— Порядком, — сказал Малькольм.
— Больше трех месяцев, — уточнил Шеймас. — Чтобы найти тебя, потребовалось время. Пойми, это было нетрудно, но время все равно пришлось потратить. Ты знал, что мы могли тебя сдать за тысячу фунтов?
Ангус хотел что-то сказать, но Тэм его опередил:
— Не переживай, насчет Джеймса Харкорта уже позаботились. Его сестра Харриет платит ему, чтобы он держался подальше от мисс Эдилин.
— Что она делает?
— Платит ему, чтобы он ее не трогал, — громко повторил Шеймас, словно Ангус был глухой. — Дает ему откупные. Так довольно часто делают.
— Много же вы успели накопать про Эдилин. Небось все это время только тем и занимались, что шпионили за ней?
Малькольм посмотрел на Тэма, который, в свою очередь, взглянул на Шеймаса, а потом они все трое посмотрели на Ангуса.
— Да, — сказал Малькольм, — именно этим мы и занимались.
— И Эдилин об этом знает?
— Ничего она про нас не знает, — отмахнулся Тэм. — Мы старались не попадаться ей на глаза. И это было нелегко, скажу я тебе, ведь она каждый день разъезжает на этой своей маленькой коляске. Я помню, как однажды утром шел по рынку, и вдруг она идет навстречу. Я испугался, что она меня узнала, но она остановилась и принялась скандалить с каким-то парнем насчет каких-то фруктов. Ей, видите ли, не нравится, когда фрукты швыряют как попало. От этого они, дескать, теряют товарный вид. Она так увлеклась, что меня не заметила.
Эта сценка так живо напомнила Ангусу об Эдилин, что защемило в груди.
— Она?.. Ну, есть ли у нее?..
— Мужчины? — спросил Шеймас, и когда все остальные сурово на него посмотрели, он взметнул руки вверх. — Что с вами такое? Я думаю, надо все ему рассказать.
— Что вы должны мне рассказать? — нахмурился Ангус.
— Мы тут поговорили с одним нотариусом, — пробурчал Малькольм и повернулся к Тэму: — Расскажи ты.
— Мы подумали, что раз мисс Эдилин такая богатая, мы сможем убедить ее вернуть нам земли Мактернов. Вряд ли они ей нужны. Эта земля ничего для нее не значит.
— Вы мне уже об этом говорили, и я сказал вам, что она возражать не станет. Эдилин очень щедрая. Я уверен, что она отдаст вам эту прогнившую старую развалину и даже арендной платы не возьмет. И не говорите мне, что боитесь ее об этом попросить.
— Не в этом дело, — сказал Тэм, взглянув на Малькольма.
Ангус повернулся к Шеймасу:
— Ты не скажешь мне, отчего они мнутся?
Шеймас открыл рот, но Малькольм его опередил:
— Тебя ищут власти за похищение Эдилин, поэтому ей надо поклясться перед судьей, что она убежала с тобой по доброй воле. Как только с тебя снимут обвинения, она сможет отдать земли и замок тебе, потому что ты — вождь Мактернов, а ты можешь передать титул Тэму, потому что он следующий на очереди наследования.
— Понимаю, — кивнул Ангус.
Он немного помолчал, затем встал и отошел к дальней стене пещеры. Нэпс спал, но Ти-Си и Мэтт явно слушали, о чем говорили шотландцы. Ангус не знал, сколько они поняли из разговора, но слова «похищение» и «ищут власти» поняли наверняка.
Ангус оглянулся на Малькольма:
— То есть вы хотите, чтобы я пошел к Эдилин и попросил ее сказать судье, что я ее не похищал?
— Именно так, — лучезарно улыбаясь, сказал Малькольм. — Она могла бы отдать землю и замок Тэму напрямую, но он не вождь. Все должно перейти к законному наследнику в надлежащем порядке.
— И вся заминка в том, что меня считают преступником?
— Лоулер был единственным, кто жаждал твоего ареста, — сказал Тэм.
— Потому что ты украл его племянницу и его золото, — добавил Шеймас.
Ангус помолчал, размышляя, и сказал:
— Простите, но я не могу сделать то, что вы просите.
— Почему? — спросил Тэм. Лицо его перекосилось от гнева. — Ты хочешь оставаться вождем, даже живя здесь?
— Конечно, нет! — воскликнул Ангус, но слова Тэма заставили его задуматься.
Готов ли он добровольно уступить Тэму то, что было дано ему по праву рождения? Он большую часть жизни потратил на то, чтобы вернуть Мактернам честное имя, исправить то, что почти непоправимо разрушил его дед, а теперь просто так взять и самоустраниться?
— Он этого не сделает, — сказал Малькольму Тэм. — Я говорил тебе, что он этого не сделает.
— Ты хочешь вернуться в Шотландию? — тихо спросил у Ангуса Малькольм. — Ты хочешь, парень?
Ангус посмотрел на них. Он не знал, что у них на уме. Они совсем недавно сошли с корабля. Казалось, от них все еще пахнет вереском. Но Ангус уже давно жил тут, и ему тут нравилось. Нравилось чувствовать себя хозяином собственной судьбы. Или почти хозяином… Если он еще немного потерпит, то получит тысячу акров земли. Земля будет принадлежать ему и только ему, и он сможет делать с ней все, что захочет. В Шотландии у него не было ничего своего. Он любил свою родину, любил землю, на которой вырос, но эта земля принадлежала не ему. Даже если Эдилин вернет землю Мактернам, он все равно не будет на ней полновластным хозяином. Ему придется вновь взвалить на свои плечи заботу о паре сотен соплеменников. Нет, пожалуй, ему этого не хочется.
— Нет, — сказал он наконец. — Я не хочу возвращаться.
Тэм поостыл и, кажется, немного устыдился того, что чуть было не набросился на своего кузена с кулаками.
— Так, значит, ты поедешь с нами, чтобы повидаться с мисс Эдилин? — с облегчением улыбнулся Малькольм.
— Простите, — повторил Ангус, — но я не могу этого сделать.
— Почему? — спросил Тэм. — Она тебе не нравится?
Ангус лишь хмыкнул в ответ на такую глупость.
— Это я ей не нравлюсь, — сказал он.
— Между вами произошла размолвка? — догадался Малькольм. — Это можно понять. Поэтому ты здесь, а она там?
— Вы женаты или нет? — спросил Шеймас. — И почему тебя зовут Харкортом?
— Это долгая история, — отмахнулся Ангус.
— У меня есть время, — возразил Шеймас. — Мне нравятся хорошие байки, если их ладно плетут.
— Это не байки, это правда, и я не могу поехать к Эдилин, а тем более не могу у нее ничего просить. Она… Ну, по правде говоря, она меня ненавидит.
— Это неправда, если верить капитану «Мэри Элизабет», — сказал Тэм.
— Он говорил, что вы с ней ни на минуту не разлучались. — На лице Шеймаса появилась знакомая ухмылка. — Вы?..
Он сделал вульгарный жест.
Ангус вскочил на ноги и сжал кулаки, но еще до того, как Шеймас успел подняться, поспешил вмешаться Малькольм.
— Сядь! — приказал он Ангусу. — И ты, Шеймас, сиди. — Он провел ладонью по лицу. — Вы двое деретесь с тех пор, как вылезли из люльки.
— Ты завидуешь, старик? — поинтересовался Шеймас.
