возвращена "единоутробным братьям" короля, Эдмунду Хэдхему и Джасперу Хэтфилду, более известным как Тюдоры, и через два года она была выдана замуж за первого из них[499].
Будучи старшим наследником своего брата по мужской линии, Эдмунд Бофорт, предположительно, рассчитывал претендовать на большую часть земель, принадлежавших покойному Джону, по крайней мере, пока его племянница оставалась несовершеннолетней. Проблема для Дорсета заключалась в том, что многие из владений его брата (замок Корф был исключением) не могли быть наследуемы женщиной и поэтому перешли обратно в руки короля, чтобы быть перераспределенными по его усмотрению. Более того, 17 октября 1442 года Джону было разрешено временно передавать третьему лицу земли с доходом до 1.000 фунтов стерлингов в год, но они должны были быть возвращены герцогу и его жене Маргарите Бошан для совместного владения[500]. Это не отличалось от тактики Ральфа Невилла и Джоанны Бофорт, предпринятой примерно сорока годами ранее, хотя и в меньших масштабах, и обеспечивало переход земель к жене герцога после его смерти, а не к ближайшему родственнику по мужской линии, а именно Эдмунду. Среди многочисленных условий выдвинутых Сомерсетом для его участия в экспедиции 1443 года, герцог также просил Совет назначить его вместо брата губернатором графства Мэн. Привели ли такие требования к вражде между братьями, сказать с уверенностью трудно. Однако Эдмунд был необычайно пассивен во время последней кампании Сомерсета, а также уклонился от какой-либо очевидной ответственности за эту экспедицию.
Бофорты уже давно пользовались благосклонностью короля, но в последние месяцы их потеснил граф Саффолк. Перспективы Эдмунда Бофорта были весьма туманны, его возможное наследство сильно сократилось, его братья умерли, а престарелый дядя фактически ушел в отставку и готовился к встрече с создателем. Было ясно, что Эдмунду придется потрудиться, чтобы сохранить за семьей место в высшем эшелоне английской политики, и это бремя он должен был нести в одиночку.
19.
Смерть кардинала
1445–1447 гг.
После безвременной кончины Генриха V в 1422 году английская политика была жестко поляризована между партиями Бофорта и Глостера, и каждая из них поочередно занимала лидирующие позиции. Однако к 1445 году власть постепенно отошла от старого порядка и перешла в руки нового, амбициозного поколения магнатов, стремящихся оказать свое вновь обретенное влияние на покладистого короля, лишенного автократического нрава своего отца.
Наиболее ярким представителем этой новой когорты королевских советников был Уильям де ла Поль, 4-й граф Саффолк, который, будучи стюардом королевского двора, мог пользоваться значительным личным доступом к молодому государю, когда тот вступал во взрослую жизнь. Де ла Поли заняли свое положение при дворе благодаря десятилетиям верной службы короне, а дед Уильяма, Майкл де ла Поль, стал канцлером при Ричарде II.
Несмотря на связь со сверженным королем, семья быстро доказала свою лояльность дому Ланкастеров, что привело к различным последствиям: отец и брат Уильяма, оба носившие имя Майкл, отплыли во Францию в 1415 году вместе с Генрихом V, где старший Майкл, 2-й граф, умер при осаде Арфлёра, а младший Майкл, 3-й граф, был убит несколькими неделями позже при Азенкуре. Таким образом, Уильям де ла Поль стал графом еще до того, как ему исполнилось двадцать два года, и не упустил неожиданно появившуюся возможность. Он продолжал воевать во Франции до своего возвращения в Англию в 1434 году, где занял место в Совете вместе с кардиналом Бофортом, двоюродным братом своей супруги Алисы Чосер. Саффолк еще больше сблизился с королем, участвуя в основании королевских колледжей Генриха VI в Кембридже и Итоне, а в 1444 году ему поручили организовать брак короля, за что он был возведен в маркизы.
Именно Саффолку было поручено обеспечить мир с Францией — неблагодарная задача, которая подвергла маркиза язвительной критике, особенно когда появились новости об уступке графства Мэна и земель в Анжу в обмен на мизерное восемнадцатимесячное перемирие и брак с французской принцессой, не принесшей англичанам никакого приданого. Поскольку король был вне подозрений, вина за столь плохие результаты возлагалась на Саффолка. Правда же заключалась в том, что Генрих VI просто прогнулся под своего французского дядю, упрямо надеясь на мир любой ценой. Это был тот тип безответственного и наивного правления, который впоследствии станет характерным для обреченного на гибель царствования Генриха VI.
Для Эдмунда Бофорта перемирие стало событием, вызвавшим тревогу, особенно после того, как он узнал о предполагаемой уступке Мэна и Анжу, губернатором которых он все еще являлся. Даже с учетом смерти брата граф Дорсет не имел значительных земельных владений, и предстоящая потеря его французских владений вызывала глубокое разочарование. Хотя в июне 1443 года он был возведен в маркизы, 1 декабря того же года, "учитывая, что он был младшим братом и ничего не унаследовал после смерти своих предков", ему была специально пожалована рента в 224 фунта стерлингов 8 шиллингов из доходов с Кармартена и Кардигана в Южном Уэльсе. Отсутствие наследства, усугубленное разделом имущества Джона Бофорта после его смерти в мае 1444 года, вероятно, объясняет еще одно пожалование, сделанное Дорсету 4 октября 1444 года, когда король передал ему маноры Сток-суб-Хэмдон, Карри-Маллет, Страттон-он-те-Фосс, Фаррингтон-Герни, Уэлтон, Инглишкомб, Милтон-Фалконберг, Мидсомер-Нортон, Уидкомб, Лавертон, Уэст-Харптри и Шептон-Маллет в Сомерсете, а также Райм в Дорсете. Доход с этих земель, принадлежавших сэру Джону Типтофту, оценивался в 417 фунтов 14 шиллингов в год и помог Бофорту утвердиться на юго-западе страны[501]. Однако Дорсет все же не был крупным землевладельцем и явно был недоволен потерей своих владений в Мэне и Анжу, поэтому Саффолк понимал это и, отчаянно нуждаясь в союзниках, сделал своему коллеге маркизу выгодное предложение.
Срок пребывания Ричарда Йорка на посту лейтенанта короля во Франции истекал в конце 1445 года, хотя герцог рассчитывал на его продление. После оттеснения от большой политики Глостера Йорк остался самым высокопоставленным аристократом, все еще находящимся на активной военной службе, и прочно обосновался в Руане с момента своего назначения на эту должность в 1440 году. Поэтому было неожиданностью, когда 24 декабря 1446 года Эдмунд Бофорт был назначен Саффолком лейтенантом на три года, прекратив тем самым полномочия Йорка[502]. Это была явная попытка компенсировать Дорсету предстоящую потерю его владений, предоставив ему самый престижный военный пост в оккупированной Франции. Во второй раз за три года Йорк был отодвинут на второй план, чтобы успокоить Бофортов.
К несчастью для Дорсета, к тому времени, когда он получил должность лейтенанта, когда-то очень желанную для его брата Сомерсета, она оказалась отравленной чашей. Военные действия которые все еще вели англичане были на последнем издыхании, и полная победа Франции была неизбежна, если не удастся заключить прочный мир. Однако у кардинала Бофорта, в последние месяцы его яркой жизни, эта административная победа, несомненно, вызвала грустную улыбку на лице. Он всегда предполагал, что один из его племянников заменит герцога Бедфорда в качестве ведущего английского полководца во
