Лагерь Агнесы горел. Черные столбы тянулись к нежному весеннему небу, а над высоким одиноким деревом развевалось... знамя Тагэре. Но и этого было мало. В спину лезущим на холм лумэновцам ударили луки и арбалеты! Те заметались, не зная, бросаться ли им назад или же продолжать наступление, и тут откуда-то сбоку выскочили конники в синих туниках. Александр опять сотворил невозможное!
2885 год от В.И.
Утро 29-го дня месяца Агнца.
Арция. Тар-Игона
Это была хорошая война и хорошая битва. Господин Игельберг был доволен. Он не зря послушал совета своего кузена Отто Свонберга, посоветовавшего ему принять предложение молодых арцийцев. Отто утверждал, что судьба на их стороне, и оказался прав. Большой ценитель военного искусства, искренне любивший свое ремесло, Игельберг получал истинное удовольствие, сражаясь под началом горбатого герцога. Он видел многих полководцев. Кроме нынешнего маршала Оргонды, равного монсигнору Тагэре не было, а ведь тому нет и двадцати трех! Каким же воином он будет к сорока! Для себя наемник решил, что, если представится возможность, он останется в Арции с младшим братом короля. Молодой человек умеет побеждать и держит свое слово, а что еще нужно воину?
Из захваченного лагеря дарнийский капитан видел переполох, охвативший воинство Агнесы. Воистину, нет ничего хуже, когда женщина, вместо того чтобы рожать детей, ходить в иглеций и вести дом, берется за мужские дела. Даже если у нее растут усы, воевать она не научится! Штефан Игельберг попытался понять, где сейчас Агнеса и ее сын, которые могли бы стать очень хорошей добычей. Конечно, он захватил лагерь и достаточное количество пленных, но королева и принц Гаэльзский стоят очень дорого. Если догадаться, где они, и сделать вылазку, он опередит всех. И в первую очередь второго брата короля, который никогда не научится воевать. Он умеет много пить, это да, но вино – хорошая шлюха, но плохая жена. Монсигнор Ларрэн этого не понимает и не поймет. Он плохой щенок в хорошем помете, но герцога не утопишь, как негодную собаку. Дарниец покачал головой – этот пьяный брат короля принесет в семью много неприятностей, хотя его, Игельберга, это не должно волновать. Его должно волновать другое.
Тот, кто командовал левым флангом Агнесы, оказался настолько глуп, что решил отступить и влетел в мешок. Его Величеству остается лишь завязать веревку, и глупцы у него в руках. А веревкой этой станет он, капитан Игельберг. Нет, воистину сегодня удачный день. Когда он получит свое вознаграждение, он пожертвует не меньше пяти ауров на спасение своей души, купит Отто бочонок лучшего атэвского вина и выпишет к себе своего племянника Хайнца. Он обещал сестре воспитать из него хорошего солдата, а обещанное нужно исполнять.
2885 год от В.И.
Утро 29-го дня месяца Агнца.
Арция. Тар-Игона
Жоффруа тоже на что-то сгодился. По крайней мере, помог замкнуть кольцо, в котором оказался левый фланг армии Агнесы, зажатый между Филиппом, дарнийцами и конницей Сандера. Лумэновцы метались, как крысы в ловушке, но вырваться не могли.
Люди Сандера без труда сдерживали их бестолковый натиск, пока не подошло подкрепление, которому Александр со спокойной совестью передал притихших врагов, не сомневаясь, что не пройдет и нескольких десятинок, как те сдадутся. Им же тут делать больше нечего, и, в конце концов, нужно показаться на глаза брату и выяснить, что же будет дальше.
«Волчата» не спеша ехали вдоль леса в сторону лагеря и у самого холма налетели на Гастона. Койла пришпорил коня.
– Александр, нет слов! По крайней мере, у меня. Думаю, у Его Величества они найдутся. Про вас надо пиесы сочинять!
– Вряд ли, – отозвался Александр хриплым шепотом: в горячке боя он и не заметил, как сорвал голос, – статью не вышел. С нашей стороны они не вырвутся, а справа?
– Справа? Ну, кто выскочил, тот уже выскочил. Да их там всего ничего, тысячи две от силы.
– Две тысячи?
– Вроде того. Левый фланг дернул назад, а вот правый, поскольку враг был сзади, а спереди никого из наших не оказалось, взял да и дунул вперед. Видел бы ты, как они чесанули! Орлы! Соколы! Летели, только пятки сверкали... Похоже, до Шады не остановятся.
– До Шады, говоришь?
– Кабы не дальше... Выпить у кого-нибудь не найдется?
– Есть вода, – Сезар вытащил из седельной сумки фляжку.
– А чего получше у тебя нет? – хмыкнул Койла.
– Вы же знаете, я не пью. Так будете?
– Я буду, – Александр протянул руку, – и вперед!
– Куда вперед? – не понял Гастон. – Хватит с них, да и с нас тоже. Или ты решил стать кровожадным?
– А вы разве не видите, куда они драпанули? Если не свернут и не остановятся, они на обоз с ранеными нарваться могут, и одна Циала знает, что им в голову взбредет.
– Проклятый, – Сезар стал быстро осматривать свое снаряжение, – Лумэны всегда любили зло на ком-то срывать. Ты пока горло побереги, а я людей соберу.
Эльтские стрелки построились быстро. Никому и в голову не пришло сетовать на усталость. Сегодня ты защитишь раненых, а завтра защитят тебя, это нехитрое правило люди Тагэре усвоили хорошо. Дарнийцы и Гартаж тоже присоединились к погоне. Лучники и арбалетчики занимали места за спинами всадников.
Младший из Тагэре невольно сглотнул, вспоминая Дени. Что ж, уроки капитана Фло он никогда не забудет...
– Готовы? – вопрос был излишним, но задать его следовало.
– Да, – кивнул Сезар.
– Вперед!
2885 год от В.И.
29-й день месяца Агнца.
Арция. Тар-Игона
Этьен Ландей с трудом приподнялся на локте – все тело болело, словно по нему проехалось несколько телег с кирпичами, однако рыцарь понимал, что дешево отделался. Несколько дней отлежится и будет как новенький. Обидно, конечно, что друзья ушли вперед, ну да в следующий раз повезет больше. Этьен осторожно перевернулся, с трудом сдержав стон, повозка тащилась со скоростью похоронной процессии, но трясло тем не менее немилосердно. Проклятый, как же все глупо вышло... Рыцарь кое-как пристроил свое избитое тело и окликнул пожилого латника, ехавшего рядом:
– Никаких новостей?
– Откуда, монсигнор, – осклабился воин, – ползем, как улитки на сносях, наши-то на пару диа вперед ушли. Ну да все хорошо будет, раз уж Раулю шею свернули, бабе этой гнусной и подавно хвост прищемим. Хватит с нас Лумэнов с их эскотцами.
– А все же здорово у оврага вышло, – не удержался Этьен. Стражник, которого звали Франсуа Гуль, охотно подхватил, и они долго и со вкусом пережевывали подробности минувшего боя. Солнце клонилось к закату, собеседники уже подбирались к последней атаке Александра, когда Франсуа прервал себя на полуслове.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
