неосознанно идем на уступки: любим ближних так, как нам удобно, в зависимости от наших интересов или симпатий, другими словами, думаем не о них, а о себе, любим не без эгоизма, в отрыве от истинной любви, которая предполагает полное самозабвение. Святой Аммон учит, что мы истинно любим тогда, когда больше не выбираем, кому уделять внимание, кому помогать, кого любить. Любовь достигает совершенства, когда не исключает ни одного человека, но обращена ко всем без различия. Заметим, что святой Аммон, сказав о важности никого не отвергать, на этом не останавливается, но также призывает нас «скорее сострадать людям дурным и грешным». Кажется, что святой вновь создает неравенство – больше любить злых и грешных, чем тех, кто нам симпатичен. Но он не противоречит основополагающему принципу совершенной любви, который состоит в том, чтобы любить всех одинаково. Святой таким образом восстанавливает равновесие, ибо знает о нашей естественной склонности с большей симпатией относиться к людям хорошим и добрым. Он также памятует о другом принципе любви, в соответствии с которым помогать нужно в первую очередь тем, кому больше всего требуется помощь. Потому что они находятся в состоянии духовной нищеты (незаметной, но вполне реальной), «грешники» и «творящие злое» больше всего нуждаются в нашем внимании, в помощи и в молитве. Это созвучно словам Христа: Не здоровые имеют нужду во враче, но больные (Мк. 2, 17).
Святитель Григорий Двоеслов: Две заповеди любви к ближнему
Текст
Любовь к ближнему разделяется на две заповеди, поскольку некий праведник
