Глава 18
Мелисса окинула взглядом тесную кабинку и недовольно поморщилась. И это отдельная каюта первого класса? Нечего сказать, после двухмесячного пребывания в такой клетушке можно сойти с ума! Узкая койка, крошечный умывальник и одинокий стул составляли скромное убранство ее временного прибежища. До приезда в Балтимор большая часть ее вещей хранилась в трюме.
Мелиссе вдруг стало невыносимо грустно, когда она подумала, что, быть может, никогда больше не вернется на родину. Но у нее уже не было сил подняться на палубу, чтобы в последний раз посмотреть на удаляющийся берег родной Англии: приготовления к отъезду и долгая дорога сделали свое дело. Утром, невзирая на отвратительное самочувствие, она изо всех сил старалась выглядеть бодрой и здоровой. Попытки обмануть бдительность леди Каслтон привели к тому, что она вымоталась настолько, что уже почти не чувствовала ноющей боли во всем теле. Но теперь, слава Богу, можно не притворяться.
– Можете идти к себе, – устало промолвила Мелисса, повернув голову в сторону служанки. – Я хочу немного отдохнуть.
– Да, миледи.
Виллис была единственным человеком, которому она доверила свою тайну. Прощаясь с леди Каслтон, Мелисса обещала вернуться в Лондон к следующему сезону и шутила по поводу того, как много воздыхателей из ее прежнего окружения вернется к ней в будущем году. Все это было ложью. Ложь окружала ее со всех сторон, изобретая все новые и новые причины, чтобы заставить уставшую от обманов Мелиссу вновь воспользоваться ее услугами. Она честно смотрела в лицо бабушке и обсуждала развлечения, которые ожидали их в будущем году, а в глазах ее туманной пеленой стояли слезы. Больше не будет ни следующего сезона, ни возвращения на родину. Она едет в Америку не для того, чтобы навестить Беатрису. Она хочет остаться там навсегда.
Ее сердце разрывалось от горя, когда она думала о том, что никогда не увидит ни леди Каслтон, ни Чарльза. Но другого выхода у нее не было. Для того чтобы съездить когда-нибудь в Англию, ей придется оставить ребенка на попечение Беатрисы, а это невозможно.
Ведь крохотная жизнь, зародившаяся в ней, была единственной частичкой, которая осталась ей в память о Чарльзе. Кроме того, в Англии она может в любой момент встретиться с ним. Поэтому Мелисса твердо решила уйти из его жизни и была уверена, что он быстро забудет о ней. Красота и обаяние позволят ему найти достойную спутницу жизни, которая поможет получить долгожданное наследство. И если он поторопится, то еще успеет завладеть четвертой частью состояние леди Лэньярд. А если ему удастся к тому же убедить Эдвардса в своей безграничной любви к новоиспеченной невесте, то он может получить даже половину всей полагающейся ему суммы.
Мелисса заказала билет на имя вдовы миссис Шарп. Это должно было защитить ее малыша от ярлыка внебрачного ребенка и заставить новых знакомых поверить в то, что она родственница Беатрисы, мать которой до замужества тоже носила фамилию Шарп. Это была последняя, но самая необходимая ложь.
Лицо Чарльза снова предстало перед ее мысленным взором. Вспоминая каждый его поцелуй, она как будто заново переживала те волнующие и приятные минуты, которые провела с ним наедине. Комок горьких слез подступил к горлу Мелиссы, и, зарывшись лицом в подушку, она тихо расплакалась.
Чарльз жил в Суонси уже два месяца. Друзья, досаждавшие своим бесконечным порицанием, постоянно надоедали ему, а образ Мелиссы преследовал его днем и ночью. Теперь ему было уже неважно, зачем она его обманывала. Единственное, чего он хотел, так это прижать ее к себе и никогда больше не отпускать. Однако пятьдесят отосланных назад писем величественной грудой возвышались на письменном столе, удручая его своим видом каждый раз, когда он входил в кабинет. В чем он провинился? Чем заслужил такое наказание?
«Ты – эгоист, – донесся до него возмущенный голос Мелиссы. – Самонадеянный болван!» И это было чистой правдой. Перебрав в памяти свои поступки, Чарльз понял, как жестоко он обошелся с Мелиссой. Несмотря на то, что он всегда говорил Мелиссе о том, что любит ее, на самом деле до последнего времени сам в это не верил. Стараясь не думать о том, что произошло, он приводил в порядок свое полуразвалившееся имение.
Однако когда разуверившийся Чарльз почти навсегда расстался с надеждой вернуть Мелиссу, леди Каслтон прислала ему письмо. Сначала, получив это неожиданное послание и прочитав на конверте адрес, Чарльз до смерти испугался. Он решил, что леди Каслтон стало известно о том, что он обесчестил ее внучку. Когда же он пробежал торопливым взглядом содержание письма, то убедился, что дела обстоят намного хуже. Послание леди Каслтон начиналось так:
«Лорд Расбон,
Моя внучка решила отправиться в Америку, чтобы навестить родственников. Она отплывает 29 августа из Саутгемптона[2] на борту американского лайнера «Западная звезда». Но у меня сложилось неприятное впечатление, что возвращаться домой она не собирается.
По правде говоря, я не знаю, чем вызвано ее бегство, но хочу предоставить вам последний шанс исправить свою ошибку и помириться с Мелиссой. Она упорно отрицает желание видеться с вами, но мне кажется, в глубине души Мелисса искренне жалеет о том, что между вами произошло. Несмотря на то, что все ваши письма вернулись обратно непрочитанными, а сама Мелисса теперь никогда не произносит вслух вашего имени, я все еще слышу, как она горько и безутешно плачет по ночам.
Леди Каслтон»
«Ненавижу!» Прошло уже два месяца со дня их последней ссоры, а гневное обвинение Мелиссы все еще эхом звучало в ушах Чарльза. Было ли это заявление правдой или в дальние страны ее гнала уязвленная гордость? Рассудив все хорошенько, Чарльз пришел к выводу, что если бы Мелисса действительно испытывала к нему только ненависть, то она, скорее всего, осталась бы для того, чтобы отомстить ему. Но она покидает страну, а это значит, что ее задели за живое грубые обвинения Чарльза. Таких упрямых людей он еще не встречал.
Но как же он любил эту гордую, обидчивую девушку!
«В конце концов, я так же упрям, как и она, – напомнил себе Чарльз. – А значит, надо использовать эту последнюю возможность и постараться добиться ее руки во что бы то ни стало».
* * *
Глухой стук неожиданно разбудил забывшуюся тревожным сном Мелиссу. Ей потребовалось несколько секунд, чтобы прийти в себя и понять, где она находится. Резкий грохот, во много раз сильнее прежнего, сопровождающийся громким треском ломающихся досок, послышался из-за двери. Койка, на которой она спала, угрожающе заскрипела, и перепуганная Мелисса проворно вскочила на ноги.
