здание выглядело как вихрь прямой. Круглое пространство между башнями представляло из себя свободную, незастроенную поверхность, на которой не было разбито ни парка, ни чего-либо еще.
Обычно проход на эту территорию был закрыт.
Обычно.
– Что… они здесь делают? – спросила я.
Бэйл схватил меня за руку.
Площадь перед нами заставили заборами. Взад-вперед по ней бродили охранники зон. Большие прожекторы освещали территорию. Вокруг палаток и временных домиков суетилось бесчисленное количество бегунов – их было, наверное, сотни. Тысячи.
Все это выглядело как лагерь, в котором шла подготовка к войне.
– Они готовятся к нападению на «Красную бурю», – предположил Бэйл.
Я вошла в систему кураториума на детекторе.
Новостная страничка подтвердила его предположение: бегуны, прибывающие отовсюду, собирались здесь, в центре Манхэттена. Оставалось несколько часов до того, как они начнут операцию.
– Но… что они здесь делают? – снова спросила я и указала на бесконечные ряды беговых модулей, стоявших около палаток и домиков.
Каждый модуль был занят бегуном. Скорее всего, они проводили там симуляционные прыжки, как делали мы, когда были кандидатами. Перед модулями выстроились длинные очереди.
– Они тренируются? – спросила я ошеломленно.
Я никогда еще не слышала о том, что бегуны, закончившие обучение, проходили уроки симуляции. Да и зачем? Тот, кто во время гонки финишировал в числе первых, прекрасно знал, как нужно прыгать через вихри.
– Я не имею понятия. – Впервые Бэйл выглядел таким же озадаченным, как и я.
Я с силой выдохнула. Это не играло никакой роли. Вероятно, бегунам навязали особую тренировку, чтобы завтра во время совместной атаки все прошло безупречно.
– Неважно, – сказала я и постаралась, чтобы мои следующие слова прозвучали ровно и спокойно: – Ты доставил меня к семье, как и обещал. Я думаю, что настала пора прощаться.
Как только прозвучали мои слова, звуки мегаполиса стали громче и напористее. Подбородок Бэйла напрягся. Я вздрогнула от удивления, когда он взял мои руки в свои.
– Пообещай мне, пожалуйста, – начал он, – что ты будешь осторожна во всем, что касается Хоторна. Он очень тщеславный.
– Я тоже! – сказала я резко.
– Но ты не пойдешь из-за этого по трупам.
– Хоторн тоже не пойдет! Он хочет, чтобы на земле был мир, – возразила я. – Другие руководители не стали бы выбирать его верховным главой, если бы не доверяли ему.
– Я не сомневаюсь, что он «умеет управлять». Он… – Бэйл шумно выдохнул. – Послушай, я знаю его, понимаешь? Он и я, мы провели много времени вместе. Он будет требовать, чтобы ты использовала вихри против мутантов. Для этого он доведет тебя до крайности и будет требовать от тебя больше того, что ты сможешь ему дать.
Он посмотрел на меня так обеспокоенно, что все едкие комментарии застряли у меня в горле.
– Я буду осторожна, – прошептала я.
– Хорошо. – Бэйл слабо улыбнулся. Затем протянул мне руку, и я поняла без слов, чего он хотел от меня.
Я неуверенно посмотрела на небольшой прибор на своем запястье. Как же я гордилась, когда после сданных кандидатских экзаменов Гилберт вручил мне мой детектор. Но я согласилась на эту сделку. И это был конец нашего вынужденного партнерства.
Я резко – словно пластырь – стянула с запястья детектор, но затем немного помедлила.
Теперь я знала, что Бэйл собирался с ним делать. Он хотел открыть сразу все зоны и выпустить на свободу всех мутантов. Могла ли я это допустить?
– Бэйл, – произнесла я, хотя даже не знала, что сказать дальше. – Я…
– Эй! Вы там! – крикнул кто-то позади нас.
Это был один из охранников, патрулировавших территорию около оградительной решетки. Я рефлекторно заслонила Бэйла собой – ни в коем случае охранник не должен был его узнать.
Мужчина быстрыми шагами направился в нашу сторону и внимательно осмотрел нашу униформу.
– Посторонним вход воспрещен. Если вы хотите попасть в тренировочную зону, мне нужен ваш пропуск.
Ему нужен был мой детектор. Прежде чем впустить меня на территорию, охранник его просканирует.
Быстрым движением я снова надела свой детектор на запястье и собралась было протянуть его охраннику, как…
– Это со мной!
Поначалу я даже не смогла опознать прозвучавший голос. И только когда увидела за забором бегущего в нашу сторону высокого и стройного мужчину, я поняла, кто это кричал.
Гилберт выглядел обеспокоенно. Я собралась было сделать шаг ему навстречу, но он предупреждающе выставил перед собой руки.
– Это со мной, – повторил он, тяжело дыша. Он оперся одной рукой о забор, а другой указывал на нас с Бэйлом. – Пропустите их.
Охранник задумался на мгновение, но в итоге послушно кивнул:
– Как пожелаете, господин Вудроу, сэр.
Раздалось гудение. Я увидела, как гравитационные сенсоры, прикрепленные к заборам, на короткое время погасли. В оградительной решетке открылась дверь.
Я хотела быстро проскользнуть внутрь, но Бэйл медлил.
– Все в порядке, – сказал ему Гилберт. – Проходите. Оба.
Бэйл сжал руки в кулаки и покачал головой.
– Пожалуйста. – Гилберт многозначительно посмотрел на него. – Мне нужно поговорить с тобой.
Интересно, они уже встречались когда-то? Я поняла, что совсем не знала, общался ли когда-нибудь Гилберт с Бэйлом напрямую или же они были знакомы только через Натаниэля. В любом случае Бэйл выглядел так, словно не собирался вслепую доверять Гилберту.
– Как только мы окажемся внутри, я отдам тебе свой детектор, – пообещала я Бэйлу. – Пойдем. Гилберт знает, что делает.
Я видела, как тяжело было Бэйлу сделать шаг на территорию кураториума, но он все же решился на это.
Охранник критически осмотрел нас, затем повернулся и ушел в другую сторону. Я мысленно поблагодарила то обстоятельство, что главные штурманы имели право отдавать приказы по всему миру, в каждом кураториуме.
– Так здорово снова видеть тебя, – сказала я, потому что, даже несмотря на обман, Гилберт оставался частью моей семьи и мне его ужасно не хватало.
Я обняла его, и Гилберт держал меня так крепко и долго, словно никогда больше не хотел отпускать. Только сейчас я ощутила, что моя семья действительно была в безопасности.
Гилберт разжал объятия и посмотрел на Бэйла. На его лице появилось выражение, от которого я забеспокоилась.
– А ты, значит, Бэлиен, я прав? – обратился он наконец к Бэйлу, тем самым ответив на мой вопрос о возможности их знакомства. – Пойдемте. Нам нужно уйти отсюда. Никто не должен вас видеть.
– Вас?
Я нахмурила лоб. Почему он говорит «вас»? То, что никто не должен увидеть Бэйла, это понятно. Но меня?
Гилберт проигнорировал мой вопрос и обеими руками подтолкнул нас вдоль дороги мимо палаток.
До нас доносились голоса и возбужденные крики со стороны беговых модулей, где бегуны, видимо,
