— И ты мне позволишь уехать? — недоверчиво спросила Лидия.
— Я не могу удерживать тебя силой. Можешь уезжать в Сан-Франциско.
— Но ты потеряешь Баллабурн.
— Если брак будет признан недействительным, я его тоже потеряю Но в таком случае я не потеряю тебя. Я буду знать, что ты по-прежнему моя. И пока мы женаты, Бриг не сможет тебя заполучить.
«А следовательно, не сможет заполучить и Баллабурн», — мысленно добавила Лидия. Они с Натаном пришли к одному выводу, хотя и подходили к решению проблемы с диаметрально противоположных позиций. Для Мура самым верным способом аннулировать их брак было сделать ее вдовой. Лидия не хотела, чтобы Баллабурн перешел в руки Брига, но важнее собственной безопасности для нее была безопасность Натана. Значит, единственным выходом было признание брака недействительным.
— Не добившись признания брака недействительным, я не уеду из Сиднея, Натан.
— В таком случае ты поедешь со мной в Баллабурн.
— Как же ты это сделаешь? — вздернув подбородок, спросила Лидия. — Свяжешь меня и заткнешь рот кляпом? Запрешь в сундуке?
Столь эмоциональное описание его предполагаемых действий позабавило Натана.
— Я подумывал о том, чтобы оглушить тебя ударом по голове, а потом забросить твое безжизненное тело на спину моего коня. И если ты думаешь, что меня кто-нибудь остановит, то ошибаешься. Здесь это в порядке вещей. Ты моя жена, Лидия.
— Но я не твоя собственность.
Она чуть было не дала Хантеру пощечину, но потом как-то сразу остыла и тяжело опустилась в кресло.
— Я боюсь, Натан, — тихо сказала она, — я очень боюсь. Он присел перед ней на колени и взял ее руки в свои.
— Ты думаешь, что я не знаю, Лидия? Сегодня, когда ты вошла в кабинет, ты говорила так резко, стараясь показать, что тебя никто не запугает. С Бригемом эта бравада, возможно, сработала бы, но только не со мной. Ты боишься его, он убийца. И мы можем доказать это.
— Но ты ошибаешься. Я боюсь того, что он может… — Лидия не договорила.
Натан как-то странно посмотрел на нее, поднялся с колен и тоже уселся на стул.
— Я позабочусь о том, чтобы ты могла уехать из Сиднея. Через несколько дней ты будешь на пути в Сан-Франциско.
Лидия понимала, что не сможет этого сделать. В отличие от Натана она знала, что его жизнь находится под угрозой. Не могла она оставить его беззащитным. Кто-то должен прикрывать его спину, и Лидия это сделает.
— Я уже сказала, что уеду лишь тогда, когда будет аннулирован наш брак. А поскольку отец Колган не сделает этого без твоего согласия, я останусь здесь.
— В Сиднее?
— Мне что-то не улыбается перспектива быть оглушенной и заброшенной на спину коня. Поэтому я поеду в Баллабурн.
— Вот увидишь, все будет хорошо. В доме Ирландца Бриг ничего не сделает. Он побоится потерять права даже на тот участок, который выиграл, поэтому не решится тронуть тебя.
— Почему Ирландец ничего не предпринимает в отношении Брига? Почему не положит конец этому пари, не дожидаясь истечения года?
— Я думал, что ты знаешь, — удивленно произнес Хантер. — Дело в том, что Ирландец не верит тому, что ты рассказала ему о Бриге.
У Лидии глаза округлились от удивления.
— Он не верит мне? Он сидел напротив меня за столом и внимательно слушал все, что я говорила. И он ни разу…
— Он все выслушал, Лидия. И остался при своем мнении. Вернувшись в Баллабурн, он все рассказал мне. Насколько я понял, Маркус считает, что ты сделала ошибочные выводы.
— Ты говорил ему о своих подозрениях?
— Он не спрашивал, а я не спешил поделиться своей информацией, потому что знал, ему это будет неприятно. Ирландцу не хочется верить, что он так сильно ошибся в Муре, ведь он так гордился тем, что хорошо разбирается в людях. В Баллабурне он считает себя непререкаемым авторитетом.
— Я это заметила, — сухо сказала Лидия. — Из-за этого мы иногда ссорились. Он обычно считал, что прав, а я оставалась при своем мнении. Может, это к лучшему. У него и без того забот хватает. Если я буду жить в Баллабурне, то по крайней мере смогу больше времени проводить с Ирландцем. Пока он не приехал сюда, я не понимала, какие страдания он вынужден выносить. Наверное, эта поездка отняла у него последнее здоровье. Я поняла тогда, что он не сможет часто навещать меня, может быть, вообще не сможет больше приехать.
— Только не дай ему заметить, что ты возвращаешься ради него, — предупредил Натан. — Пострадает его гордость.
— Что мы ему скажем? Какие объяснения его устроят? Натан откашлялся и в самой непринужденной манере сказал:
— Я уже думал об этом. Мы могли бы убедить его, что по-настоящему любим друг друга. Думаю, это бы его удовлетворило.
— Он, наверное, порадовался бы своей дальновидности.
— Возможно.
— Ладно. Думаю, я смогла бы притвориться. А ты?
— Для меня это труда не составит.
— Но как быть с нашей спальней?
— Я могу спать на полу, — торопливо предложил он. — Никто, кроме тебя, об этом не узнает.
— Ну что ж, — нерешительно промолвила Лидия, — если ты действительно не будешь возражать…
— Я не сказал, что не буду возражать. Я сказал лишь, что могу это сделать. Значит, решено?
— Решено. — Лидия протянула руку, чтобы скрепить согласие. Натан крепко пожал ее. Сделка была заключена, но рукопожатие несколько затянулось, и оба с виноватым видом отвели глаза.
Глава 14
Так или иначе, их затея удалась. Вопреки опасениям обоих участников соглашения, они удачно справлялись со своими ролями. Они выработали план, позволяющий избегать трудных объяснений и скользких ситуаций.
Несмотря на то что Бригем так и не объявился в Баллабурне, Натан взял за правило работать в пределах видимости дома. Не исключено, что Мур появится неожиданно. И если такое случится, он хотел находиться рядом с Лидией. Тем более что она не возражала против того, что Натан держится поблизости от дома. Она ловила себя на мысли, что в течение дня не раз подходила к окнам, чтобы удостовериться, что Хан-тер где-то рядом. Это было удобно, пока овцы находились на пастбищах, но с наступлением весны их будут отбирать для стрижки и Натану придется уезжать на дальние пастбища. Лидия уже решила, что будет выезжать вместе с ним.
Лидия старалась не думать о Бригеме. Это было нетрудно, потому что Ирландец требовал все большего внимания с ее стороны. Он редко просил ее о чем-нибудь прямо, но Лидия чувствовала, что на ее плечи возлагается все больше и больше ответственности за выполнение работы, которую он считал важной. Они ежедневно занимались составлением каталога книг в его библиотеке. Он научил ее вести бухгалтерский учет, рассказал, как жизнь Баллабурна в неблагоприятные годы поддерживалась за счет доходов с золотых приисков. Лидия узнала, где лежат важные документы, какие доходы приносит ранчо, и, наконец, ей поручили составлять ведомость оплаты труда работников. Ирландец верил в ее таланты, и Лидия, удивляясь, обнаружила у себя немалые способности. Видя ее склоненную над счетами головку, Натан и Ирландец обменивались довольными взглядами.
