быстрее, и я знала: я его последняя капля разума, его граница между контролем и безумием. Его руки прижимали меня к кровати, буквально впечатывая в неё, а его движения становились всё резче, и я чувствовала, как меня разрывает на части это сладкое безумие. Всё, что было до этого момента, исчезло.
Осталось только его желание, его страсть, и я — женщина которой он принадлежал в этот момент полностью.
Глава 100
Прошлая ночь была будто сном, который оставил на теле нежные ожоги от его прикосновений, а на душе — сладостное томление. Лежа в объятиях Эдмунда, я слушала его ровное дыхание. Его рука лежала на моей талии, а губы, едва касаясь моего виска, заставляли чувствовать себя одновременно защищенной и хрупкой. Но это чувство, как бы ни было прекрасно, не давало мне покоя.
— Мне нужно стать сильнее, — тихо сказала я, прерывая тишину, которая, казалось, растянулась на века.
Эдмунд поднял голову, его пронзительный взгляд был полон недоумения.
— Розалия, — начал он мягко, но в его голосе звучала твердость, — ты не обязана быть сильной. Это моя роль — защищать тебя.
Я покачала головой, отводя взгляд.
— Нет, Эдмунд. Ты всегда защищал меня, и я благодарна тебе за это. Но наши враги не исчезнут. Мне нужно уметь постоять за себя и… за наш дом.
— Это глупость, — перебил он, но я продолжала.
— Я хочу быть не просто твоей возлюбленной, которую ты оберегаешь. Я должна стать твоим равным партнером. Если мы будем сражаться за наше будущее, я хочу быть частью этого.
Он вздохнул, крепче прижав меня к себе.
— Розалия, ты понимаешь, чего просишь? Ты не обязана…
— Я обязана, — твердо ответила я, глядя ему прямо в глаза. — Пожалуйста, Эдмунд, доверься мне.
Его взгляд смягчился, а рука осторожно провела по моим волосам.
— Ты упрямая, как всегда, — тихо сказал он и, склонившись, коснулся моих губ в легком поцелуе. — Я подумаю об этом.
Он поцеловал меня вновь в лоб, и я, наконец, позволила себе расслабиться. Но внутри горело решимостью: я не отступлю.
На следующее утро, после раннего завтрака, я уже была готова. Я еще давно уговорила Эдмунда позволить мне заняться подготовкой к строительству домов для тех, кто пережил тяжелую зиму. Эти земли принадлежали мне как хозяйке, и я хотела оправдать это звание не только словами, но и делом.
Мы выехали небольшой свитой. Сиджар следовал за мной на лошади, чуть позади кареты. Когда мы достигли участка, выбранного для строительства, я подошла к мастеру, которого Филипп порекомендовал как лучшего в этом деле.
— Миледи, — поклонился он, отряхивая руки от пыли. — Мы уже начали размечать территорию. Здесь будет множество домов — компактных, но теплых. Печь будет размещена в центре, чтобы отапливать все помещения.
Я кивнула, осматривая уже натянутые веревки, обозначающие будущие стены.
— Отлично. Но хочу, чтобы обратили внимание на изоляцию крыш. Ветер здесь пронизывает даже самые толстые стены. А для детских кроватей сделайте углубления в стенах, чтобы они могли спать ближе к теплу.
Мастер внимательно слушал, кивая, и пометил что-то на пергаменте.
— Все будет сделано, миледи.
Я чувствовала, как странное чувство гордости окутывает меня. Быть здесь, видеть начало работы — это придавало сил. Эти дома будут не просто убежищем, а символом нового начала для тех, кто пережил ту жуткую зиму, потеряв часть своей жизни.
К вечеру работы начали набирать обороты: несколько строителей уже готовили бревна, кто-то раскладывал камни для фундамента. Я задержалась дольше, чем планировала, и возвращалась домой, когда солнце уже клонилось к закату.
Замок встретил меня мягким светом факелов. Я едва успела сменить дорожное платье, когда в дверь постучал Филипп.
— Миледи, — сказал он, входя с легким поклоном. — Лорд Эдмунд велел передать, что у него совещание и не ждать на ужин.
Я почувствовала лёгкое разочарование. Наша маленькая традиция, канула в вихре событий. Надеюсь нам удастся её восстановить.
— Благодарю, Филипп, — ответила я, стараясь скрыть грусть.
Элеонора и Агата помогли мне приготовиться ко сну.
Когда я осталась одна, холодная постель напомнила мне, как сильно я скучаю по нему. Но я понимала: его дело важнее.
Глава 101
За окнами замка бушевал ветер, который, казалось, стучал в ставни, прося впустить его внутрь. Перед Эдмундом лежало новое письмо, свернутое и скрепленное знаком Дома Севрин.
— Виконт Севрин прислал отчёт, — произнёс он, нарушая тишину. Его голос был низким, но твёрдым. — Он утверждает, что некоторые из других домов готовы поддержать нас.
— Что говорит Ворон? — Вмешался Вильям.
Эдмунд потянулся к другому письму, лежащему неподалёку. Чёрный воск с печатью гильдии на конверте уже был сломан.
— Его люди подтвердили достоверность информации, — произнёс он, разворачивая свиток. — Они следили за встречами виконта с представителями домов. Всё, что он говорит, совпадает с нашими наблюдениями.
— Вот как, — протянул Аслан, оторвавшись от окна. — Значит, Севрин не врёт. Это облегчает задачу. — Полезный союзник, этот Ворон, — заметил Аслан, склонив голову.
— Облегчает? — раздался насмешливый голос из-за двери.
Все обернулись. Шатан, как всегда появляясь внезапно, вошёл в комнату, его улыбка была широкой, а глаза блестели от веселья.
— Пока вы тут обсуждаете планы, я, кажется, пропустил самое интересное. Почему мне никто не сказал, что виконт Севрин шлёт такие любезные письма?
— Всё самое интересное уже произошло, пока ты флиртовал с очередной служанкой, — сухо заметил Аслан.
Эдмунд поднял бровь, его взгляд был холодным, но с лёгкой долей насмешки.
— Ах, как жестоко, — притворно обиделся Шатан, подходя ближе. — Но в следующий раз, пожалуйста, предупредите меня, когда будет происходить что-то подобное. Я мог бы принести немного хаоса в ваши переговоры.
— Достаточно, — резко бросил Аслан. — У нас серьёзные дела.
Шатан пожал плечами, но плюхнулся на диван, с интересом наблюдая за разговором.
Эдмунд перевёл взгляд на Вильяма.
— Что насчёт отряда, который мы отправили для освобождения рабов?
Вильям сделал шаг вперёд, его лицо оставалось непроницаемым.
— Всё прошло успешно. Мы обнаружили лагерь торговцев в старом форте недалеко от границы. Наши люди действовали быстро: освободили всех пленников и уничтожили лагерь.
— Потери? — коротко спросил Эдмунд.
— Несколько ранений, но никто не погиб. Мы вновь разрушили их каналы перепродажи. Они лишились связей с основными контрабандистами на юге.
Эдмунд кивнул, его лицо оставалось холодным, но в глазах мелькнуло удовлетворение.
— Хорошо. Это хорошие новости.
Шатан, наконец, не выдержал.
— И всё же… я начинаю чувствовать себя лишним. Вы тут устраиваете освободительные миссии, договариваетесь с домами, а я остаюсь в стороне.
— Потому что ты больше занят
