пока они не поняли, что их власть уже ослабевает.
Марк выдохнул, словно взвешивал в голове все возможные последствия.
— Хорошо, — наконец произнёс он.
Эдмунд позволил себе слабую улыбку.
— Мы вместе построим королевство, где честь будет значить больше, чем лесть.
Марк сдержанно улыбнулся и слегка поклонился.
— У вас есть союзник в моем лице, лорд Дюран. И я позабочусь о том, чтобы наше число росло.
Когда виконт ушёл, роща снова погрузилась в тишину. Эдмунд остался стоять под сводами деревьев, глядя на ту тропу, по которой ушёл Марк.
— Ещё один шаг, — тихо произнёс он, и его голос утонул в шорохе ветра.
Глава 95
— Госпожа, наконец-то мы прибыли, — голос Агаты был полон облегчения. Я подняла глаза от книги, и посмотрела в окно кареты. Там, за холмом, виднелась крепость Лорда Дюрана, наша с Эдмундом резиденция в Вазаре.
Серые каменные стены крепости стояли над полями, словно вечный страж этих суровых земель. Но теперь, с началом весны, холод начал отступать. Дороги стали мягче, леса ожили, и даже воздух был уже не таким пронизывающим. Наш путь домой оказался намного легче, в прошлый раз.
Карета остановилась перед широкими воротами. Эдмунд помог мне спуститься. Я почувствовала, как его рука крепко сжала мою, словно он боялся, что что-то может пойти не так даже здесь, на нашей земле.
— Лорд и леди Дюран, добро пожаловать домой, — дворецкий Филипп, одетый в строгий чёрный кафтан, склонился в глубоком поклоне. Его лицо, обычно строгое, озарилось улыбкой. — Спасибо, Филипп, — ответил Эдмунд. — Всё ли в порядке?
— Безупречно, милорд. Мы ждали вас. Комнаты подготовлены, ужин будет подан к шести.
Филипп ловко отдавал распоряжения слугам. Те слаженно подхватывали наши вещи, спешили снимать грязные плащи, приносили горячие напитки. Несмотря на напряжение последних недель, я почувствовала, как внутри разливается лёгкое чувство спокойствия.
— Леди Розалия! — знакомый голос заставил меня обернуться.
Сальма, моя верная служанка, выбежала из замка, с трудом удерживая подол своего платья, чтобы не испачкать его в мокром снегу. Её лицо сияло радостью, а глаза блестели. Она почти бросилась ко мне, но, остановившись на полпути, вспомнила о приличиях и поклонилась.
— Сальма, — я не смогла сдержать улыбку. — Как же я рада тебя видеть.
— Госпожа, как же мы скучали! — Сальма схватила мои руки, её тёплые пальцы сжали мои холодные ладони. — Всё здесь так тосковало без вас.
Мы пошли в замок, Сальма без умолку рассказывала о событиях, произошедших за время нашего отсутствия.
— Всё спокойно, госпожа, — заверила она. — Даже мелкие ссоры среди слуг как-то утихли. Но… у меня есть новости, не могу удержаться и не рассказать сразу— её голос стал тише, а лицо вспыхнуло румянцем.
— Какие же? — я с интересом взглянула на неё.
— Мы с Сиджаром… Мы теперь вместе, — призналась она, глядя в пол, но не смогла сдержать радостной улыбки.
— Вот как! — я не могла скрыть удивления. — А кто сделал первый шаг?
— Сиджар, конечно, — она смущённо пожала плечами. — Сказал, что готов ждать, сколько нужно, но я решила не мучить его.
Я рассмеялась, наблюдая за её искренним счастьем.
— Ну что ж, вам обоим повезло. Я уверена, он будет заботиться о тебе.
Сальма кивнула, а затем снова принялась рассказывать о замке, пока мы не дошли до моей комнаты.
Позднее вечером, когда сумерки уже окутали замок, я зашла в покои Эдмунда. В центре комнаты стояла массивная деревянная купель, наполненная горячей водой. Пахло травами и смолой, что придавали воде лёгкий аромат сосны.
Эдмунд сидел в воде, его сильное тело расслабленно откинулось на деревянный край. Густой пар поднимался вокруг него, окутывая комнату тёплой дымкой.
— Ты выглядишь уставшим, — заметила я, подойдя ближе.
— Потому что я таков, — ответил он, лениво открыв глаза. — Я уже старею, Розалия. Всё, руки больше не слушаются.
Я усмехнулась.
— С чего же вы врете, великий Лорд Эдмунд Дюран? — игриво спросила я, присаживаясь на скамью рядом.
— Смотри сама, — он театрально поднял руку, которая тут же обессиленно упала в воду. — Видишь? Я совсем беспомощен.
— Беспомощен? — повторила я, глядя на него с прищуром. — Тогда кто же командовал всеми этими людьми?
— О, это был не я, — пробормотал он, закрывая глаза. — Просто тень Эдмунда.
Я хмыкнула и потянулась за тряпкой, лежащей на краю.
— Хорошо, тень Эдмунда, я помогу тебе, — сказала я, опустив ткань в горячую воду.
Я начала мягкими движениями отмывать его руки. Эдмунд молчал, но я чувствовала, как напряжение уходит из его тела.
— Розалия, — вдруг тихо произнёс он, — знаешь, почему я люблю тебя?
Я подняла на него взгляд, но он уже снова закрыл глаза.
— Почему же? — спросила я.
— Потому что ты — свет в этом проклятом мире, — его голос был низким, почти шёпотом, но в этих словах чувствовалась искренность.
Мои руки замерли. Слова, такие простые, но столь важные, обожгли меня теплом, более сильным, чем сама горячая вода.
Я продолжила мыть его плечи, а затем спустилась к груди. Эдмунд слегка выпрямился, его глаза снова встретились с моими.
— Осторожнее, госпожа, — усмехнулся он, его голос наполнился той знакомой хрипотцой, которая заставляла меня терять уверенность.
— Ты сам попросил меня помочь, — парировала я, но моя рука невольно задержалась на его груди.
Эдмунд потянулся к моей руке, нежно сжав её. Его пальцы были тёплыми, но сильными.
— А теперь я прошу тебя остаться, — произнёс он, глядя прямо мне в глаза.
Вода больше не казалась горячей — я чувствовала лишь тепло его взгляда, его прикосновений. Его губы приблизились, а я поддалась этому моменту, забывая обо всём.
Пар поднялся выше, скрывая нас от всего мира.
Глава 96
Утро выдалось ясным и спокойным. Солнце, пробившееся сквозь облака, заливало светом каменные стены крепости. В этом спокойствии было что-то умиротворяющее.
Я сидела в своей комнате, держа в руках тёплую чашу с чаем от Элеоноры. Его терпкий вкус с нотками мяты и шалфея был для меня почти ритуалом — он возвращал силы и пробуждал разум.
Филипп вошёл, как обычно, без лишнего шума. Он поклонился, прежде чем начать:
— Госпожа, как вы просили, я подготовил отчёты.
— Начнём с новостей, — ответила я, отпивая чай.
Филипп начал докладывать: о запасах зерна, о состоянии амбаров и хранилищ, о людях, переживших зиму в замке. Эти люди, спасённые в зимнюю стужу, нашли приют в наших стенах, но теперь, с наступлением весны, нуждались в домах.
— Постройка должна начаться как можно скорее, — сказала я, внимательно выслушав его. — Вы уже нашли подходящее место?
— Да, миледи.
