сейчас прикидывает, как ему разыграть карты для наиболее выигрышного результата.
— Зачем Вам цветок? — Морфей сплел свои пальцы. Положил их себе на живот.
Олив переглянулась с Фредриком.
— Это наше дело, оно не имеет отношения к тебе. — ответила она.
— Хм, дайте подумать, — протянул Морфей, — ммм, пожалуй, нет. Вы не получите его.
Фредрик сделал шаг вперед и уже было протянул руку. Но Олив его остановила.
Морфей в жесте капитуляции поднял свои ладони вверх:
— Эй, здоровяк, ты можешь тут дематериализовать хоть все вокруг, но древо Ловпу охраняется и только я могу явить вам его цветок, который очистит твоего любимого, Олив, — он повернул голову к ней и выдержал паузу, — от яда абруса. Убьете меня — не получите цветок.
— О, я смотрю ты прекрасно осведомлен о нашем деле, — ехидно проговорил Фредрик.
В его голову закралась одна мысль, и если она верна, то помоги Творец этому ублюдошному херувиму-качку…
«Говнюк. Я убью его, если это то, о чем я думаю» — услышал он Олив мысленно.
— Морфей, пожалуйста. Нам нужен этот цветок. — проговорила она спокойным и ровным голосом.
Морфей выгнул бровь.
— А что мне за это будет? — прищурившись спросил он тоном человека, который понимает, что сейчас козыри у него в руках.
— Ты останешься жив, я считаю это великолепная сделка, — Фредрик холодно улыбнулся.
Морфей поцокал языком, подражая тому, как это сделал ранее Фредрик.
— Пока ты тут споришь со мной и торгуешься, твои часики тикают. Тик-так, тик- так.
В пространстве между ними появился контур часов, состоявший из лепестков роз. В середине круга возникли прутья, которые имитировали часовые стрелки. Эти «садовые» цветы показывали сейчас без четырех минут двенадцать.
Олив раздраженно покачала головой. Морфей всегда любил театральщину, и сейчас также прибегнул к своему излюбленному способу воздействия на сознание. Но все же она не могла скрыть тот факт, что образ часов, стрелки которых стремились к критической точке, произвел на нее сильное впечатление. Она почувствовала как тревога снова поднимает свою голову внутри нее.
— Чего ты хочешь? — спросила она резко.
Лицо Морфея стало серьезным.
— То же, что и всегда, Олива — выбраться от сюда. И так получилось, что ты можешь открывать порталы. Смотрите как все удачно сложилось? Уин-уин — двойная выгода. — на лице Морфея была улыбка, но его глаза все таки выдавали то, насколько свалить из этого мира было желанным для него.
Олив помолчала. Она чувствовала возбуждение и волнение Морфея. Она повернула голову и посмотрела на своего любимого, который с каждой минутой выглядел все хуже и хуже.
Она так его любила, что не собиралась торговаться. На кону стоит его жизнь, а она бесценна.
Олив подняла подбородок и проговорила:
— Хорошо, но после того, как ты поступил со мной, у меня нет доверия к тебе. По-этому сперва ты отдашь цветок, мы исцелим Фредрика, а затем я приду к тебе и открою для тебя портал туда, куда ты захочешь.
Морфей лишь рассмеялся на ее слова.
— Э, нет, малышка, что помешает тебе обмануть меня и не явиться обратно?
— Ты судишь по себе, Морфей, — выплюнула Олив. — А я никогда не буду играть такими вещами, как жизнь того, кого я люблю и уж тем более не рискну его здоровьем. Сначала я исцелю Фредрика, и только потом я вернусь за тобой.
Морфей внимательно смотрел в красивые глаза Олив. Сейчас было не время поддаваться ностальгии и испытать угрызения совести, но видит Творец, его грудь щемило из-за вины перед этой женщиной.
— Ты принесешь клятву верности. — проговорил он утвердительно.
Олив кивнула, а Фредрик в тоже время возразил:
— Нет!
Он посмотрел на нее.
«Олив, клятва верности это очень серьезно. Она меняет эмоциональную сетку. Я против» — Фредрик мысленно послал ей.
«Это стоит того, чтобы ты жил» — только и услышал он. А потом понял, что Олив его блокировала. Он больше не могу до нее достучаться.
— Я принесу клятву, так же как и ты, Морфей.
Глава 43
Морфея поразило то, с какой легкостью Олив решилась на клятву верности. Нарушить ее означало обречь себя на немыслимые страдания. Когда лирианец нарушает клятву, он испытывает жуткие физические и душевные муки. Это очень опасно, и среди магических миров, этого старались избегать всеми силами.
За свою жизнь Морфей наделал очень много ошибок, и одной из них было то, как он обошелся с Олив. Когда, она появилась в его мире, такая молодая и уязвимая, он был искренне рад. Ведь он не понаслышке знал, что такое одиночество из-за того, какое на него было наложено заклятие…
С самого начала Олив очень понравилась ему. Она была добра и чиста, к тому же совсем невинна. Невозможно было не пасть перед ее очарованием, ее внешней и внутренней красотой, ее женственностью, мягкостью и легкостью. Они хорошо проводили время вместе: много разговаривали об искусстве, обсуждали культуры разных миров и рас, часто танцевали и гуляли по саду, самозабвенно занимались любовью… Он почти влюбился в нее. Но позже, когда он узнал, как именно она попала в его мир… В общем он стал просто одержим идеей того, чтобы привязать ее к себе и использовать для открытия порталов.
В мир сновидений и иллюзий можно было попасть только двумя способами. Первый способ это иметь дар открывать порталы, или же иметь артефакт, который открывает порталы. Он потратил не одну тысячу лет, чтобы найти такой артефакт, но все было тщетно. Он побывал во снах почти у всех лирианцев и представителей других магических рас, пока не узнал, что заклятие, которое наложили на него действует таким образом, что маг должен лично в руки передать такой артефакт Морфею… в реальном мире. Довольно таки садистичный способ наказания, неправда ли? Когда он узнал это, то чуть не уничтожил это измерение. В ярости он несколько лет подряд во всех мирах творил кошмары и ужасы во снах всех живых существ. Проще обстояло дело с вераксом, который имеет дар открывать порталы. Это был тот «Святой Грааль», который Морфей даже и не надеялся найти.
Второй способ попасть в царство Морфея — умереть во сне. Ну, не просто так умереть во сне… Надо до момента своей кончины успеть призвать Морфея. Тогда умирающий окажется в его измерении, и испустив последний вздох, его бестелесная оболочка навсегда останется в мире сновидений.
Но Олив была его Святым Граалем. И когда Морфей понял, какой она обладает силой, он просто выключил свои чувства, которые испытывал по отношению к
