проклятие, нет больше смысла. Можете и дальше жить и радоваться жизни, — ведьма выдержала небольшую паузу, — если она конечно вас вообще когда-либо радовала, — она говорила сухо и безразлично уставив взгляд куда-то в даль, будто минуя пламя, грядки с овощами и невысокий деревянный заборчик.
Ответил Батор не сразу. Он не смотрел на ситуацию с этой точки зрения, но теперь задумался.
— Да. Вы правы, — не охотно произнес мужчина в подтверждение, лукавить не хотелось да и не было смысла — ведьма видела его насквозь, — Но это совсем не говорит о том, что я желал королеве смерти, или что я не скорблю о ней, — добавил он в свое оправдание.
Элизабет промолчала. Да и что тут еще скажешь? Каждый должен правильно расставлять приоритеты в жизни, и на ее взгляд у Батора с этим был полный порядок.
— Скажите мне Элизабет, — начал было рыцарь но прервался не на долго, подбирая нужные слова, — почему вы согласились на эту аферу? Подругами вы перестали быть больше десяти лет назад. Власть и хорошая жизнь? По началу я так и думал, но ведь вам это в тягость верно?! Я много думал об этом и в итоге так и не нашел ответа.
— Клятва. Мы никогда не прекращали быть подругами, — бросила Элизабет в ответ, невольно потирая ладонь с шрамом.
— Клятва? О чем вы? — переспросил Батор не понимая о чем речь.
— Когда мы были маленькими, и наша дружба с Катериной казалась такой крепкой, почти не рушимой, мы поклялись на крови. Тогда, в те далёкие времена, я даже не подозревала к каким последствиям это может привести.
Батор все еще не понимал о чем речь, это отчетливо читалось на его лице.
— Мы поклялись, что будем дружить до конца жизни и помогать друг другу в любой сложившейся ситуации. Будь я человеком — эти слова просто канули бы в небытие. Глупая, по детская наивная клятва просто забылась бы, после того как наши жизненные пути разошлись, но увы. Кровь ведьмы текущая в моих жилах крепко запечатлела все сказанное в тот вечер, и не позволила нарушить данное обещание, — она тяжело вздохнула и в этом вздохе Батор услышал нотки сожаления, — Когда она вошла в мой дом, в тот самый день прося помощи, я просто не могла отказать. В нашем мире, мире магии, у таких поступков страшные последствия. Сейчас когда она мертва — заклинание потеряло силу, клятва разорвана.
— Тогда почему вы все же согласились вернуться со мной? Если так, то вы не обязаны больше помогать королеве, хотя я уверен, что она хотела бы этого.
— Да, она бы хотела. Катерина сильно переживала за свою семью. И пусть клятвенного заклинания больше нет, подругой она останется для меня навсегда, — сказано с теплом и болью.
В этот момент Батор осознал в полной мере насколько самоотверженный поступок она совершила по отношению к королеве. Ощутил всю тягость ноши свалившейся на Элизабет. Он робко взял ее за руку и сказал:
— Отныне я ваш верный слуга, и не смотря ни на что, сохраню секрет — будьте уверены. Простите меня за сомнения, за все простите.
— Ничего, — отмахнулась ведьма, — я все понимаю. Такова ваша работа. Ну, а вы, Батор, неужели сможете и дальше жить с Мари после всего, что узнали?
— Не знаю, — тяжело вздохнув ответил мужчина. — Она не ведала, что творит.
— Это не оправдание, — парировала Элизабет, — Магия лишь воплотила ее ненависть, сделала более ощутимой.
— Да понимаю я! — слегка повысив голос воскликнул Батор и тут же отдернул себя, — Понимаю. Просто я не представляю жизнь без нее, поэтому скорее всего просто смирюсь и буду продолжать окутывать ее любовью и заботой, — он хмыкнул, найдя глупой мысль, которую хотел озвучить, но все же сделал это, — Быть может, когда-нибудь, она полюбит меня так же сильно как Ричарда.
— Вы были правы тогда, — по философски задумчиво произнесла ведьма, — теперь мы очень похожи — люди проживающие чужие жизни в надежде на хотя бы малую долю счастья, — мужчина лишь кивнул в ответ.
К тому времени яростные и беспощадные языки пламени уже наполовину обглодали свою жертву. Ждать оставалось не долго. Некоторое время Батор и Элизабет сидели не проронив слова. Мужчину поглотили размышления о его дальнейшей семейной жизни, а девушка пристально следила за процессом кремации, поддавая жара с помощью амулета стихий. На душе скребли кошки из-за утраты пусть и давней, но все же подруги. По возвращению в замок Элизабет конечно наденет маску «все хорошо, ничего не произошло», но пока она смотрела на тающее в огне тело и в сознании всплывали счастливые и беззаботные картины прошлого. Слез больше не было, их попросту не осталось, но сердце разрывалось от печали.
— Кстати, — заговорил Батор, — этот Себастьян Моро, — имя он произнес как-то небрежно, будто с презрением и одновременно опаской, — на ваш взгляд, не представляет опасности?
— Он опытный ведьмак, который в добавок, неплохо разбирается в артефактах — одна из главных угроз нашему секрету. Тем более он уже начал что-то подозревать и разнюхивать, так что рано или поздно он все же докопаешься до правды, вопрос времени, не больше, — равнодушно произнесла ведьма.
— И что мы будем с ним делать? — озадачено спросил Батор, в голосе промелькнула частица паники, что конечно не свойственно ему.
— Не хочу сейчас даже и думать об этом. Что-нибудь придумаем, — столь же безучастно ответила Элизабет.
— Да, конечно, — с пониманием сказал мужчина.
И снова повисла тишина, которая как плодородная почва взрастила новые мысли в голове Батора. Он захотел немедленно их обсудить и уже было открыл рот чтобы озвучить, но передумал и лишь тяжело вздохнул. Элизабет это заметила.
— Что ещё?
— Мари… Я бы хотел, чтобы вы все же лишили ее силы. Не хочу всю жизнь наблюдать как растут чужие дети не имея при этом своих. Может маленький разбойник или прелестная девчушка сможет сблизить нас. Укрепить семью, — с мечтательным лицом закончил мужчина.
«А может эта ведьма будет ненавидеть и его», — подумала Элизабет вкладывая в слово «ведьма»
